Молодая Гвардия
 

       <<Вернуться к именам молодогвардейцев


Посмотреть фотографии Антонины Дьяченко можно ЗДЕСЬ >>


А. Н. ДЬЯЧЕНКО

Антонина Дьяченко

Антонина Дьяченко

    Антонина Николаевна Дьяченко родилась 2 ноября 1925 года в поселке Краснодоне в семье рабочего. Отец, Николай Иванович, кавалер ордена Ленина, в 20-е годы участвовал в ликвидации белогвардейских банд. Она отлично училась, очень любила читать книги о морских путешествиях, играла на гитаре и пела. С каким вниманием и гордостью ее слушали сверстники на школьных концертах, где она часто выступала.
    В 1940 году Тоня стала комсомолкой. Весной 1941 года окончила 8 классов и со своей подругой Женей Кийковой хотела поступить в текстильный техникум, но помешала война. Летом вместе с одноклассниками работала в совхозе на уборке урожая, а осенью ее назначили пионервожатой в 6-й класс. 3. Н. Трущалова вспоминает о первой встрече с вожатой: "К нам в отряд она пришла с короткой стрижкой и в шапке-ушанке со звездочкой. Среднего роста, стройная, с красивыми карими лучистыми глазами под очками, она нас покорила. Тоня так напоминала нам девушек-красноармеек, каких тысячи тогда было на фронте. Нам казалось, что своим внешним видом она старалась быть похожей на них".
    Под руководством Тони шестиклассники готовили подарки на фронт и раненым бойцам в госпиталь. Она учила девочек шить кисеты и вышивать платочки, вязать носки и варежки. Вместе они очищали железнодорожное полотно от снега.
    В феврале 1942 года Антонина принесла в класс газету "Комсомольская правда". Все увидели портрет девушки с петлей на шее. Под снимком была напечатана большая статья "Таня". "Тоня читала нам статью корреспондента Лидова, а мы плакали... - вспоминает Трущалова. - Потом она высказала нам свое отношение к подвигу Тани. Так хорошо и проникновенно она говорила, что я тогда подумала, попади Тоня в такие обстоятельства, она поступила бы так же. И кто из нас мог в тот миг подумать, что наша умная, горячо любящая свою Родину Тонечка вскоре повторит подвиг Зои Космодемьянской".
    В ряды подпольной комсомольской организации "Молодая гвардия" Антонина Дьяченко вступила в октябре 1942 года. Выполняла различные поручения штаба. С боевыми товарищами юная подпольщица резала в степи телефонные и телеграфные провода, сжигала скирды с хлебом, который фашисты собирались отправить в Германию. Очень часто к Тоне приходили ее друзья: Женя Кийкова, Юрий Полянский, Володя Жданов и Николай Сумской. Володя Жданов приносил записанные на листках сводки Совинформбюро. Используя их, молодогвардейцы составляли тексты листовок.
    Антонина Дьяченко была арестована ночью 12 января 1943 года, а 14 января арестованных молодогвардейцев перевели из поселка в город Краснодон. 16 января Тоня с группой комсомольцев-подпольщиков после жестоких пыток была расстреляна и сброшена в шурф шахты № 5. Похоронена в братской могиле молодогвардейцев на центральной площади поселка Краснодона.
    Антонина Николаевна Дьяченко посмертно награждена медалью "Партизану Отечественной войны" 1-й степени,
   
   
   
   
   

Воспоминания о Тоне Дьяченко

    Дружить с Тоней я начала ещё в школьные года.
    Мы тогда жили на одной улице. Я и Тоня учились в одной школе, вместе ходили в школу и из школы. Так и завязалась дружба. Тоня была добрая, уважительная, аккуратная. Учебники и тетради у неё были чистые, завернутые в газету. Сама она всегда была опрятная. У Тони были большие косы.
    Она никогда не ссорилась с подругами и товарищами. Помню, что Тоня хорошо вышивала, этому и я научилась у неё. Собирались мы в выходной тень и вышивали себе блузки или обвязывали носовые платочки. Ещё Тоня хорошо играла на гитаре.
    Собирались мы вечерами и играли на гитаре и пели песни.
    Посещали школьный хоровой кружок. В 1941 году я закончила 7 классов. Мы мечтали поступить в текстильный техникум, но наша мечта не сбылась, началась война.
    Во время войны я с Тоней стала встречаться реже. Когда наш поселок заняли немцы, тогда мы совсем редко стали встречаться.
    Мать моя была больная, и мне приходилось выполнять домашние работы.
    В январе 1943 года Тоня была арестована, а позже пришла страшная весть о гибели молодогвардейцев.
    Много лет прошло с того дня, как нет Тони в живых, но светлый образ её будет жить вечно в моей памяти.
    В школе, в которой я училась с Тоней, я сейчас и работаю.
   
