Молодая Гвардия
 

       <<Вернуться к перечню материалов

И. Я. Омельяненко
"За наше правое дело"



   Особое место в своих захватнических планах гитлеровцы отводили Донбассу (* - В статье рассказывается о подпольной борьбе на территории нынешней Донецкой области - основной части Донбасса), уготовляя ему роль "восточного Рура" для "тысячелетней империи германской нации".
   И действительно, было отчего алчно разгораться глазам германских монополистов. Донецкая земля - это край огромных запасов каменного угля, различных руд, соли, графита и других природных богатств. За годы Советской власти Донбасс стал одним из крупнейших индустриальных районов не только Советского Союза, но и всего мира. В 1940 году он давал более половины всего производившегося в стране чугуна (6 миллионов тонн), около четверти союзного производства стали и проката (соответственно - 4,5 и 3 миллиона тонн). Многие предприятия Донбасса снискали себе мировую славу. Один только гигант тяжелого машиностроения - Ново-Краматорский завод ежегодно направлял во все концы страны более 200 железнодорожных эшелонов различных машин и оборудования.
   Были у гитлеровцев в отношении Донбасса и ближайшие замыслы. Они рассчитывали превратить его в "прифронтовой арсенал": обеспечить его углем свою военную промышленность и фронтовые перевозки, организовать на его предприятиях производство чугуна и стали, выпуск и ремонт паровозов, танков, артиллерийских орудий и другой техники. После войны гитлеровский фельдмаршал Манштейн писал в книге "Утерянные победы": "Донбасс играл существенную роль в оперативных замыслах Гитлера. Он считал, что от владения этой территорией... будет зависеть исход войны... Гитлер утверждал, что без запасов угля этого района мы не сможем выдержать войны в экономическом отношении".
   Гитлеровцы самонадеянно полагали, что им удастся заставить работать на себя советских людей. И в этом: в игнорировании свободолюбия советского народа, его патриотизма, беззаветной преданности Коммунистической партии - заключался один из наиболее роковых изъянов в замыслах фашистских захватчиков. Причем в Донбассе им пришлось иметь дело прежде всего с рабочим классом - ведущей силой советского народа.
   К началу войны из почти 5-миллионного населения Донбасса более 3 с половиной миллионов человек составляло городское население - в основном рабочие угольной, металлургической и машиностроительной промышленности. Это был закаленный, со славными революционными традициями отряд советского рабочего класса. Донецкие рабочие прошли под руководством Коммунистической партии большой путь революционной борьбы с царизмом и буржуазно-помещичьим строем, стойко защищали завоевания Великого Октября, на фронтах гражданской войны. На донецкой земле родилось охватившее всю страну изотовское, а затем стахановское движение. На весь мир прославились своими трудовыми подвигами зачинатели этого движения - донецкие шахтеры, сталевары и железнодорожники Никита Изотов, Алексей Стаханов, Мирон Дюканов, Макар Мазай, Иван Коробов, Петр Кривонос и многие другие.
   Партийная организация Донецкой области была одной из крупнейших в стране. Накануне войны в ней насчитывалось 83 тысячи коммунистов - почти пятая часть всей парторганизации Украины.
   "Все для фронта, все для победы!" - этот боевой призыв Коммунистической партии с самого начала Великой Отечественной войны стал законом трудовой и ратной жизни Донбасса. Только в начале войны область дала армии десятки тысяч воинов. В октябре 1941 года на фронт ушло еще 61245 трудящихся области. Только за две недели войны в военкоматы, партийные и комсомольские организации области, по неполным данным, было подано 20 тысяч заявлений добровольцев об отправке их на фронт. С большим энтузиазмом трудящиеся вступали в истребительные батальоны. Активно шло формирование народного ополчения. Всего в Донецкой области в народное ополчение вступило 220 тысяч человек. Немеркнущей славой покрыли себя шахтерские ополченские дивизии под командованием К. И. Провалова (383-я стрелковая дивизия), А. И. Петраковского (395-я стрелковая дивизия), И. Д. Зиновьева (393-я стрелковая дивизия).
