Молодая Гвардия
 

       <<Вернуться к перечню материалов

Г. И. Денисенко
"По зову совести"



   Сея смерть и разорение, фашистские войска в начале июля 1941 года вторглись на территорию Житомирщины и в августе оккупировали всю область. Смерть стала хозяйкой в каждом ее городе, в каждом селе.
   О том, с чего начали свое правление захватчики в оккупированном Житомире, рассказал один из гитлеровцев: "...когда мы наконец взобрались на насыпь, нашим глазам представилась отвратительная по своей жестокости картина, потрясавшая и ужасавшая неподготовленного человека. Там была вырыта яма около 7-8 м длиной и примерно 4 м шириной, на одном краю которой лежала куча вынутой из нее земли. Этот холм и прилегающая к нему стенка ямы были совершенно залиты потоками крови. Сама яма была заполнена множеством трупов мужчин и женщин разного возраста, общее число которых трудно определить, как и глубину ямы. За насыпанным валом находилась команда полиции во главе с полицейским офицером. На форме полицейских были следы крови. В отдалении кругом стояло множество солдат расквартированных там частей; некоторые из них присутствовали как зрители... Подойдя вплотную к яме, я увидел картину, которой до сих пор не могу забыть. Среди других в этой могиле лежал старик с седой окладистой бородой, сжимавший в левой руке трость. Так как он еще был жив и прерывисто дышал, я велел одному из полицейских добить его, на что тот ответил с улыбкой: "Я ему уже вогнал 7 пуль в живот, он теперь сам должен подохнуть". Расстрелянных в могиле не складывали, и они лежали вповалку, так, как падали сверху в яму. Все эти люди были убиты выстрелом в затылок, а раненые добивались в яме из пистолетов".
   Эта кровавая трагедия произошла в Житомире в конце июля 1941 года. Ее описал бывший командир 528-го немецкого пехотного полка майор Реслер. Этот оккупант, как он заявил, не страдал "преувеличенной чувствительностью": он был очевидцем диких кровавых оргий германских милитаристов во время первой мировой войны. Фашистского разбойника возмутил не сам факт массового расстрела населения, а то, что расстрел людей происходил "публично, как бы на открытой сцене". Но чем бы ни руководствовался Реслер, свидетельство его потрясает.
   И это не одиночный факт. Не только сам массовый террор и его изуверские способы были будничной, повседневной практикой фашистских оккупантов. В Малине гитлеровцы арестовали 129 жителей, среди которых было 30 женщин с детьми. Продержав арестованных несколько дней под открытым небом, фашисты расстреляли взрослых, а детей бросили на трупы расстрелянных и живыми закопали. В селе Емальчино оккупанты загнали в избу 68 человек и наглухо забили окна и двери. Все находившиеся в избе люди погибли от удушья. В селе Юзефовка гитлеровцы раздели догола арестованных ими мужчин и женщин, привязали их к деревьям, избили палками, некоторым вывернули руки в суставах, поломали ноги и только после этого расстреляли.
   Жестокость в обращении с населением была обязательной для оккупантов. Это прямо определялось многочисленными инструкциями и приказами захватчиков. Например, коростышевский гебитскомиссар в своем приказе чинам немецкой оккупационной администрации указывал: "Кто из нас не может вести себя твердо, тот не подходит для оккупации Востока. Кто верит, что с населением можно обращаться по-хорошему, того считать непригодным и не знающим психологии украинцев... Я никого не буду щадить...".
   Наряду с массовыми казнями немецко-фашистские оккупанты поголовно грабили советских людей, лишая их самых необходимых средств существования, и прежде всего - продуктов питания. "...В Житомире, - показал взятый в плен
   советскими воинами ефрейтор 218-го полка Гафнер, наши части жили припеваючи, забирали у гражданского населения все продукты питания, так что население вынуждено было голодать; у них не оставалось продуктов, так как немцы все поедали".
   Население было задавлено непосильными налогами. Хозяйственные команды, военные агрономы, сельскохозяйственные офицеры, разного рода коменданты по своему усмотрению устанавливали размеры поставок хлеба, масла, молока и других продуктов и силой все это изымали. "Вы можете поверить мне,- писал гитлеровский наместник на Украине Эрих Кох в обращении к солдатам Восточного фронта,- что я вытяну из Украины последнее, чтобы только обеспечить вас и ваших родных". О том, как "вытягивалось из Украины последнее", можно судить по примеру села Баскаки Барашевского района Житомирской области. Жители этого села в 1942 году должны были сдать оккупантам 35 голов скота, 4660 килограммов мяса, в том числе 800 килограммов свинины, 84 600 литров молока. А в селе после предшествовавших грабежей на 138 хозяйств осталось всего 69 коров, 27 лошадей и одна свинья. Кроме этого крестьян обязали поставить немецкой армии 7200 пудов зерна, весь урожай капусты, свеклы, помидоров, огурцов, моркови. Но и это не все. Каждый двор был обложен налогами: с хозяйства - 400 рублей, с человека - 100 рублей, за "освобождение"- 50 рублей, за лошадь - 300 рублей, за корову - 150 рублей, за собаку -150 рублей. "Пунктуальные" оккупанты не забыли и кошек. За нее хозяин должен был платить 100 рублей налога в год.
   Безудержные грабежи и налоги привели к тому, что население области стало голодать. Из Базарского района местные власти доносили: "Если в феврале 1943 года голодало 2807 человек, то в апреле 6487 человек не имели ни куска хлеба".
   Кровавая оккупационная политика захватчиков толкала на борьбу с ними самых мирных людей. Но она не была, как это пытаются представить буржуазные историки, основным фактором этой борьбы. Советские люди поднимались на борьбу с захватчиками, движимые прежде всего пламенным советским патриотизмом, безграничной преданностью социалистическому общественному строю, делу Коммунистической партии. Эти факторы превращали миллионы простых людей в бесстрашных героев.
   На Житомирщине оккупанты получили первые удары от патриотов еще до того, как успел развернуться кровавый "новый порядок". Ворвавшись в Радомышль, гитлеровцы согнали население на митинг, посвященный "освобождению".Пришел на него и рабочий-коммунист А. Т. Гончаренко. Не успел фашистский оратор начать свою речь, как в группу гитлеровских офицеров, стоявших около трибуны, полетели две гранаты. Отважный патриот погиб, но и десятью врагами стало меньше. Затем последовали убийства вражеских солдат и офицеров на улицах. 18 декабря 1941 года житомирский генерал-комиссар издал приказ, которым ввел систему заложничества. В нем говорилось: "за каждый отдельный выстрел в рейхснемца в дальнейшем будет расстреливаться 100 мужчин и женщин из местного населения".
   Но советский народ поднялся на смертный бой с захватчиками. Его ничем нельзя было запугать. За два месяца до оккупации фашистами области обком КП(б)У, естественно, не успел сделать все необходимое для организации подпольных организаций и партизанских отрядов. Но многое все же было сделано. На места были посланы уполномоченные обкома. В Радомышльский район выезжал первый секретарь обкома КП(б)У М. А. Сыромятников, в Словечанский - секретарь обкома В. А. Стрельцов. Совместно с горкомами и райкомами партии уполномоченные обкома создали 36 подпольных горкомов и райкомов КП(б)У, 210 подпольных партийных организаций, девять партизанских отрядов. Для руководства народной борьбой в тылу врага обком КП(б)У решил образовать основной и запасной подпольные обкомы партии. Но состав этих органов обком подобрать не успел. Были утверждены лишь их руководители.
   Первым секретарем подпольного обкома партии был оставлен секретарь Коростышевского райкома КП(б)У Г. И. Шелушков. Это был стойкий солдат партии. 18-летним юношей он воевал на различных фронтах гражданской войны. В годы строительства социализма Шелушков создавал колхозы, вел ответственную партийную работу. Секретарем запасного подпольного обкома партии был утвержден председатель Красноармейского райисполкома Т. Л. Гришан, имевший опыт партизанской борьбы в годы гражданской войны.
   В подпольные организации и партизанские отряды были подобраны в основном стойкие люди - коммунисты, комсомольцы и беспартийные патриоты, согласившиеся добровольно остаться для борьбы в тылу врага. Однако в условиях быстрого продвижения противника некоторые подпольные партийные органы и партизанские отряды создавались поспешно, без достаточной подготовки и инструктирования. Сказывалось и отсутствие опыта. Враг же располагал сильным, опытным разведывательным и карательным аппаратом. Поэтому захватчикам удалось первоначально нанести серьезные удары по подполью и партизанам. В Овручском районе, например, сразу же были обнаружены фашистской разведкой и расстреляны заведующий военным отделом райкома партии Д. Д. Жила, инструктор райкома партии И. Г. Жила, начальник уголовного розыска райотдела милиции Н. Н. Прокопчук, председатель Кирданского сельского совета Ф. Ф. Першко, председатели колхозов И. С. Колосюк, А. П. Колосюк, А. Я. Шваб и другие. Часть подпольных организаций была разгромлена, некоторые из них распались.