    Подруга Тони - Тоня Терехова
    пос. Краснодон.
   
   (из архива музея "Молодая гвардия" Московской школы N312)




Тоня Дьяченко
   (воспоминания отца - Николая Ивановича Дьяченко)

    Тоня родилась в ноябре 1925 года. Кроме неё была ещё дочь, младшая Валя.
    Училась Тоня в 22 школе пос. Краснодон. Лучшей подругой Тони до самой смерти была Женя Кийкова. Училась Тоня хорошо. В школе вступила в комсомол. Летом ездила в лагеря работать пионервожатой. С детства и она и Женя мечтали о дальних морях, кораблях, путешествиях. Мечтали стать капитанами. Любили книги о путешественниках и приключениях. Читала Тоня очень много, но любила и музыку. У неё была гитара, на которой они с сестрой играли.
    В школе Тоня проучилась только 7 лет, после чего они с Женей подали документы в техникум г. Гомеля. Документы были приняты, но учиться дальше девушкам не удалось - началась война. Отец Тони - машинист паровоза - с начала войны, до оккупации Краснодона занимался эвакуацией населения, предприятий и перегонкой составов.
    Задолго до оккупации приходили к Дьяченко Н. Сумской и В. Жданов. Они интересовались настроениями населения, разговорами рабочих.
    Когда угроза оккупации непосредственно нависла над Краснодонским р-ном отец предложил эвакуироваться и Тоне, но она отказалась, сказав: "Мы должны партизанить". Так и уехал один отец, оставив дочерей с женой дома.
    Об участии в "Молодой гвардии" в семье знала только младшая дочь Валя. Тоня распространяла листовки на шахте, куда при немцах поступила работать мать. Тоня как бы с целью заменить мать приходила к ней на работу в ночную смену, приносила в чемодане листовки.
    Арестовали Тоню под Новый год. В дом вошли 4 гестаповца и полицай. Одевшись, Тоня решила укрыть от немцев чемодан с листовками. Держа его в руках во время обыска, Тоня, хорошо знавшая немецкий язык, повертевшись перед немцами, улыбнувшись, и сказав что-то по-немецки, успела сунуть чемодан матери.
    15 января Тоню казнили.
    Похоронена сейчас в братской могиле в пос. Краснодон в одном гробу с Женей Кийковой.
    Адрес: пос. Краснодон, ул. Пушкинская 30.
    Жива соученица Тони Трущалова.
    Из архива музея "Молодая гвардия" Московской школы N312
   
   
   
   
   

Справка на члена подпольной организации "Молодая гвардия" Дьяченко Антонину

    Дьяченко Антонина Николаевна уродилась в 1925 году 2 ноября в посёлке Краснодон, Краснодонского района Ворошиловградской области, по национальности украинка. Отец Тони работал машинистом, сейчас эвакуировался вместе с паровозом. Мать - домохозяйка. В семье имеется младшая сестра Валентина, которая до оккупации и во время оккупации посёлка Краснодон нигде не работала.
    В 1933 г. Тоня поступила в неполную среднюю школу пос. Краснодон. В этой школе она училась до 1942 г. (в 1942 году окончила 8 кл.)
    В 1940 г. Тоня поступила в комсомол. Она клялась с честью выполнять все возложенные на неё комсомольские поручения. Тоня была хорошим пионервожатым. Её везде ставили в пример. Кроме того она стремилась осуществить свою мечту - учиться дальше, повышать свои знания.
    Тоня очень любила военное дело и хотела быть летчиком или капитаном.
    У Тони была замечательная подруга Женя Кийкова. До последней минуты они были вместе. Вместе учились, вместе работали с пионерами, участвовали во всех мероприятиях, вместе разделяли своё горе и радость, делились всем и помогали друг другу во всем.
    С первых дней оккупации посёлка Краснодон Тоня вместе с Женей вступила в подпольную организацию "Молодая гвардия" и выполняла все поручения возложенные на неё.
    Тоня писала и расклеивала листовки.
    У Тони найден формат бумаги, где она писала листовки.
    Кроме того Тоня много беседовала с массами на рядах. Она была уверена в приходе нашей Красной армии и эту уверенность передавала в массы.
    Тоня очень часто ходила в степь собирать колоски. Под видом сбора колосков они проводили собрания.
    Листовки оказывали большое влияние на массы, особенно молодёжь. О чем может свидетельствовать такой факт: до появления листовок молодёжь по повесткам шла на пункты по отправке в Германию, где их ожидает смерть, молодежь по повесткам почти не стала являться.
    В последнее время Тоня очень много читала. Как рассказывает мать, она все искала книгу Горького "Мать". Тоня говорила:
    - Мама, ты знаешь, как нам нужна эта книга.
    Когда же я начинаю спрашивать, зачем, то она отвечает:
    - Нам нужно оттуда выбрать.
    Но полностью от неё ничего не добились.
    И вот 13 января 1943 г. полиция взяла и Тоню - лучшую девушку, преданную своей родине комсомолку.
    Как ни пытали тоню, какими способами палачи не пытались узнать о работе организации, но от Тони ничего не узнали.
    18 января 1943 г. Тоня погибла.
    Тоня стойко верила в победу доблестной Красной Армии.