   Заменив ушедших на фронт, в угольных забоях, у домен, мартенов и станков стали юноши и девушки, пенсионеры и домохозяйки. Вместе с оставшимися на производстве опытными рабочими они выполняли и перевыполняли повышенные плановые задания. Тысячи шахтеров единичные рекорды мирного времени превратили в массовое явление. Со значительным перевыполнением плана работали металлурги. Константиновский завод им. Фрунзе уже на второй день войны стал выплавлять сталь сверх полугодового плана. Знатный мариупольский сталевар Макар Мазай почти все плавки специальных сталей проводил скоростными методами.
   По призыву партийных организаций сотни тысяч трудящихся Донбасса вышли на строительство оборонительных рубежей. Только в сентябре 1941 года ими было вынуто 17 миллионов кубометров грунта, построено несколько оборонительных линий протяженностью в сотни километров и более 20 тысяч других военно-инженерных сооружений.
   В середине октября 1941 года фашистские войска вплотную подошли к Донбассу. Десятки тысяч донецких трудящихся под беспрерывными бомбежками вражеской авиации демонтировали предприятия и переправили их в глубь страны. Там они в рекордно короткий срок организовали производство военной техники, пополнив ряды карагандинских шахтеров, уральских металлургов и машиностроителей. В величественном подвиге тружеников советского тыла, обеспечивших Красную Армию могучей боевой техникой, большая заслуга принадлежит и эвакуированным из Донбасса коллективам трудящихся.
   А те, кто оставался на родной донецкой земле, готовились к суровой борьбе с оккупантами. Их девизом был призыв ЦК КП(б)У и СНК Украины; "Настал час, когда каждый, не жалея жизни, обязан до конца выполнить свой священный долг перед Родиной, перед своим народом! Где бы ни появился враг - он должен найти себе могилу! Пусть каждая хата и дом, пусть каждый город и село несут смерть гитлеровским разбойничьим бандам".
   Руководствуясь указаниями ЦК ВКПб) и ЦК КПб)У, партийные организации области развернули широкую работу по созданию подполья и партизанских отрядов. Непосредственное участие в этой работе приняли прибывшие в Донбасс секретарь ЦК КП(б)У Д. С. Коротченко и специальная группа ЦК ВКПб) (Е. М. Ярославский, Р. А. Руденко, Я. В. Сторожев и другие). Д. С. Коротченко и секретари обкома партии П. М. Любавин, Л. Г. Мельников, П. Р. Волков провели инструктивные совещания и индивидуальные беседы с секретарями горкомов и райкомов о создании подполья, ознакомили их с правилами и техникой конспирации.
   В конце августа по решению ЦККП(б)У в Донецке была создана специальная школа, готовившая кадры для подпольной и партизанской борьбы. За короткий срок здесь прошло обучение более 830 инструкторов-подпольщиков, диверсантов и партизанских руководителей - в среднем по 25 человек для каждого района области.
   Особое внимание было уделено подбору секретарей подпольных горкомов и райкомов партии. Кандидатуры тщательно обсуждались и утверждались на заседаниях бюро обкома. Всего Донецкий обком утвердил 31 секретаря подпольных горкомов и райкомов партии. Это были энергичные, молодые по возрасту партийные работники (1901- 1910 годов рождения). Все они обладали опытом партийной и советской работы. Но они, естественно, не были знакомы с партийной работой в условиях подполья. Учить же их было некогда: враг находился у ворот Донбасса. Опыт подпольной работы предстояло. приобретать в ходе борьбы с оккупантами.
   Большая работа была проведена на местах. В районы были командированы секретари и заведующие отделами обкома, члены специальной группы ЦК ВКПб). С их помощью подбирались руководители подполья, связные, явочные квартиры, устанавливались пароли. В октябре при горкомах и райкомах партии состоялись инструктивные совещания секретарей подпольных партийных организаций и связных, на которых они были ознакомлены с методами и техникой подпольной работы.
   Ко времени вынужденного отхода Красной Армии с территории западных и центральных районов Донбасса в области уже была создана довольно разветвленная сеть подполья. В Краматорске, Славянске, Енакиеве, Константиновке и Дружковке были оставлены подпольные горкомы, в Горловке, Сталине, Макеевке, Артемовске, Чистякове (ныне город Торез) наряду с горкомами были созданы и райкомы партии. В Амвросиевке, Авдеевке, Александровке, Красноармейске, Дзержинске, Доброполье, Селидовке, Яме, Старобешеве, Волновахе, Мангуше, Марьинке, Ольгинке, Володарске и Красном Лимане были оставлены подпольные райкомы партии. В Мариупольском, Харцызском, Больше-Янисольском, Буденновском и Снежнянском районах вследствие быстрой оккупации их противником создание подпольных организаций не было завершено, но и здесь остались небольшие партийные организации. Всего во вражеском тылу было оставлено 9 подпольных горкомов, 7 городских райкомов, 15 райкомов партии, 104 партийные организации, в которых объединялось более 550 коммунистов.