   В тяжелом положении оказались партизанские отряды. В Потиевском районе развернул деятельность партизанский отряд под командованием К. В. Дружинского. Совершив ряд удачных действий, партизаны в конце августа 1941 года начали на значительно превосходившего их по силам противника. В результате многие из них были убиты, отряд рассеялся. К. В. Дружинский был ранен, схвачен и расстрелян фашистами. Такая же участь постигла Словечанский партизанский отряд, которым командовал секретарь запасного подпольного обкома партии Т. Л. Гришан. С приходом фашистов отряд провел ряд удачных операций. Гитлеровцы направили против него сильный карательный отряд. В январе 1942 года он разбил партизан. В неравном бою погибли T. Л. Гришан и многие бойцы отряда.
   Дорогой ценой - кровью и жизнями патриотов - приобретался опыт, вырабатывалась тактика борьбы. В "Путинском районе был оставлен подпольный райком партии и подпольные организации в селах Остапы, Кремно, Липники, Бовсуны, Червона Волока. Они развернули работу, но уже в августе 1941 года погиб секретарь подпольного райкома партии П. И. Нагорный и многие подпольщики. Избежавшие ареста коммунисты установили связи между собой. В октябре 1941 года в селе Остапы собрались представители уцелевших подпольных партийных организаций. Они избрали новый состав подпольного РК КП(б)У во главе с оставленным в подполье директором средней школы И. Г. Сторожуком. Деятельность подполья значительно оживилась. Только за осень 1941 года подпольщики села Остапы собрали и спрятали 212 винтовок, три ручных пулемета, два станковых пулемета, три автомата, много тола и других боеприпасов, подготовили 68 человек для партизанских отрядов.
   В Коростышевском районе для подпольной работы был оставлен заведующий военным отделом райкома партии М. В. Шклярук. Уже во время вражеской оккупации в район сумел проникнуть работник органов НКВД И. П. Музыка. Через некоторое время он установил связь с отдельными оставшимися в районе коммунистами, встретился с М. В. Шкляруком. Было решено устроить в учреждения оккупантов своих людей. С. П. Сладкевича удалось сделать заведующим типографией. Теперь все документы, которые гитлеровцы размножали типографским путем, становились известными подпольщикам. Секретарем районной полиции устроился подпольщик А. Д. Демченко. Он узнавал ночные пароли, добыл список намеченных к аресту коммунистов и советских активистов, что дало возможность многим из них своевременно скрыться. К декабрю 1941 года в Минейках, Старосельцах, Гуменниках, Кошарище, Козиевке, Слободке, Кашперовке, Березовке и других селах района были созданы подпольные организации и группы. Возникла необходимость в руководящем органе, который возглавлял бы и координировал деятельность подпольных организаций и групп в масштабе района. Не считая себя вправе образовывать партийные органы, руководители подпольных организаций создали районный подпольный комитет, а не подпольный райком партии. В состав комитета вошли И. П. Музыка, М. В. Шклярук и Л. П. Зарицкий.
   В дальнейшем и в других районах создавались подпольные комитеты. В их состав входили руководители крупных подпольных организаций.
   Активную работу по созданию подпольных организаций развернул секретарь подпольного обкома партии Г. И. Шелушков. В июле 1941 года с документами на имя Г. И. Шумакова он прибыл в Житомир и поселился в небольшом домике, находившемся во дворе недалеко от угла улиц Ленина и Горького. Для конспирации Шелушков устроился на работу дворником и стал искать необходимых людей. Хозяин дома, где должен был находиться А. Е. Хоменко - секретарь Житомирского подпольного горкома партии, даже не выслушав пароля, хлопнул калиткой: "Шляются, спокою не дают".
   Это было серьезной неудачей. У А. Е. Хоменко находились все городские связи. Г. И. Шелушков настойчиво продолжал разыскивать секретаря горкома партии, не зная, что его на третий день после прихода гитлеровцев арестовали. Дело в том, что в фиктивном паспорте А. Е. Хоменко в спешке при изготовлении документов для подпольщиков была указана улица, которой вообще не было в Житомире. Это и послужило причиной ареста А. Е. Хоменко, но ему удалось бежать. Оставаться на Житомирщине А. Е. Хоменко не мог и ушел в Киевскую область (В Корсунь-Шевченковском районе А. Е. Хоменко создал подпольную организацию. В августе 1943 года он был назначен комиссаром партизанского отряда "Грозный", а в декабре 1943 года при расформировании отряда откомандирован в распоряжение ЦК КП(б)У и работал в опергруппе Житомирского обкома партии. При выполнении задания А. Б. Хоменко погиб).
   Однажды Г. И. Шелушков встретил А. И. Цендровского, которого хорошо знал по совместной работе в Коростышевском районе. Затем была установлена связь с руководителем одной из подпольных групп П. И. Шиманским. Через некоторое время на конспиративной квартире по улице Ленина, 46, было проведено совещание подпольщиков. "Нас было трое: Григорий Иванович, Шиманский и я,- пишет в своих воспоминаниях А. И. Цендровский,- но чувствовали себя так, словно нас было не трое, а вдесятеро больше, хотя выглядели мы неважно. Григорий Иванович похудел, лицо осунулось, под глазами темные дуги, выросла большая борода, черная, густая. Его трудно было узнать даже человеку, который много раз встречался с ним. Только говорил он по-прежнему: ясно и убедительно...
   А когда Григорий Иванович узнал, что в группе Шиманского есть приемник, то посоветовал организовать прием сводок Совинформбюро и распространять их. А мне поручил создать партизанскую базу и место указал: в лесу возле села Рудня-Грабовка. Мол, народ там хороший, поможет. А оружие к весне мы достанем".
   В другом конце города, в доме № 14 на набережной Тетерева, собиралась другая инициативная группа подпольщиков - Гриша, Павел Большой, Павел Маленький и другие. Гриша - это агроном Г. М. Буржимский. Его оставили на подпольной работе в Березнянском районе Черниговской области. Но там его знали как коммуниста и заведующего районным земельным отделом. Гестаповцам вскоре удалось напасть на след подпольщика, и он был вынужден уйти в Житомир, где жила его сестра. Здесь ему быстро удалось объединить вокруг себя группу патриотов: мужа сестры В. К. Василенко, его друга детства П. Н. Мандрыку (Павел Большой) и их хорошего знакомого П. В. Толкача (Павел Маленький).
   Группа усиленно искала надежных людей в Житомире, а П. В. Толкачу было поручено поехать в Чуднов и установить связь с местными подпольщиками, а если там нет организации, то подобрать людей и создать ее. "И вот я в Чуднове,- пишет в своих воспоминаниях П. В. Толкач.- Мне удалось поступить на работу в банк. Легальное положение избавило от ареста при облавах, которые проводились почти каждый день. А работа счетоводом давала возможность знакомиться с новыми людьми, поддерживать связи". П. В. Толкач привлек к подпольной работе директора банка Ф. Н. Матвейчука, бухгалтера маслопункта Ю. С. Рещикова и других. "Матвейчук,- говорится в воспоминаниях П. В. Толкача,- несказанно обрадовался, узнав, что в Житомире есть нужные люди, которые уже проводят антифашистскую работу, и пообещал привлечь надежных знакомых в подпольную организацию. И в скором времени в Чуднове она была создана".
   Организация стала устанавливать связи с оставшимися в районе подпольщиками. Действовали они смело, хотя и не имели единого руководства. В конце июля 1941 года в Богдановском лесу был подожжен большой склад боеприпасов. Три дня жители окрестных сел слышали сильные взрывы. Совершил диверсию Василий Курков - член подпольной группы поселка Большие Коровинцы. Возле села Дрыглов в воздух взлетел большой шоссейный мост. У села Русские Пилипы подпольщики сожгли стога убранного хлеба и молотилку.
   Чудновским подпольщикам удалось установить связь с подпольными группами окрестных сел. Вскоре был образован районный подпольный комитет. В него вошли Ю. С. Рещиков, К. П. Житник, Н. В. Чернецкий, Ф. Н. Матвейчук и В. В. Григорович. В декабре 1941 года в селе Сербиновка комитет провел заседание, на котором утвердил руководителей подпольных групп, обсудил вопросы о создании типографии, о взаимной информации и координации действий подпольщиков.
   Наладив деятельность чудновских подпольщиков, П. В. Толкач возвратился в Житомир. Здесь в разгаре была работа по созданию новых подпольных групп и установлению контактов с теми, которые уже вели борьбу с оккупантами. Одну из таких групп создал коммунист В. В. Якунин. В прошлом кадровый командир Красной Армии, танкист, он в 1940 году был демобилизован по состоянию здоровья. С приходом захватчиков Якунин стал работать электриком на авторемонтном заводе. Присмотревшись к рабочим, он привлек к подпольной работе И. Бацака, П. Воронова, К. Костина, Н. Костину, Н. Золотаревского. Подпольщики достали радиоприемник, установили его в погребе и стали распространять среди рабочих сводки Совинформбюро и другие передачи московского радио. Вскоре группа занялась освобождением военнопленных. Г. С. Раздоборов сумел подделать печать, что дало возможность изготовлять фиктивные документы, которые передавались в лагеря. Этими документами воспользовались многие бежавшие из плена советские воины. Впоследствии, когда была установлена связь с партизанами, подпольщики переправляли бежавших в партизанские отряды. Со временем это дело приняло широкий размах. Только Г. И. Кисельчук и С. К. Сичкина вывели из Житомира к партизанам 44 вызволенных из плена советских воина
   В областном аптекоуправлении устроился на работу Г. С. Протасевич. Он быстро сплотил вокруг себя группу патриотов. Подпольщики начали с того, что затянули инвентаризацию имущества, которое осталось на складах и в аптеках. Это позволило скрыть от оккупантов и направить в аптеки глубинных лесных районов большое количество медикаментов и перевязочного материала. Подпольщики печатали на пишущей машинке листовки, а осенью 1941 года приобрели радиоприемник и стали размножать сводки Совинформбюро.