6/VII - 43 (Романова)
РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 53. Д. 329



ДЕВУШКА В УШАНКЕ

Воспоминания учительницы СШ № 22
   пос. Краснодона
   3. Н. Трущаловой об Антонине Дьяченко

   Для меня, ученицы 6-го класса, новый учебный 1941 год начался в небольшом старом здании, а наша большая двухэтажная школа была занята под госпиталь и летное училище.
   Хотя многие учителя были на фронте, распорядок школьной жизни не менялся: регулярно проводились занятия, велась внеклассная работа. К нам в отряд назначили пионервожатой Тоню Дьяченко, ученицу 9-го класса, а меня избрали председателем отряда. Так состоялось мое близкое знакомство с Тоней.
   На всех фотографиях в нашем музее и в музее "Молодой гвардии" Тоня запечатлена с темными косами. Я ее такой видела мало. К нам в отряд она пришла с короткой стрижкой и в шапке-ушанке со звездочкой. Среднего роста, стройная, с красивыми карими лучистыми глазами под очками, она нас покорила. Тоня так напоминала нам девушек-красноармеек, каких тысячи тогда было на фронте. Нам казалось, что своим внешним видом она старалась быть похожей на них.
   Потом мы почувствовали, какая она милая, умная, спокойная и деловая. Перед ней нельзя было не краснеть за плохую успеваемость: мы знали, что в 9-м классе она одна из лучших учениц.
   Тоня все умела делать, у нее все получалось. Я вспоминаю, с каким удовольствием и гордостью слушали мы ее на школьном концерте, где она пела. Тогда для вас лучше нашей Топи не было никого.
   С ней мы готовили подарки на фронт и раненым бойцам в госпитали. Она учила нас шить кисеты и вышивать платочки, вязать. Я обязана ей своими первыми шагами в рукоделии.
   С ней мы писали письма на фронт и читали ответы на них. После уроков мы помогали своим старшим товарищам собирать металлолом, очищать железные дороги от снега. Наш отряд выступил инициатором изготовления наглядной агитации в поселке. На стенах жилых домов, казарм, учреждений мы писали лозунги: "Смерть немецким оккупантам!", "Наше дело - правое, мы победим!" А писали мы их краской, приготовленной из твердого красного кирпича. Кисточкой была старая щетка для побелки или тряпка, привязанная к палке. Получалось хорошо. Время от времени лозунги обновлялись.
   Мальчишки нашего класса, почти ровесники, очень уважали и слушали Тоню, как учительницу. Однажды необыкновенно серьезная и собранная пришла к нам Тоня с номером "Комсомольской правды". Молча показала портрет девушки с петлей на шее. Девушка была молодая, красивая. Одежда на ней держалась на одном плече, одна грудь была вырезана. У меня дрогнуло сердце. Под снимком стояло заглавие большой статьи "Таня".
   Тоня читала нам статью корреспондента Лидова, а мы плакала. Потом она высказала нам свое отношение к подвигу Тани. Так хорошо и проникновенно она говорила, что я тогда подумала, попади Тоня в такие обстоятельства, она поступила бы так же. И кто из нас мог в тот раз подумать, что наша умная, горячо любящая свою Родину Тонечка вскоре повторит подвиг Зои Космодемьянской.
   В дни немецкой оккупации мне ни разу не пришлось встретиться с Тоней.
   7 ноября 1942 года рано утром я увидела красный флаг на высокой трубе шахты. Потом слышала, что в поселке кто-то расклеивал листовки. И мне на память приходил образ Тони Дьяченко с тем выражением готовности и решительности на лице, с каким я ее запомнила в момент чтения статьи о партизанке Тане.
   Я увидела Тоню уже мертвой. Она лежала в одном гробу со своей подругой Женей Кийковой. Узнать ее было невозможно...
   Сейчас, спустя почти четверть века, когда я бываю на уроках в 7-м Б классе, на меня смотрит с портрета девушка с темными косами.
   Мне кажется, что тут, в классе, присутствует живая Тоня Дьяченко, серьезная, умная, с короткой стрижкой и в шапке-ушанке с красной звездочкой. И я ее ученица, а она моя пионервожатая. Она проверяет меня, как я учу и воспитываю учеников нашей школы. Я слушаюсь её.