   Одновременно была скомплектована широкая сеть комсомольского подполья. Под руководством партийных органов с участием секретаря ЦК ЛКСМУ Н. А. Кузнецова в области были созданы подпольный обком, 6 горкомов и 23 райкома комсомола. В них входило 89 комсомольских организаций, насчитывавших около 500 комсомольцев.
   Кроме подпольных партийных и комсомольских организаций на оккупированной территории были оставлены отдельные группы и 700 коммунистов и комсомольцев, получивших индивидуальные задания по разведке и диверсиям.
   Донецкая партийная организация выделила для работы в подполье и среди партизан более 2300 коммунистов.
   Для непосредственного руководства подпольной борьбой и партизанским движением в области в октябре 1941 года был создан подпольный обком КП(б)У в составе трех человек. Секретарем обкома был утвержден работавший до этого первым секретарем Славянского райкома КП(б)У Максим Аникеевич Платонов, членами обкома - бывший парторг ЦК ВКП(б) на шахте № 5/6 им. Димитрова Красноармейского района Семен Николаевич Щетинин и бывший парторг ЦК ВКП(б) на шахте № 4/21 в Донецке Алексей Федорович Иванов. Местом пребывания подпольного обкома партии был определен город Горловка. Здесь оставался С. Н. Щетинин, утвержденный одновременно секретарем Горловского подпольного горкома партии. М. А. Платонов должен был находиться в рабочем поселке Яма, А. Ф. Иванов - в городе Енакиево.
   Созданное еще до вражеской оккупации области подполье сыграло в дальнейшем большую роль в борьбе с захватчиками. Постоянно расширяя свои ряды, подпольщики наносили разящие удары по врагу, поднимали на борьбу широкие народные массы, указывали им наиболее эффективные формы и способы борьбы.
   
   * * *
   
   В октябре 1941 года фашистским войскам удалось ворваться в Донбасс. К началу ноября они вышли на реки Северный Донец и Миус, где были остановлены Красной Армией.
   Гитлеровцы включили оккупированную территорию Донбасса в так называемую военную зону, подчиненную непосредственно командованию немецко-фашистской армии. Оккупационная политика в этой зоне определялась приказом начальника штаба верховного главнокомандования вооруженных сил Германии Кейтеля от 23 июля 1941 года, в котором говорилось: "...наличных вооруженных сил для поддержания безопасности будет достаточно лишь в том случае, если всякое сопротивление будет караться не путем судебного преследования виновных, а путем создания такой системы террора со стороны вооруженных сил, которая будет достаточна для того, чтобы искоренить у населения всякое намерение сопротивляться. Командиры должны изыскать средства для выполнения этого приказа путем применения драконовских мер".
   И драконовские меры применялись вовсю. Расстрел, повешение, заключение в лагерь смерти были обычными методами управления оккупантов. Захватчики ввели изуверскую систему коллективной ответственности за "преступления против армии". За убийство немецкого военнослужащего расстрелу подлежало 100, за убийство полицейского -10 первых попавшихся местных жителей. С особым остервенением захватчики охотились за коммунистами, комсомольцами и беспартийными советскими активистами. С целью устрашения населения широко практиковались публичные расстрелы и казни через повешение.
   Гитлеровские военнослужащие были освобождены от какой-либо ответственности за преступления против гражданского населения. Они врывались в дома, учиняли повальные обыски и брали все; что попадалось им на глаза, даже детские игрушки. Тысячи посылок с "подарками с фронта" были отправлены в Германию гитлеровскими мародерами из городов и сел Донбасса. При этом грабители пускались даже в рассуждения о... морали. "Если бы вы не солгали в самом начале обыска,- поучал ограбленных им жителей Артемьевска гитлеровский солдат, учитель из Мюнхена, некий Гааке,- я, может быть, оставил бы вам часть муки, но за ложь я забираю все" ("Документы обвиняют". Сборник документов о чудовищных преступлениях немецко-фашистских захватчиков на советской территории. Вып. II. Госполитиздат, 1945, стр. 275.). Рассказывая о положении в оккупированном фашистами Донбассе, газета "Красная звезда" 10 апреля 1942 года поместила корреспонденцию очевидца, в которой говорилось: "Вдоль дорог бредут толпы людей. Они направляются в деревни обменивать вещи на продукты питания. Но так как деревня также разорена постоянным грабежом, обмен с каждым днем становится все трудней. Голодные, опухшие люди вырывают из-под снега сгнившие колосья пшеницы, картошку, бураки, собирают зерна кукурузы. Это является единственным источником существования многих тысяч рабочих и их семей".