   Активное участие в создании подпольных групп принимали советские военнослужащие. На Богунии - окраине Житомира- гитлеровцы разместили лагерь военнопленных. Отсюда с помощью подпольщиков, а иногда самостоятельно бежали многие попавшие в плен советские воины. С одной из партий в Богунский лагерь был пригнан В. Ю. Рогинский. Через несколько дней ему удалось бежать. "Пробираясь между развалинами,- писал В. Ю. Рогинский,- я думал, где остановиться. В Житомире я никогда не был, знакомых не имел. А незажившие раны давали о себе знать при каждом шаге. Но выйдя на одну захолустную улицу, я встретил женщину, которая несла полбуханки черного хлеба. Она не стала расспрашивать меня, а сразу пригласила в квартиру. Через несколько дней пошел в аптеку и попросил бинта. Аптекарша достала пакетик и дала. А когда увидела гноившуюся рану, то засыпала ее порошком. Мы разговорились. Узнав, что я по специальности радиоинженер, пригласила зайти к ней на квартиру.
   В небольшой комнате я встретился с мужчиной средних лет. Он пристально посмотрел на меня, а потом пригласил покушать".
   Гостеприимным хозяином оказался руководитель подпольной группы аптекоуправления Г. С. Протасевич. Он снабдил Рогинского документами и посоветовал устроиться работать на радиоузел. Рогинский был принят туда радиомонтером. По делам службы он бывал во многих квартирах. Это давало ему возможность поддерживать связи между подпольщиками. Встречаясь с новыми людьми, Рогинский наиболее стойких патриотов привлекал к подпольной работе. Ему удалось связаться с антифашистами из словацкой части, находившейся в Житомире. Рогинский обеспечивал их листовками, помогал переводить их. В свою очередь словаки-антифашисты, как могли, помогали подпольщику, однажды в комнате Рогинского агенты нашли радиоприемник. На допросе он заявил, что ремонтировал приемник словацкому офицеру, и описал его приметы. Вызванный в полицию офицер-словак догадался, в чем дело, и подтвердил, что приемник принадлежит ему. Во время одной из облав к подпольщику А. И. Броновицкому пришел связной из партизанского отряда. Живший у Броновицкого словак Евин вышел к полицейским и сказал, что в доме никого нет. И это не единичные случаи, когда словаки-антифашисты оказывали помощь подпольщикам.
   К концу 1941 года в Житомире активно действовали подпольные группы под руководством В. К. Василенко, Г. М. Буржимского, Г. С. Протасевича, П. И. Шиманского, А. Д. Денисюка, Н. Н. Феоктистова, И. И. Рогалевича, М. В. Шклярука, П. И. Кондратюка, П. Н. Мандрыки, Ф. Ф. Мозгового, В. П. Диденко, Н. И. Осипова, М. М. Тышкевич и В. В. Якунина.
   Быстро шел процесс создания подполья в районах области. Причем многие подпольные организации и группы возникали с помощью житомирских подпольщиков. Немало было организаций и групп, образовавшихся самостоятельно.
   Одну из таких самостоятельно возникших подпольных организаций создал в августе 1941 года в селе Деныши Житомирского района учитель А. А. Кирилюк. Немногочисленная вначале, организация в мае 1942 года насчитывала уже 52 человека. Это были учителя и учащиеся местной школы, колхозники и бежавшие из плена советские воины. Подпольщики приобрели четыре радиоприемника, принимали сводки Совинформбюро, писали листовки, которые распространялись в окрестных селах и деревнях.
   Члены организации систематически нарушали телеграфно-телефонную связь на трассе Житомир - Новоград-Волынский и Житомир - Бердичев. В селе Михайловка они уничтожили шесть тракторов, три комбайна, две молотилки. Установив связь с партизанским отрядом им. Чапаева, подпольщики совместно с партизанами взорвали и подожгли пять мостов, захватили у врага 320 центнеров продовольствия, которое раздали населению. Н. И. Дорошкевич, Л. В. Кратюк, А. В. Селецкий, А. Ф. Шевченко, А. В. Алексеенко и другие подпольщики, хорошо зная местность, водили партизанские группы на подрыв вражеских эшелонов, а после выполнения заданий прятали партизан в домах надежных людей.
   К середине 1942 года вся область покрылась сетью подпольных организаций и групп. В сельской местности действовали партизанские отряды. Складывалось и руководство их деятельностью в областном масштабе. По инициативе секретаря подпольного обкома партии Г. И. Шелушкова в марте 1942 года была создана руководящая тройка в составе Г. И. Шелушкова, П. И. Шиманского, И. П. Музыки. Фактически она стала выполнять функции подпольного обкома партии. Первоначально руководящей тройке не удалось связаться со всеми подпольными организациями, в том числе и в самом Житомире. Здесь в июле 1942 года по инициативе коммунистов, не связанных с руководящей тройкой, было создано два городских подпольных партийных комитета. В один из них входили коммунисты Г. М. Буржимский, В. К. Василенко и П. Н. Мандрыка, в другой - А. Д. Бородий, Г. С. Протасевич и В. П. Диденко.
   Подпольный комитет А. Д. Бородия объединял до 100 подпольщиков города и имел связи с подпольем Довбышского, Новоград-Волынского, Олевского, Барашевского и Черняховского районов. В установлении этих связей многое сделал Г. С. Протасевич. Как работник областного аптекоуправления, он часто выезжал в районы и с помощью проверенных людей, прежде всего работников аптек, устанавливал контакты с патриотами и привлекал их к борьбе с оккупантами. Активную работу по заданию комитета проводил бежавший из плена врач С. И. Першин. Винницкие подпольщики, подкупив охрану, освободили его из госпиталя военнопленных, ввели в состав руководящего центра и позаботились о трудоустройстве. Случайно удалось устроить его на должность заместителя гебитсартца - главного врача, ведавшего медицинскими учреждениями области. В 1942 году оккупанты перевели С. И. Першина из Винницы в Житомир. Здесь он занял должность врача при генерал-комиссариате. Связавшись с Г. С. Протасевичем, С. И. Першин трудоустраивал бежавших из лагерей военнопленных, привлекал медицинский персонал к подпольной работе, информировал комитет о мероприятиях гитлеровцев.
   Все же основную работу по установлению связей с подпольными организациями Житомира и области, координации их деятельности проводила руководящая тройка. Она имела прочные связи с подпольщиками Житомирского, Любарского, Дзержинского и Емильчинского районов. В апреле 1942 года для передачи установок руководящей тройки были направлены на периферию специальные уполномоченные. В Потиевку выехал М. В. Шклярук. Он был снабжен документами на имя механика потиевской МТС М. В. Карася. Приказ о назначении на эту должность достал подпольщик П. И. Кондратюк, работавший в областном управлении МТС. М. В. Шклярук имел задание установить связь с местными подпольщиками, передать им указание руководящей тройки всячески срывать работу машинно-тракторной станции и готовить людей к открытой вооруженной борьбе. В Любар под видом ищущего заработок инвалида-стекольщика был направлен В. П. Диденко, в Дзержинск - П. И. Кондратюк, в Брусилов поехал П. И. Шиманский, в Ярунь - П. Г. Мандрыка. Последние были снабжены фиктивными документами. Их мастерски научились изготовлять сестры Е. М. и М. М. Тышкевич. Дело это было поставлено широко. Работавшие в оккупационных учреждениях подпольщики обеспечивали сестер чистыми бланками и образцами документов. Сестры заполняли бланки и подделывали подписи фашистских начальников. Затем ставилась умело скопированная с подлинника печать. Сестры научились даже смывать текст в паспортах, написанный тушью, и вносить новые данные.
   С созданием руководящей тройки деятельность подпольных организаций приобрела целенаправленный и организованный характер, они стали решать более сложные задачи. Значительно увеличился выпуск листовок. Люди находили их в коридорах домов, в почтовых ящиках, на стенах домов. Подпольщики ловко использовали объявления оккупантов. Из Житомирского района оккупанты доносили начальству: "В объявлениях, напечатанных на немецком, украинском и русском языках, немецкий текст содержит распоряжение о сдаче оружия, а рядом с "ним украинский и русский тексты призывают население к саботажу и вступлению в партизанские отряды".
   Из листовок подпольщиков население узнавало об успехах Красной Армии. Вот, например, что сообщалось в листовке новоград-волынских подпольщиков, изданной в марте 1942 года: "Дорогие товарищи! Гитлеровские бандиты скрывают от нас разгром немецких войск под Москвой. Не верьте этим псам! Вот вам правда: ...Красная Армия освободила от немцев Московскую, Тульскую... области. Немцы несут потери в людях и материалах. Наша авиация наносит немцам огромный урон..."