1968 год.




Р. Аптекарь, Г. Луганцева
РОМАН В ПИСЬМАХ

   Юрий Полянский приехал в поселок Краснодон в 1940 году. Здесь уже несколько лет вместе с сыном Геннадием и дочерью Серафимой жил отец. Он овдовел, когда самому малому Юрию исполнилось 10 лет. С тех пор так и повелось, что все дети (а их было девятеро) друг другу помогали, старшие заботились о младших.
   С Орловщины один за другим перебрались в Донбасс: Краснодон, Лотиково. Зинаида поселилась в Лисичанске и вскоре забрала к себе Юрия. Там он прожил почти четыре года. Сестричку ласково называл своей "второй матушкой". На каникулах часто бывал у отца. Поэтому, перебравшись в поселок насовсем, не чувствовал себя в одиночестве. Места ему были знакомы, знал кое-кого из местных ребят. Да и Геннадий, уходя на службу в армию, поручил своим друзьям "шефствовать" над братом, в случае чего - помочь. Те были чуть постарше возрастом, но разница в годах не мешала им в общении и дружбе. Юрий всегда знал, что на этих ребят можно положиться.
   Новые знакомые появились и в школе и в его родном 9 классе.
   Молодежь часто собиралась в парке, у озера: звучали песни, музыка, шутки. Было весело и интересно.
   Юрию шел 17-й год. Он был видным парнем: выше среднего роста, физически крепкий. Глаза голубые, на щеках и бороде ямочки. Голос глуховатый, но говорил чисто, с легкой иронией. Интеллигентен, тактичен. Нравился девушкам, хотя для него существовала лишь одна - Тося Дьяченко. Случайное знакомство, потом мимолетные встречи в школе (она училась на класс ниже), на улице, на вечерах, и Юра почувствовал, что его увлечение становится все серьезнее. Она ему все больше нравилась, вспоминал впоследствии Геннадий. "У нее был высокий лоб и красивые с нежным взором глаза. А походка? Ходила легко, быстро, гордо и очень красиво".
   В одном из последних писем, адресованных Антонине, Юрий писал: "Разве это любовь трехдневная? Нет, эта любовь уже тянется на протяжении около двух лет. Помню я еще те зимние школьные вечера 1940 года, комсомольские собрания, лето 1941 года, осень 1941 года и, наконец, зима, и весна, и лето 1942 года. Помню, как на комсомольских собраниях я сидел, не сводя с тебя глаз, но я молчал. Помню, как первые времена при встрече с тобой я краснел, но я снова-таки молчал. Помню... как высказал свои мысли на бумаге и, безусловно, помню, какое впечатление получил от твоего ответа. Ведь я что, неопытный еще зеленый мальчик, это я понимаю. Но я люблю, и это любовь вечная, потому что она первая".
   О первых встречах мы знаем мало, разве что только со слов Геннадия. С Юрой им встретиться больше не довелось. Серафима тоже мало что могла прояснить, потому что в тот период у нее была своя жизнь, свои увлечения, а позже - сложнейшие жизненные проблемы вплоть до обвинений в предательстве с осуждением на пять лет и последующей реабилитацией (судя по следственным документам, именно она стала причиной того, что Юрий не был в числе награжденных молодогвардейцев).