   С первых же дней оккупации Донбасса захватчики развернули активную деятельность по "освоению" его богатств и промышленных предприятий. Для эксплуатации донецких заводов гитлеровцы создали горнометаллургическое общество "Восток". На все шахты и заводы были назначены немецкие управляющие. К богатствам земли донецкой протянули свои щупальца германские монополии Круппа, Симменса, Оппеля и других. Ведущую роль среди них играл концерн Германа Геринга, открывший свое отделение в Донецке.
   Рабочие шахт и заводов фактически были сведены до положения рабов немецких заводчиков. Все жители городов и рабочих поселков с 10-летнего возраста обязаны были пройти регистрацию на бирже труда и носить нарукавную повязку с номером соответствующей биржи. За нарушение этого требования полагался расстрел. На предприятиях был установлен 14-16-часовой рабочий день. Работы производились под надзором солдат и полицейских. Широко практиковались телесные наказания. Гитлеровский директор завода "Азоветаль" Якоби лично избивал рабочих, нередко только за то, что они не знали немецкого языка. По его указанию внутри одной из мартеновских печей была устроена тюрьма, куда бросали рабочих за малейшую провинность.
   Тяжелые условия оккупационного режима, в которых пришлось начинать свою деятельность подпольщикам, усугублялись большой подвижностью фронта в районе Донбасса. Более двух месяцев огненный вал войны катился от границ Запорожской и Днепропетровской областей через Донбасс к Ростову-на-Дону и на восток. В конце ноября - начале декабря 1941 года Красная Армия, разгромив противника в районе Ростова-на-Дону, погнала его на запад и заставила окопаться вдоль реки Миус. Здесь на линии фронта от Славянска до Азовского моря было сосредоточено большое количество вражеских войск, полевой жандармерии и контрразведывательных органов оккупантов.
   Все это, вместе взятое, в значительной мере нарушило заранее созданную систему подполья: порвались связи, многие подпольные организации провалились, часть их распалась. Большое количество оставшихся для подпольной работы коммунистов, комсомольцев и беспартийных патриотов .было арестовано во время массовых облав. Сказалось и отсутствие опыта нелегальной работы, ошибки, допущенные во время подготовки подполья. В связи с быстрым продвижением противника многие подпольные партийные и комсомольские органы были созданы поспешно, без достаточной подготовки и инструктирования. Еще во время подготовки подполья допускались случаи нарушения конспирации. Впоследствии член подпольного обкома С. Н. Щетинин в своем отчете писал, что в Горловке "свидания со связным происходили в Горловском горкоме партии, что, кстати следует сказать, по условиям конспирации делать было нельзя". У многих подпольщиков были плохо оформлены документы.
   Преодолевая все эти трудности, подпольщики развернули героическую борьбу с захватчиками с первых же дней вражеской оккупации области. Ее вели уцелевшие от разгрома заранее созданные организации и организации, возникшие уже после прихода оккупантов. Причем последних было значительно больше. И это как нельзя лучше опровергает распространяемую некоторыми "историками" на Западе ложь о том, будто подпольная борьба на оккупированной немецко-фашистскими войсками советской территории велась лишь "большевистскими агентами", оставленными заранее или заброшенными из советского тыла. Подполье - это детище самого народа, поднявшегося под руководством Коммунистической партии на священную борьбу с захватчиками. И в этом - во всенародной поддержке - заключался основной источник силы подпольщиков.
   Наиболее активно в начальном периоде вражеской оккупации развернулась подпольная борьба в городах Артемовск, Амвросиевка, Сталино, Славянск, Чистяково, Красноармейск, Горловка и других городах и поселках области.