   Дальнейшее расширение печатной агитации требовало создания подпольных типографий. Именно такую задачу поставила руковвдящая тройка перед местными подпольными организациями. И вскоре в Житомире, Новоград-Волынске, Коростышеве, Чуднове, Барановке, Радомышле такие типографии были созданы. Дело это было чрезвычайно трудное. Чудновским подпольщикам, например, пришлось сделать налет на районную типографию. Подпольщики захватили шрифт, печатный станок, бумагу, краски и все это привезли в село Сербиновка.
   В Новоград-Волынске представилась другая возможность достать необходимое оборудование для подпольной типографии. Правда, подпольщики здесь и раньше выпускали печатные листовки. Член подпольного комитета К. П. Мякишев работал в типографии оккупантов. Он набирал текст листовки в цехе и выносил его; печаталась листовка в другом месте. Однако фашисты усилили слежку, часто стали делать обыски. Набор листовок в цехе пришлось прекратить. Тогда подпольщики нашли здание, где перед войной размещалась воинская типография. Из-под груды кирпичей они извлекли шрифт и печатный станок. Вскоре на чердаке здания санитарной станции стала работать подпольная типография.
   Руководящая тройка обратила внимание подпольных организаций на необходимость улучшения содержания листовок. Была поставлена задача, чтобы подпольные издания ярче разоблачали сущность "нового порядка" захватчиков, их лживую пропаганду, шире освещали положение на фронтах, призывали население к саботажу мероприятий врага, звали к вооруженной борьбе против оккупантов. Вот, например, как реализовывалось это указание в одной из листовок Дзержинского подпольного комитета: "Вам, крестьяне, из вашего хлеба дают паек полуголодного существования. Вы не имеете права кушать продукты, которые сами производите. Где ваши коровы, свиньи? Где ваш хлеб? Все забрал фашистский грабитель. А где ваши дети? Их погнали на смерть в Германию! Кто возвратится оттуда? Никто и никогда не возвратится. Теперь фашисты накинулись на последнюю добычу - хотят вывезти в фашистский ад всю молодежь. Фашисты хотят уничтожить ее, как евреев, только иным методом!
   Не слушайте изменников - старост и не езжайте в Германию. Ни одного яйца, ни одной бутылки молока, ни одного куска хлеба! Каждая хоть маленькая ваша работа против фашистов поможет ускорить их гибель...
   Смерть фашистам!"
   Во многих селах Корнинского и Попельнянского районов распространялись стихи, подписанные Пылыпом Комашкой. Под этим псевдонимом выступал украинский поэт Микола Шпак (Микола Шпак участвовал в обороне Киева. После оккупации города он с группой красноармейцев стал пробиваться к линии фронта. В районе Борисполя Шпак попал в плен и был заключен в Дарницкий лагерь. Отсюда ему удалось передать родным записку в село Липки Попельнянского района. Матери в ноябре 1941 года с большим трудом удалось вырвать М. Шпака из лагеря. Поэт в это время уже не мог ходить. Его привезли в село. Оправившись, он начал сплачивать вокруг себя коммунистов, комсомольцев и беспартийных активистов. Подпольщики принимали сводки Совинформбюро, распространяли стихи поэта, готовились к партизанской борьбе. Перед самым уходом в лес произошел провал попельнянской подпольной организации, начались аресты и в селе Липки. М. Шпаку удалось бежать с группой подпольщиков. Когда поэт появился в Киеве, он был арестован и замучен в застенках гестапо).
   С образованием руководящей тройки по-новому встал вопрос об организации вооруженной борьбы с захватчиками. Во-первых, теперь эта борьба направлялась из единого центра. Во-вторых, центр координировал действия подпольных организаций и партизанских отрядов, ориентировал на это подпольные районные комитеты. В-третьих, руководящая тройка организовывала материально-техническое обеспечение вооруженной борьбы.
   Особое внимание руководящая тройка обратила на создание партизанских отрядов, подбор их командиров и комиссаров, пополнение их личным составом, снабжение оружием и боеприпасами. К этому делу были привлечены подпольные районные комитеты и многие подпольные организации. Член руководящей тройки И. П. Музыка разработал специальную инструкцию для командиров партизанских отрядов. В ней указывалось, как проводить прием людей в партизанские отряды, каким должен быть порядок в отрядах и как поддерживать дисциплину в них. Специальный раздел инструкции был посвящен политико-воспитательной работе среди партизан. В инструкции говорилось, как готовить отряд или отдельную группу к выполнению заданий и проводить боевые операции. "Главной задачей партизанских отрядов,- подчеркивалось в инструкции,- является уничтожение мостов, всевозможных коммуникаций, складов, средств связи, объектов, имеющих военное значение, и выведение из строя живой силы противника".
   Очень сложным делом было вооружение партизанских отрядов. Руководящая тройка и районные подпольные комитеты мобилизовали на это многие подпольные организации. Оружие и боеприпасы собирали на местах прошедших боев, похищали у немецких военнослужащих и полицейских. Например, туровецкая подпольная организация весной 1942 года передала Коростышевскому партизанскому отряду два пулемета, два автомата, 50 винтовок и около 50 тысяч патронов. Подпольщики села Пряжево Житомирского района (руководитель коммунист И. М. Жучков) в мае 1942 года добыли два ручных пулемета, четыре полуавтомата, около центнера тола и 20 м бикфордова шнура. Они передали в партизанские отряды три пулемета, 53 винтовки, 10 тысяч патронов, 260 гранат, 350 детонаторов, шесть центнеров тола (его выплавляли из бомб) и 100 механических взрывателей. Большую помощь в сборе оружия оказывало подпольщикам партизанам население. Только семья Р. И. Дехтяренко из Ярунского района передала подпольщикам шесть пулеметов, 30 винтовок и 20 тысяч патронов.
   Вскоре предпринятые руководящей тройкой и районами подпольными комитетами меры дали свои результаты. В апреле 1942 года в Коростышевском районе начал действовать партизанский отряд под командованием А. И. Цендровского. В мае на территории Андрушевского и Вчерайшанского районов приступила к боевым операциям диверсионная группа И. Д. Богорада. В это же время в Тригурские леса для действий в Житомирском и Трояновском районах вышел партизанский отряд под командованием А. И. Вишневского. Успешно продолжал громить оккупантов в Ружинском районе партизанский отряд под командованием Ф. А. Шуляка.В июне 1942 года в Ярунском районе открыл свой боевой счет 1-й Волынский партизанский отряд под командованием Н. П. Гордеева. Валились под откос эшелоны с живой силой и техникой противника, взлетали в воздух мосты, взвивалось пламя над складами оккупантов, бесследно исчезали жандармы, фашистские офицеры, полицаи. В информационном сообщении из оккупированных восточных областей 17 апреля 1942 года с тревогой сообщалось: "Банды (так оккупанты называли партизан.- Г. Д.) произвели различные разрушения, в частности непосредственно на ст. Житомир был сожжен интендантский склад германской армии".
   Одновременно усилили боевую деятельность подпольные организации. Удары их по оккупантам неуклонно нарастали. Весной 1942 года подпольная группа И. С. Садовского на станции Града взорвала вражеский эшелон. Подпольщик И. Ф. Набережный, пожертвовав собой, поджег цистерны с бензином на станции Станишевка. В мае группа И. И. Рогаглевича сожгла склад на станции Житомир. На станции Печановка подпольщики Дзержинского района С. М. Царенко и П. В. Кадащук произвели столкновение двух воинских эшелонов. Было уничтожено два паровоза и 14 вагонов с боеприпасами. Движение поездов на станции возобновилось только через сутки.
   Подпольщики К. Н. Бондарчук и И. И. Невстроев из подпольной группы Ярунского района в июне 1942 года взорвали вражеский эшелон с зерном и продовольствием на участке Шепетовка - Новоград-Волынский. А через три дня они вывели из строя многожильный подземный кабель возле села Пилиповичи. Комендант Звягельского (Новоград-Волынский при оккупантах назывался Звягелем) округа Кубе приказал бургомистру села Пилиповичи найти виновных. Не успели высохнуть чернила, которыми писался приказ, как в Новоград-Волынском во многих местах были перерезаны телефонные провода. И вновь фашистскому коменданту пришлось разразиться грозным приказом.
   Иногда подпольные организации прибегали к открытым вооруженным действиям. Например, подпольщики Чуднова во главе с Г. Л. Уткиным уничтожили фашистский конвой и освободили 120 человек, которых собирались расстрелять оккупанты.
   Усиление боевых действий партизан и подпольщиков всполошило захватчиков. 1 апреля 1942 года издаваемая оккупантами газета "Голос Волит" с тревогой писала: "Война везде. Враг использует каждую нашу ошибку для того, чтобы навредить, организовать саботаж, отравить сознание". А через два месяца -13 июня - этот фашистский листок сообщал, что подпольщики "проникают во все звенья молодого организма управления и, как шашель точит дерево, подтачивают его". 9 июля "Голос Волит" вновь забил тревогу: "Есть люди, которые хотят перебить кадры, воспитанные немецкой властью".
   Основания для подобной тревоги были весьма веские. Подпольщики и партизаны развернули активную деятельность по уничтожению гитлеровских солдат, офицеров и пособников оккупантов. Уничтожались бургомистры, старосты, полицейские, громились управы, полицейские участки и посты.