   И все же следует отдать должное Геннадию. Он много сделал для увековечения памяти брата. Спустя годы после его гибели он по крупицам собирал о нем сведения, уточнял детали и даже пытался написать книгу воспоминаний. Так вот, по его словам, отношения Юрия и Тоси поначалу складывались неплохо. Но потом что-то произошло. Тоня перестала обращать внимание на юношу. Тогда-то и посыпались письма.
   9 января 1942 года. Юрий признается в искренних чувствах, и хотел бы вместе "проводить свободное время".
   2 февраля 1942 года, 11 часов вечера. "Я был убит, получив ответ... Ведь как звучали слова: "...Пусть угаснут твои чувства". Да разве они могут угаснуть, если я люблю тебя, люблю искренне... До этого я не понимал, для чего живешь. Я думал, что жить - это значит учиться, работать, быть полезным обществу... Понял лишь теперь, что жить - это еще любить и быть любимым..."
   10 февраля 1942 года. "Очень благодарен за ответное письмо тебе и твоему диктору... Любовь - это не коварство, это внутреннее чувство человека, и в этом я верю великому русскому поэту Пушкину, а не тебе и твоему диктору..."
   6 мая 1942 года. "Я снова тревожу тебя своими глупыми записками... Я прошу тебя уничтожить все те записки, которые я писал тебе. Я не хочу быть посмешищем!!!
   С приветом когда-то любящий тебя Юрий".
   Последнее письмо помечено 13 июля 1942 года. У него была своя предыстория. Юрий не писал уже более двух месяцев. Но теперь он уезжал, причем очень срочно. Пришла повестка явиться на сборный пункт. Отправлялся не один, призывались многие юноши, в том числе его бывшие одноклассники-выпускники.
   Времени на сборы почти не было, попрощаться с Тоней не удалось.
   "Я знаю, что ты считаешь меня человеком несерьезным, совершенно ни к чему не способным... Для меня это совершенно безразлично, ибо я знаю одно: любовь моя к тебе не угаснет никогда, хотя эта любовь безответная...
   Я понимаю, что это последнее письмо... Может быть, и не последнее, но это только надежда... самоуспокоение... Последнее только потому, что ты смеешься надо мной, возможно, презираешь меня...
   Сегодня, Тоня, по случаю моего выезда спалил все дневники, в которых тысячу раз повторялось твоя имя, которые были напитаны только любовью. Я не мог их уберечь! Не мог повезти с собой, а, кроме того, подумал, на что они, если все идет прахом, если моя любовь безответна...
   Это не "огромное по размерам и чудовищное по содержанию". Ты помнишь эти твои слова...
   С приветом, всегда любящий тебя Юрий.
   Р.S. Если будет время, напиши пару слов. Это для меня счастье".
   Значит, Тоня отвергает своего друга и высмеивает его "послания", а над неудавшимся влюбленным смеется вся школа?
   
   НО ПОСЛУШАЕМ АНТОНИНУ!
   О том, как воспринимала признания юноши сама Тоня, мы уже знаем. Но, к сожалению, лишь по отрывкам Юриных писем. А из ее записок сохранилась только одна. Читаем и - увы! В ней не находим насмешек. "Напрасно думаешь, что ты тревожишь записками, и они вовсе не глупые... Ты не прав, что считаешь себя посмешищем". Более того, она не желает уничтожать письма: "Пусть будут они памятью 1942 года. Товарищами мы будем так же, как и раньше".
   Дневниковые записи Нины Кезиковой еще больше проливают свет на эту трогательную историю. Летом 1942 года школьники работали на колхозных полях: девушки - в селе Подгорном, ребята - в соседней Поповке. Однажды девчонок навестили Юрий и некий Вадим. Долго сидели втроем: Юра, Тося и Нина.
   "На улице сильный дождь, со всех сторон сверкает молния. Красивая ночь! Чудесная! И в такую ночь сидят три товарища и, вспоминая о прошлом, делают наметки на будущее. Так прошла ночь 15.06-42 г., которую долго я помнить буду. Люблю я такие ночи, когда, сидя при свете керосиновой лампы, вспоминаешь о друзьях-товарищах, о ночных пожарищах, с которыми вместе пришлось воевать. О прошлом, и думая о будущем".
   И далее: "Какой замечательный мальчишка - этот Юрий. Стройный, красивый, умный и, главное, веселый. И думает! Сколько он думает, откуда у него берутся эти думы. О чем он думает, никто не знает. Он решительный и выдержанный, но как он любит Тосю Д.
   Я знаю, он страдает, переживает, однако всегда веселый, шутит. Тося тоже его любит, она мне всё-всё рассказала. Да, ждет его, и он вернется к ней. Они будут счастливы. Чтобы прекратить всякие переживания и страдания, я немного им помогу".
   Не верить подруге нельзя. Значит, любовь живет. Оба тянутся друг к другу, но что-то мешает, что-то между ними произошло: как будто кошка пробежала. Ответ находим в воспоминаниях Геннадия: размолвка произошла из-за другой девушки, Люси К.: Тосе сказали, что Юрий за ней ухаживал. Верить ли этому? Возможно, это чьи-то интриги? Именно так Юрий все это и расценил: "Что это вообще за глупость, и кто ее мог пустить. Вот клянусь честью, что это не люди, это просто-таки какие-нибудь идиотки... Неужели я настолько глуп, что мог все это делать и писать тебе, беспокоить, надоедать..."
   Но разговоры продолжались, кто-то из "доброжелателей" подливал масла в огонь. Одним из них, по-видимому, был тот самый "диктор", которому так резко ответил Юрий, а заодно и Тоне.
   На помощь Юре приходит Алексей Зиновьев, друг Геннадия. На правах старшего он просит Антонину обратить внимание на записки, ведь Юра "любит тебя всей душой и сердцем. Разве бы он писал тебе, если бы история с той девушкой была правдой?" Алексей считает отговорками объяснения Тони, будто бы у нее уже есть друг, а на ответы нет времени. "Но если ты человека любишь, то для него найдешь минутку свободного времени, а это ему целое счастье... Да и разве он плох чем-либо?" (17 января 1942 года).
   Был ли на самом деле у Тони друг? Насколько известно Алексею, в то время - нет. "Может быть, я ошибаюсь?"
   Вопрос остается без ответа. Родители Антонины утверждали, что она ни с кем из ребят не встречалась, гуляли все вместе. В компании неизменно был Юрий.
   А вообще-то она была девушкой веселой, хохотушкой. Ей льстило, что на нее обращали внимание, писали записки, предлагали дружить.
   "Я не мог больше молчать... Я пишу эту записку и надеюсь, что получу положительный ответ. Горячо любящий вас Ваня П. 07.06.42 г."
   Были, наверное, и другие, но в домашнем архиве сохранилась только одна. И еще один вопрос: как Тоня отнеслась к внезапному отъезду Юрия? На этот счет есть лишь косвенные свидетельства, которыми располагал все тот же Геннадий. Она переживала, что заставила Юру страдать и мучиться. Говорит, хотела проверить его верность...
   Вскоре Юрий вернулся в поселок. Его постигла участь тысяч людей, оказавшихся под бомбежками или попавших в окружение, а потом пробиравшихся по оккупированной территории в более безопасное место.
   Во время оккупации Юрий, Антонина, как и Нина Кезикова, другие одноклассники, стали участниками "Молодой гвардии". У каждого из них были конкретные поручения, ответственные задания. Все рисковали жизнью, переживали за любимых. Беспокоились так же, как и о членах своей семьи. Но личное в тот момент все же отодвигалось на второй план. Как говорит Геннадий, наша юная пара встречалась по-прежнему, но не так часто. Родители Тоси рассказывали, что к ним домой приходили ребята и девушки. Среди них был и Юрий. И лишь однажды он пришел один. Они с Тоней ушли в комнату, о чем-то долго говорили. О чем? То ли о делах, то ли о своих чувствах? Теперь об этом уже никто никогда не узнает. Свою тайну они унесли с собой.
   Но память о них, как людях, достойных друг друга, с чистыми помыслами, искренними чувствами, осталась навсегда. В музее хранится один интересный снимок - Юрий и Антонина рядом. Явно, это монтаж. Много лет назад он был сделан по заказу старшей сестры Марии и долго хранился в ее семье. Значит, и потомки хотели, чтобы прекрасные отношения этих молодых людей были явью, не омрачались какими-то недоразумениями. По-видимому, издалека все видится в идеальном, романтическом свете.
   Мечта о любви Ромео и Джульетты прекрасна и вечна!
    Ижица, 3 марта 2004
   Раиса Аптекарь, Галина Луганцева,
   г. Краснодон, музей "Молодая гвардия".



Этот сайт создал Дмитрий Щербинин.