   Бессильные в борьбе против подпольщиков и партизан, оккупанты обрушивали свою ярость на население. Один за другим они издавали драконовские приказы, сплошь пересыпанные бранью и угрозами. В приказе житомирского жандармского начальника от 6 июля 1942 года говорилось: "Растущий бич - бандиты и подобная им сволочь - становится все более ощутимым почти по всей местности. Наряду с выполнением распоряжений о борьбе с партизанами, данных ранее, приказываю расстреливать каждого мужчину, встреченного в лесу..."
   Энергичные меры принимали гитлеровцы для охраны коммуникаций. Они сооружали вдоль железных дорог заграждения и укрепления, вырубали с обеих сторон полотна лес, ввели усиленное патрулирование железнодорожных линий. Все это требовало много средств, отвлекало большое количество солдат и жандармов. Это само по себе было большим достижением подпольщиков и партизан.
   В конце июля 1942 года подпольщики села Городище Ярунского района во главе с К. Н. Бондарчуком на участке Шепетовка - Новоград-Волынский взорвали состав с награбленным зерном. В районе станции Романово подпольщики села Полянки во главе с И. А. Кобылевским пустили под откос эшелон с войсками. Этой диверсией были уничтожены паровоз, четыре вагона и убито до 100 фашистских солдат и офицеров. Дерзкую операцию на железнодорожной станции Михайловка совершила группа подпольщиков Чудновского района во главе с Н. Т. Чешуком. Оккупанты разместили здесь склад горюче-смазочных материалов. "На станции,- пишет в своих воспоминаниях член чудновского подпольного комитета В. В. Григорович,- в ремонтных бригадах работали наши подпольщики Н. Т. Чешук, К. И. Островский и И. И. Островский. В один из дней Николай Чешук пришел в Богдановский лес. Здесь его научили, как нужно подготавливать и устанавливать мину, а когда он уходил домой, то взял ее с собой. В скором времени представился очень удобный случай: наши ребята работали рядом со складом. Перед окончанием работы Н. Т. Чешуку удалось незаметно подложить под одну бочку мину. Ночью раздался взрыв, и мгновенно пламя охватило всю территорию склада". И оккупанты вновь обрушились на население. Комендант гестапо и СД Житомира в августе 1942 года издал приказ: "Те, кто присоединяется к бандитам, чтобы вместе с ними делать нападения или каким-либо способом помогать их деятельности, будут наказаны смертью. Суровые меры встретят также те сельские общины, члены которых находятся в бандитских группах, или которые у себя кормят бандитов, или если бандиты у них будут найдены под любым другим предлогом... В случае обнаружения оружия или приюта бандитов без предупреждения все село будет сравнено с землей, а население будет расстреляно...". Ничего нового для населения в этом приказе не было. Кровавые трагедии и до этого приказа произошли во многих селах. Гнусной системой заложничества, коллективной ответственностью сельской общины за каждого своего члена захватчики пытались противопоставить подпольщиков и партизан населению. Но это были тщетные попытки. Подпольщики и партизаны были наиболее активной частью самого населения и пользовались его самой активной поддержкой.
   В мае - июне 1942 года гитлеровцы усилили репрессии. В Житомире была оборудована полевая штаб-квартира рейхсфюрера СС Гиммлера. В связи с приездом главного палача фашистского рейха гитлеровцы бросили все силы на разгром подполья. Им удалось нанести серьезные удары по некоторым подпольным организациям. Еще в конце марта 1942 года был арестован руководитель девбышской подпольной организации С. В. Кацалов. Гестаповцы подвергли его диким пыткам и на четвертый день бросили истерзанный труп коммуниста на улице. На его груди висела дощечка: "С. В. Кацалов - организатор большевистской банды. Всем будет такая смерть, кто пойдет дорогой Кацалова!" В Попельнянском районе в подпольную организацию сумел пробраться вражеский агент. Были арестованы и казнены Е. И. Романчук, Н. Е. Гуменюк, П. Н. Лебедиевский, В. П. Дашинский, Н. К. Кравец, Е. И. Панчук, И. С. Иванченко, А. П. Козак, Н. С. Присяжнюк, Я. И. Покотило, Н. В. Новицкий, А. С. Гуменюк, Б. Ф. Гальчинский, A. И. Глушко, С. Г. Бевза. Гитлеровские ищейки выследили секретаря Любарского подпольного райкома партии В. С. Марушко. Вместе со своими боевыми товарищами А. П. Катруком, С. И. Бовтом, А. М. Корнийцем, М. Я. Богачуком и другими он был расстрелян. В Житомире в июне - июле 1942 года были арестованы член руководящей тройки П. И. Шиманский, руководители подпольных организаций В. В. Якунин, А. Н. Васильев, командиры партизанских отрядов А. И. Вишневский и Н. И. Осипов, подпольщики А. К. Золотаревский, Н. Ненарокова, А. Васильев, Н. Бецак, В. Михайлова, Н. И. Садовский, П.'Д. Савчук, Н. Я. Окрошко и другие.
   На смену погибшим становились другие патриоты. Борьба против оккупантов нарастала.
   В связи с арестом П. И. Шиманского в состав руководящей тройки был введен П. И. Кондратюк. Связи руководства с периферией продолжали крепнуть. Большую работу проделала направленная в Малин Е. М. Тышкевич. Малинская районная подпольная организация была создана еще в декабре 1941 года, и уже через месяц в ее рядах было 40 членов. Ее организатором был вырвавшийся из окружения Советский военнослужащий П. А. Тараскин. В Городище, Пивичах, Головках, Барановке, Пирожках, Лумле, Недашах и других селах действовали подпольные группы. Подпольщики принимали, перепечатывали на пишущей машинке сводки Совинформбюро, собирали оружие и боеприпасы для партизан. Всеми способами они срывали отправку молодежи в Германию. Особенно много сделал для этого доктор И. Соснин. Он выдавал справки молодым людям о разных заболеваниях. Много спасенных им от фашистской каторги юношей и девушек, в частности А. Федоренко, Ю. Новатный, П. Гапенюк, ушли в партизанские отряды. После установления связи с руководящей тройкой деятельность малинских подпольщиков значительно активизировалась. В июне 1942 года они создали небольшой партизанский отряд под командованием Н. П. Устинова, который за короткое время совершил ряд удачных операций: на перегоне Коростень - Тетерев пустил под откос шесть вражеских эшелонов, уничтожил мосты на шоссейных дорогах района, на станции Ирша разрушил маслозавод, поджег лесозавод и сенной пункт.
   В Потиевском районе активную работу развернул поселившийся в селе Ляхово первый секретарь Тернопольского обкома комсомола И. Ф. Бугайченко (И. Ф. Бугайченко решением ЦК КП(б)У и ЦК ЛКСМУ в июле 1941 года был направлен в Тернопольскую область для организации анти фашистской борьбы, но остановиться на постоянное место жительства на Тернопольщине он не смог, поэтому и прибыл в село Ляхово). С помощью прибывшего в район уполномоченного руководящей тройки В. Шклярука был создан подпольный комитет, в состав которого вошли И. Ф. Бугайченко, С. Р. Пивовар, А. И. Осадчий, Н. Н. Таринский, Н. Д. Корниенко, И. С. Опально и В. С. Давыдов. На своем первом заседании члены комитета приняли решение о вооружении всех подпольщиков и подготовке к открытой борьбе с захватчиками. Имеющимся оружием была вооружена диверсионная группа под руководством М. Г. Балабалова, которая сразу же развернула боевую деятельность: в селе Замиры она вывела из строя маслозавод, в селе Ряхово разоружила полицию, уничтожила телефонную связь. В других селах подпольщики уничтожили до 30 полицейских и старост. Вскоре была создана база для более широких партизанских действий: в селе Дитынцы подпольщики организовали продовольственный склад, а в селах Будиловка и Потиевка - склады с оружием.
   Хорошие вести поступили в руководящую тройку и из других районов области. В самом Житомире удалось объединить все подпольные организации. Вначале руководящая тройка связалась с организацией Г. М. Буржимского, затем с организацией А. Д. Бородия. В результате состав областного руководящего центра расширился. Помимо Г. И. Шелушкова, И. П. Музыки и П. И. Кондратюка в него были введены Г. М. Буржимский, А. Д. Бородий и Г. С. Протасевич. Это уже был полнокровный подпольный обком партии. Таким образом, в начале 1943 года была создана четкая структура подполья: обком, районные подпольные комитеты, подпольные организации и группы. В области в это время вели работу 75 подпольных организаций и групп. В 12 районах были созданы подпольные комитеты. Все областное подполье объединило в своих рядах около 2500 человек.
   Победа советских войск под Сталинградом и развернувшееся затем грандиозное наступление Красной Армии явились могучим толчком к дальнейшему подъему всенародной борьбы в тылу фашистских захватчиков. Резко возросла эффективность боевой деятельности подпольщиков и партизан Житомирщины. За первые три месяца 1943 года они пустили под откос 31 вражеский эшелон, вывели при этом из строя 31 паровоз и 635 вагонов. В Овручском и Словечанском районах гитлеровские чиновники и полицейские так были напуганы действиями патриотов, что прятались на ночь в охраняемых сараях и подвалах или уезжали на ночлег в соседние районы.
   Особый переполох среди оккупантов вызвала совместная операция подпольщиков и партизан по взрыву здания гебитскомиссариата в Овруче. Эта операция была задумана командованием партизанского отряда имени А. Невского и получила кодовое название "Олимп". В группу по осуществлению операции вошли командир диверсионной группы отряда А. В. Батьян, партизаны И. Федосеенко, А. Т. Чумак, связные партизанского отряда - жители села Малая Черниговка супруги Г. В. и М. К. Дьяченко, Е. И. Роговский, подпольщики Овруча супруги Я. 3. и М. И. Каплюк. Бойцы группы "Олимп" перенесли взрывчатку и подрывной механизм из Ситовецких лесов в село Малая Черниговка к Дьяченко, которые переправили все это в Овруч на квартиру Каплюк. Работая истопником гебитскомиссариата, Я. 3. Каплюк вместе с женой, которая носила ему обеды на работу, по частям переправил взрывчатку с подрывным механизмом в котельную. В ночь на 14 сентября 1943 года мощный взрыв разрушил всю центральную часть четырехэтажного здания. Погибли гебитскомиссар, начальник гестапо Овруча и 37 фашистских чиновников.
   Еще более широкий размах получил массовый саботаж мероприятий оккупантов. После сталинградского поражения в Германии была объявлена "тотальная мобилизация". В армию были призваны миллионы немецких рабочих. А это означало дальнейшее усиление эксплуатации населения оккупированных стран, прежде всего населения "восточных территорий". Перед оккупационной администрацией была поставлена задача: с одной стороны, усилить эксплуатацию населения непосредственно на местах, а с другой стороны, увеличить угон трудоспособного населения в Германию. Выступая на совещании высших чиновников рейхскомиссариата "Украина", гитлеровский наместник на Украине Эрих Кох заявил: "Украина может дать то, чего не хватает в Германии".
   Подпольный обком партии призвал население сорвать замыслы оккупантов. И оно активно откликнулось на этот призыв. Массовое уклонение от работы на захватчиков стало обычным явлением. Каждый такой случай угрожал расстрелом или заключением в концлагерь. "Будет расстрелян", "встретит смерть", "будет уничтожен" - эти угрозы пестрели в каждом приказе оккупантов о саботаже.
   Но ничто не останавливало патриотов. Трактористы Новоград-Волынской МТС в 1942 году вспахали в пять раз меньше земли, чем было нужно. Зато на холостые и вынужденные пробеги они списали почти половину полученного горючего. Механическая мастерская МТС не выполнила ни одного заказа для воинских частей. Правда, работа велась: ремонтировалось оборудование, перестраивалось помещение, переносились с места на место станки. Оккупанты придраться не могли - рабочие были все время заняты. А когда все возможности затягивания пуска мастерской были исчерпаны, группа квалифицированных рабочих ушла в партизанский отряд. Мастерская так и не начала работу. На Корнинском сахарном заводе то и дело происходили неполадки. То обнаруживалась вода в паровых коммуникациях, то вдруг выходил из строя котел. Это делали рабочие-подпольщики Панкин, Вичикжанин и Левченко. В Барашевском районе агроном В. Г. Сыч, возглавляя комиссию по определению урожайности 1942 года, составил акты, согласно которым каждая община перенесла "стихийное бедствие": в одном селе "вымерзли" все озимые посевы, в другом они оказались под водой и вымокли, в третьем прошел такой град, что на поле не осталось ни одной стеблинки. Но "стихия" бушевала лишь в актах патриота-агронома, а крестьяне разобрали по домам и попрятали в надежных местах 20 тысяч центнеров зерна. Так был создан резерв хлеба для партизан.
   Крестьяне всячески уклонялись от поставок сельскохозяйственных продуктов. Причем саботаж поставок нередко приобретал характер боевых операций. Так, в Коростышевском районе, чтобы оккупанты не могли вывезти убранный хлеб, крестьяне уничтожали мосты, обстреливали автомашины заготовителей. В селе Ульха Барановского района крестьяне ломали тракторы, выводили из строя молотилки, а намолоченное зерно разбирали по домам и прятали.
   Много усилий приложили подпольщики, чтобы сорвать угон рабочей силы в Германию. В связи с "тотальной мобилизацией" это преступление захватчиков приобрело еще более широкие размеры. По всей Житомирщине стоял стон увозимых в фашистское рабство невольников. "Задание, поставленное перед районом г. Житомира,- говорилось в приказе житомирского генерал-комиссара Лейзера от 17 апреля 1943 года,-1000 человек ежедневно, и мы должны при любых обстоятельствах его выполнить..." Но "обстоятельствами" уже в значительной мере управляли подпольщики. В Коростышевском районе, например, за три набора удалось спасти от угона в Германию 7800 человек, в Брусиловском районе - 4000 человек. Подпольщики уничтожали списки намеченных к отправке на фашистскую каторгу, переправляли этих людей в партизанские отряды. Самоотверженно работали врачи. Они докладывали властям, что во многих селах свирепствует тиф, выдавали молодежи справки о различных заболеваниях. Только в Барашевском районе врачи В. К. Данюк и К. А. Захаров выдали 1100 фиктивных справок.
   Разоблачая сказки вражеской пропаганды о "счастливой жизни" угнанных в Германию, малинские подпольщики выпустили листовку с выдержками из письма к родным Марии Котеленец, томившейся на фашистской каторге. "Они нас считают не за людей, а за собак,- говорилось в письме.- Работаю от темна до темна. Встаю в три часа, а потом все время на ногах. Разве я выживу? Я здесь умру. Отдыхать некогда, даже в воскресенье работаю. Одежда порвалась. Сплю в холодной комнатушке, которая не отапливается, в щели дует ветер". Юноши и девушки делали все, чтобы избежать отправки в Германию; наносили себе увечья, посылали на комиссии подставных лиц, которые были больны, уходили в партизанские отряды или скрывались в лесах. "Из сообщений врачей,- писал в приказе житомирский генерал-комиссар,- мне стало известно, что молодежь, прибывающая в штабы для отправки в рейх, выпивает перед этим настойку из махорки. Таким путем они хотят обмануть врачей и уклониться от отправки в рейх... Кожные заболевания, прежде всего опухоли голени, поддерживаются искусственно".
   Генерал-вешатель в этом приказе вновь потребовал от гебитскомиссаров принятия самых решительных мер, чтобы добиться выполнения задания по поставке в Германию рабочей силы. Началась настоящая охота на людей. Хватали всех, кто попадался, и тут же грузили в эшелоны.
   Подпольщики усилили свои действия. Они нападали на конвоиров, останавливали в пути эшелоны и освобождали увозимых в Германию людей. Все эти действия сорвали контрольные цифры "набора" рабочей силы. Все же гитлеровцам удалось угнать из Житомирской области на фашистскую каторгу 75 535 советских граждан.
   В активную борьбу с захватчиками включалось все большее число людей. Этому в значительной мере способствовало усиление политической работы подпольного обкома и районных комитетов. "Дорогие братья и сестры! - говорилось в одной из листовок подпольного обкома партии 19 ноября 1942 года.- Красная Армия перешла в сокрушительное наступление. Обескровленная гитлеровская грабьармия отступает, бросая тысячи танков, минометов, пулеметов, покрывая поля тысячами трупов солдат и офицеров. Товарищи! Бейте гитлеровских бандитов всеми средствами. Не давайте немцам хлеба. Идите в партизаны!" В Радомышле в начале февраля 1943 года стала выходить газета "За Радянську Украшу". Она издавалась подпольной типографией, которую организовали бывший секретарь районной газеты Н. А. Ткаченко и подпольщик А. В. Лагутенко. Первый номер газеты был посвящен победе советских войск под Сталинградом. В марте 1943 года радомышльские подпольщики выпустили листовку "Хайживе Радянська Украiна!". Газета и листовки были широко распространены в Радомышльском, Потиевском, Брусиловском и других районах. Увеличили выпуск листовок чудновская, коростышевская, новоград-волынская, барановская подпольные типографии. В большинстве подпольных организаций в 1943 году был налажен прием и распространение сводок Совинформбюро. Оккупантам оставалось лишь констатировать возросший масштаб работы подпольных организаций и вновь угрожать расправами "распространителям слухов". "Тот, кто будет распространять вражеские сплетни, будет наказан как враг",- писала 3 марта 1943 года фашистская газета "Нова доба".
   Оккупантам активно помогали украинские буржуазные националисты, подвизавшиеся в газетах "Голос Волин!" и "Нова доба". Но они занимались не только и не столько "пропагандой". Связанные с захватчиками общими злодеяниями, они выполняли самые гнусные поручения своих арийских господ: выявляли и арестовывали советских активистов, участвовали в массовых убийствах советских людей, в грабеже городов и сел. Главным полем их деятельности была служба в полиции, жандармерии и других карательных органах оккупантов.
   В Канаде в штате Торонто благоденствует на награбленное у населения Житомирщины некий Н. М. Залезинский. Те, кто пригрел этого украинского буржуазного националиста, знают о его "подвигах" на оккупированной фашистскими захватчиками украинской земле. А знает ли канадский народ, что Залезинский - один из организаторов массовых казней на Житомирщине? Это он, ныне гражданин Канады, был одним из палачей, сжегших в селе Средняя Рудня все дома и 102 местных жителей.
   Начальником отдела "политреферата" криминальной полиции Житомира гитлеровцы назначили В. М. Личманенко. Кто он? Это был дезертир, добровольно перешедший на сторону врага. Своим особо рьяным угодничеством и предательской деятельностью Личманенко заработал благоволение оккупантов. Вместе с другими украинскими националистами он арестовывал, изуверски пытал и расстреливал советских людей.
   Когда Красная Армия приближалась к Житомиру, Личманенко бежал в Ровно. И здесь он оставил кровавый след, возглавив "особую группу розыска" СД, которая арестовала руководителя ровенской подпольной организации П. Остахова и его боевых товарищей. "Прошло более 20 лет,- писала в газете "Bicтi с Украши" жительница Житомира Е. А. Тверская,- как погибли мой муж и дочь Тамара. Но время не залечило боль потери, и эта боль еще острее, когда знаешь, что человек, который повинен в их смерти, живет и благоденствует. Личманенко Василий Моисеевич - его имя. Сколько страшных воспоминаний вызывает эта фамилия! Даже дети переставали плакать, когда слышали: "Идет Личманенко..."" И действительно, Личманенко живет и благоденствует. Он нашел теплое пристанище в "свободном мире". После войны Личманенко стал одним из организаторов и секретарем так называемого "Союзу украiнцiв у Великобританii". Естественно возникает вопрос: что это за организация, в чем заключается ее деятельность, какую пользу она может дать украинцам на чужбине, если возглавляет ее лютый враг украинского народа, от кровавых рук которого пали многие украинцы?
   Под стать Личманенко и другой украинский националист И. О. Голуб. У этого "голубя" были когти коршуна. Ими он еще в годы гражданской войны терзал советских людей. Тогда петлюровскому полковнику пришлось бежать на Запад. Там он нашел новых хозяев - немецких фашистов. В обозе своей армии они привезли Голуба на украинскую землю.
   В конце 1942 года Голуб появился в Житомире, где возглавил свору садистов и убийц, набранных в контрразведывательный орган "Зондерштаб Р". Жители города, проходя по улице Щорса, не знали, что под вывеской "Контора маслопрома" свили осиное гнездо украинские буржуазные националисты, что отсюда заплечных дел мастера засылали провокаторов в партизанские отряды и подпольные организации. И то, что не удавалось гитлеровцам, порой получалось у их холуев- "борцов за самостiйнicть рiдноi Украiши". Вскоре начались аресты подпольщиков. В Потиевском районе были схвачены подпольщики И. С. Опалько, К. А. Ефимчук, Д. П. Яковенко, Б. В. Кошевич, Ю. С. Заверюха, С. В. Вакулюк - всего 70 человек. Провокатор сумел заманить в свои сети и руководителя потиевскои подпольной организации И. Ф. Бугайченко. Восемь дней изверги мучили отважного подпольщика, но услышали от него только пять слов: "Был, есть и буду коммунистом!" 14 января 1943 года взбешенные прихвостни оккупантов совершили чудовищную казнь - закопали И. Ф. Бугайченко живым в землю.
   Несмотря на серьезные потери, потиевские подпольщики продолжали действовать.
   Гестаповские ищейки давно уже шныряли по следам малинских подпольщиков. В конце концов одному из них удалось проникнуть в организацию. В январе 1943 года оккупанты бросили в тюрьму П. А. Тараскина, Н. А. Коваленко, А. В. Власенко, Л. Коленского, В. Мельниченко, В. Афанасьева- всего 26 подпольщиков. "Я погиб,- написал на стене камеры своей кровью Михаил Алексеенко,- но ничего не сказал". "П. А. Тараскину,- вспоминал сумевший бежать из тюрьмы Н. П. Устинов,- перебили челюсть, поломали руки, лентами снимали кожу, подвешивали на крюк, но коммунист молчал". "Я и мои товарищи,- писал впоследствии С. И. Недашковский,- никогда не забудем Павла Андреевича Тараскина - славного сына русского народа. Он знал нас, но не выдал, хотя палачи изощрялись в своих пытках".
   Многих боевых членов потеряла малинская подпольная организация. Но работа ее не прекратилась. Во главе подпольщиков стала отважная комсомолка Н. И. Соснина. К весне в организации было уже 50 человек. Подпольщики имели связь с партизанами, получали от них газеты и листовки, по их заданиям вели разведку, собирали оружие, переправили в партизанский отряд 40 патриотов, стремившихся с оружием в руках сражаться с захватчиками.
   Тяжелая обстановка сложилась в Новоград-Волынском. Член подпольной организации Шкуринский, будучи арестован, струсил. На первом допросе он назвал имена некоторых известных ему подпольщиков. Это было находкой для гестаповцев. Долго до этого они охотились за подпольщиками. Между тем в рядах подпольщиков было 126 человек. Они были разбиты на группы и тщательно соблюдали правила конспирации. Это позволило им многое сделать. Еще в 1941 году новоград-волынские подпольщики совершили диверсию в столовой гитлеровцев. Группа Г. Р. Юношева, действовавшая на железнодорожной станции, взорвала водонапорную башню, пустила под откос паровоз. Городская группа (руководитель коммунист А. Н. Ильченко) вывела из строя электростанцию, мотороремонтный завод, сожгла механический цех машиностроительного завода и уничтожила несколько гестаповских агентов.
   Несмотря на такую активность подпольщиков, до предательства Шкуринского массовых провалов не было. Правда, иногда отдельные подпольщики проваливались, были схвачены даже члены подпольного комитета К. Р. Мякишев и Н. М. Николаев. Они молча умирали под неимоверными пытками, и организация продолжала действовать. И вот сразу 14 подпольщиков оказались в тюрьме: В. А. Колесник, Н. С. Фонтанкин, С. П. Абрамчук, П. Д. Трофимчук, С. Д. Плотницкий, И. Л. Крюков, А. К. Александров, В. П. Петровский и другие. Фашисты торжествовали, но преждевременно. Им не удалось даже установить руководителей подполья. Не добившись ничего от арестованных, гитлеровцы восемь из них повесили на городской площади, остальных расстреляли.
   Как бы в ответ на казнь боевых товарищей группа подпольщиков во главе с руководителем подпольного комитета М. И. Лянгусом вывела из строя шоссейный мост через реку Случь. Активно продолжали действовать подпольные группы в селах Ржатовка, Дзигунки, Таращанка, Несолонь, Городнице, в управлении шоссейных дорог, на станции Здолбуново и машинотракторной станции.
   Зимой 1943 года серьезные удары были нанесены по подполью в Барановском, Барашевском и Емильчинском районах. Однако рост рядов подполья всюду опережал потери. Борьба повсеместно приобретала все более острый характер. С приближением Красной Армии основной ее формой становились открытые вооруженные действия. Еще весной 1942 года по инициативе подпольного обкома партии были созданы житомирский, новоград-волынский и малинский партизанские отряды (командиры А. И. Вишневский, П. П. Гордеев, Н. П. Устинов). Подпольный обком партии неоднократно обсуждал действия этих отрядов, направлял их деятельность. Проведя немало боевых операций, отряды нанесли большой ущерб врагу. В дальнейшем они влились в другие, более боеспособные отряды, имевшие связь с Большой землей. Это были отряды, рейдировавшие по Украине или прибывшие на Житомирщину по поручению командования Красной Армии, Центрального и Украинского штабов партизанского движения. Так, летом 1942 года в Словечанском районе появилась группа армейских разведчиков во главе с И. А. Петровым. В августе в районе Коростеня высадились на парашютах командир отряда И. Ф. Потуржанский и комиссар отряда С. Ф. Набока. Перед ними была поставлена задача: установить связь с партизанскими отрядами, активизировать их деятельность, создать новые отряды и развернуть действия на коммуникациях Белокоровичи - Овруч - Коростень - Новоград-Волынский. В октябре в районе Малина по приказу УШПД с самолетов была высажена группа А. М. Грабчака. Для руководства партизанскими формированиями на территории Правобережной Украины в ноябре 1942 года около Коростеня высадилась группа УШПД в составе С. Ф. Маликова, Л. Г. Бугаенко, А. В. Прокопенко. В декабре на территорию Житомирской области прибыло рейдировавшее партизанское соединение под командованием А. Н. Сабурова.
   Для обсуждения задач дальнейшего развертывания вооруженной борьбы с оккупантами подпольный обком партии 10 апреля 1943 года провел в Житомире областную партийную конференцию. В ее работе приняло участие 19 представителей с мест. Г. И. Шелушков, А. Д. Бородий, В. П. Диденко, Н. А. Бондарчук, С. И. Першин, Г. М. Буржимский, В. К. Василенко, Г. С. Протасевич, Н. В. Тынный представляли подполье Житомира. Прибыли делегаты от районных подпольных комитетов: Трояновского - А. Н. Уласевич, Чудновского - Ю. С. Рещиков и Ф. Н. Матвейчук, Дзержинского - П. П. Выхованец (Из участников конференции дожили до освобождения области B. П. Диденко, Н. А. Бондарчук и Н. В. Тынный. Но они не знали всех делегатов. Поэтому фамилии шести представителей подпольных комитетов пока не установлены).
   Конференция выдвинула задачу: подполью вести прежде всего открытую вооруженную борьбу с оккупантами. Было решено усилить работу подпольных организаций по добыче оружия и отбору людей для партизанских отрядов. Участники конференции образовали новый состав подпольного обкома партии. Секретарями обкома партии были избраны Г. И. Шелушков и А. Д. Бородий.
   Избрание секретарем подпольного обкома партии A. Д. Бородия явилось выражением его фактической роли в подполье Житомирщины. Это был стойкий солдат партии. Сын житомирского рабочего, А. Д. Бородий во время гражданской войны добровольно ушел в партизанский отряд и сражался на территории Волыни. После гражданской войны он служил в Красной Армии, где в 1923 году вступил в ряды Коммунистической партии, затем находился на ответственной партийной и хозяйственной работе. Когда началась Отечественная война, А. Д. Бородий добровольно ушел в армию и в одном из боев попал в окружение. Вскоре он узнал о постигшем его горе: его жена, находившаяся в Киеве, была расстреляна.
   Вместе с малолетним сыном А Д. Бородий перебрался в Житомир, где жили его родители Устроившись заготовителем райпотребсоюза, он начал собирать вокруг себя патриотов. Вначале А. Д. Бородий организовал подпольную группу, а в июле 1942 года - житомирскую городскую подпольную организацию. Товарищи по подполью характеризуют А. Д. Бородия как человека исключительной смелости, самообладания и выдержки. Он неоднократно участвовал в диверсиях, много раз ездил в районы; где инструктировал подпольщиков. И после конференции Бородий выехал в Ярунский район, чтобы организовать на месте выполнение ее решений.
   Областная партийная конференция сыграла большую роль в активизации деятельности подполья и партизанских отрядов. Энергично развернула в это время свою работу коростышевская подпольная организация, которую возглавлял член подпольного обкома партии И. П. Музыка. Это была весьма внушительная организация, объединявшая 230 человек. Они делились на 24 группы, семь из которых специализировались на диверсиях. За короткий срок коростышевские подпольщики пустили под откос 10 вражеских эшелонов, уничтожили семь мостов, подорвали семь автомашин, направили в партизанские отряды 870 человек, для которых достали 500 винтовок, 40 автоматов, 29 пулеметов и много боеприпасов.
   В Новоград-Волынском подпольщики освободили свыше 200 заключенных и военнопленных, переправили в партизанское соединение С. Ф. Маликова 297 патриотов, передали партизанам 21 пулемет, 203 винтовки и автомата, 300 ручных гранат, 45 тысяч патронов и много медикаментов. Подпольщикам города Малина удалось заслать своих людей в полицию, наладить связь с антифашистски настроенными солдатами и офицерами словацкой (В словацкой части группу антифашистов возглавлял офицер Ян Антал. Долгое время не удавалось найти этого замечательного патриота Чехословакии. Возможно, одним из препятствий было то, что искали не Яна Антала, а Яна Антелла. В розыске приняли участие журналисты из газет "Руде право" и "Млада фронта". В 1966 году антифашист был найден. Ян Антал живет в Чехословакии. Он офицер, член КПЧ.) и венгерской частей. Антифашисты - словаки и венгры снабжали их информацией о противнике, подготовке карательных экспедиций и т. д. Эти данные подпольщики передавали в партизанские отряды.
   Большой эффективностью отличались совместные действия подпольщиков и партизан. Примером может служить совместная операция подпольщиков и партизан по захвату города Радомышля. Действовавшая в городе подпольная группа (руководитель В. Ю. Галена) собрала подробные сведения о расположении вражеского гарнизона, его вооружении, изучила пути подхода к городу. Все эти данные были переданы командованию Киевского партизанского соединения. 4 августа 1943 года партизаны ворвались в Радомышль. Вражеский гарнизон, а в нем было около 1000 солдат и офицеров, был рассеян. Партизаны уничтожили узел связи, радиоузел, электростанцию, водокачку, механический завод, два гаража, сенной пункт, немецкое подсобное хозяйство и склад с горючим, взорвали мост через реку Тетерев длиной в 480 метров, освободили из тюрьмы 70 заключенных, раздали населению 250 голов скота, много продовольствия и промышленных товаров. Эта смелая операция парализовала движение на шоссейной дороге Житомир - Киев. Завершив ее, партизаны быстро отошли. Гитлеровцы бросили на прочесывание лесов несколько тысяч солдат и полицейских, но партизаны успели скрыться.
   В связи с приближением Красной Армии подпольный обком партии в мае 1943 года принял решение о массовом переходе подпольщиков в партизанские отряды. В это время гестаповцам удалось нанести по подполью сильный удар. Были схвачены и замучены в застенках гестапо секретари и члены подпольного обкома партии Г. И. Шелушков, А. Д. Бородий, Г. М. Буржимский и Г. С. Протасевич. В руки гестаповцев попали руководители подпольных групп В. К. Василенко, Н. И. Рогалевич, С. И. Першин, Т. П. Стеценко и Р. Е. Мороз. Все они держались стойко, гордо. "Г. С. Протасевич,- пишет в своих воспоминаниях бывший подпольщик П. И. Кондратюк,- был человеком особенного мужества. Я сидел с ним в одной камере. Однажды его притащили с допроса сильно побитого. Лежать он не мог. Григорий Семенович облокотился на окно и так простоял всю ночь" Р. Е. Мороз, боясь в беспамятстве что-либо сказать, перекусил вену руки и скончался в камере.
   Гестаповцам удалось арестовать многих подпольщиков в Дзержинском и Чудновском районах. В их застенках погибли Ю. С. Рещиков, Ф. Н. Матвейчук, братья П. Я. и Н. Я. Рогожевы, П. П. Выхованец, И. Г. Любарец, Н. В. Чернецкий, П. В. Лебедюк и другие.
   Несмотря на арест руководителей обкома партии, решение конференции претворялось в жизнь. Целые организации и группы подпольщиков стали уходить в партизанские отряды. К концу 1942 года в соединении под командованием С. Ф. Маликова было два отряда численностью в 310 человек, а на 1 сентября 1943 года оно состояло из 13 отрядов, насчитывавших до 3000 человек. Подпольщики Ярунского, Емильчинского, Олевского, Коростышевского и других районов пополнили отряд под командованием А. М. Грабчака, соединения под командованием С. А. Ковпака, М. И. Наумова, М. Г. Салая, М. А. Рудича и других. Только подпольные группы Ярунского района в апреле 1943 года направили в партизанские отряды 150 человек, а всего в рядах партизан сражалось более 500 жителей Ярунского района. Подпольные организации Житомира, Новоград-Волынска и Емильчино направили в одно лишь партизанское соединение под командованием И. И. Шитова 500 человек, причем две трети бойцов прибыли в отряды с оружием.
   Вместе с тем было сохранено и подполье. В Житомире, например, продолжали действовать группы Ф. Ф. Мозгового, Н. Н. Феоктистова, Т. Н. Литвиненко и ряд других. Не прекратили своей деятельности и многие подпольные организации в районах.
   Стремясь обезопасить свой тыл перед наступлением на Курской дуге, гитлеровское командование летом 1943 года бросило против действовавших на Житомирщине партизан карательный корпус, вооруженный артиллерией, авиацией и танками. Но эта экспедиция, как и все предыдущие, потерпела полный провал. Житомирский генерал-комиссар Лейзер вынужден был донести своему начальству, что Житомирщину можно назвать "большевистским островом". Не справившись с подпольщиками и партизанами, гитлеровцы, как всегда, обрушились на население. Только в Олевском и Словечанском районах они сожгли 24 села. Дикую расправу, например, учинили оккупанты в селе Копыще Олевского района: все дома в этом селе были сожжены, а 2883 его жителя расстреляны. Фашисты убили Улю Чернуху, которая еще не научилась говорить "мама", Яшу Гречко, который только сделал первые самостоятельные шаги, и 75-летнюю Т. В. Лозко. И в этих злодеяниях активными пособниками оккупантов были украинские националисты.
   В конце 1943 - начале 1944 года Красная Армия завязала бои на Житомирщине и вскоре выбросила фашистскую погань за пределы области. Ее действия были значительно облегчены борьбой подпольщиков и партизан. Созданные подпольным обкомом партии 10 партизанских отрядов пустили под откос 164 вражеских эшелона, взорвали 28 железнодорожных и шоссейных мостов, 136 автомашин, уничтожили свыше 14 тысяч гитлеровцев.
   Героическая деятельность житомирских подпольщиков и партизан получила высокую оценку. Многие из них награждены орденами и медалями СССР. А секретарям подпольного обкома партии Григорию Ивановичу Шелушкову, Алексею Демьяновичу Бородию, руководителям малинской и потиевской подпольных организаций Павлу Андреевичу Тараскину, Нине Ивановне Сосниной и Ивану Федотовичу Бугайченко присвоено звание Героя Советского Союза. Члены Житомирского подпольного обкома партии Григорий Михайлович Буржимский, Григорий Семенович Протасевич, Петр Иванович Шиманский посмертно награждены орденом Отечественной войны I степени.
   Народ никогда не забудет подвиги героев борьбы в тылу фашистских оккупантов. По зову Родины, по велению своей совести они поднялись на смертный бой с захватчиками и внесли достойный вклад в достижение великой Победы.
   



Этот сайт создал Дмитрий Щербинин.