   В старейшем шахтерском районе Горловка сразу же после отхода советских войск начал действовать созданный еще до оккупации подпольный горком партии во главе с С. Н. Щетининым. В районе было оставлено пять подпольных партийных организаций: в самой Горловке, на шахте им. Калинина, на ртутном комбинате, в поселке Ново-Горловка, на станции Никитовка. Организации насчитывали 39 коммунистов. На территории района осталось несколько подпольных комсомольских организаций. Особенно крепкой была комсомольская организация на станции Никитовка. Хорошо были подобраны явочные квартиры. Каждая из них предназначалась для определенного круга лиц, что гарантировало явки от одновременного провала.
   Горловка, по сути дела, стала центром руководства подпольной борьбой всей области. Дело в том, что Ямский район, где находился секретарь подпольного обкома М. А. Платонов, первоначально не был оккупирован. Вследствие этого связь между членами обкома и секретарем была затруднена. С. Н. Щетинин попытался установить связь с членом подпольного обкома А. Ф. Ивановым, находившимся в городе Енакиево. Но побывавший с этой целью в Енакиеве связной сообщил, что А. Ф. Иванов на явочной квартире не проживает. Как выяснилось позже, он отошел с частями Красной Армии. Не удалось горкому на первых порах установить прочную связь и со всеми партийными организациями Горловки. "Видя такое положение,- вспоминает С. Н. Щетинин,- я решил перейти линию фронта в надежде встретить кого-либо из работников Сталинского обкома КП(б)У и посоветоваться, как быть. 29 ноября 1941 года я перешел линию фронта. Первоначально попал в расположение полка, где командиром был т. Филиппов, откуда связался с командиром дивизии и был доставлен в Ворошиловград к секретарю обкома т. Мельникову. Л. Г. Мельников дал мне ряд указаний о моей дальнейшей работе... Я тогда оставил т. Мельникову адрес своей явочной квартиры и явочный пароль к М. М. Колесниковой (хозяйка явочной квартиры обкома.- И. О.). После этого возвратился обратно в Горловку". В связи с тем, что секретарь подпольного обкома находился на неоккупированной территории, обком КП(б)У возложил на С. Н. Щетинина фактическое руководство подпольным обкомом партии и всей деятельностью подпольщиков в оккупированных районах области.
   На обратном пути в тыл противника С. Н. Щетинин установил постоянную связь с командованием 18-й армии, политотделом 74-й стрелковой дивизии и другими частями и соединениями, а также с подпольщиками в городе Енакиево, в селах Зайцево, Байрак, с комсомольскими организациями на станции Никитовка и в поселке Байрак. С. Н. Щетинин был связан с горловским и дебальцевским партизанскими отрядами. Эти связи имели важное значение. Политотдел 74-й дивизии снабжал горловских подпольщиков политической литературой и листовками, которые разбрасывались по дороге Донецк - Горловка и в местах стоянок немецких солдат.
   От командования 18-й армии и политотдела 74-й стрелковой дивизии С. Н. Щетинин получал задания по разведке, которые выполняли комсомольские организации Горловки и Никитовки под руководством секретаря райкома ЛКСМУ Александра Бутова. Юные подпольщики собирали сведения о движении, составе и вооружении вражеских частей, намерениях оккупантов, нахождении их штабов, складов и т. д. Все это через связных передавалось советскому командованию и партизанам. Дело это требовало большой смелости. Отважной разведчицей проявила себя комсомолка П. Г. Стешко, работавшая до войны учительницей в школе № 34 на шахте "Кочегарка", в Горловке. С. Н. Щетинин поручил ей собрать и нанести на карту данные о расположении вражеских войск и огневых точек. Несколько раз подпольщица побывала в Дебальцевском, Чистяковском, Енакиевском и Горловском районах. Семь раз приносила она очень ценные сведения, которые были переданы в штабы 18-й и 12-й армий и командованию 74-й дивизии советских войск. К своей работе она привлекла 16-летнюю комсомолку М. Л. Жбырь. При выполнении восьмого задания подруги были арестованы жандармерией в городе Енакиево. На допросах П. Г. Стешко избивали - сломали ей ногу и два пальца, выбили глаз. Однако патриотка не только ничего не сказала истязателям, но, улучив момент, проглотила находившуюся у нее карту со сведениями о противнике. М. Л. Жбырь палачи также избивали до потери сознания. Но, кроме слов "я ничего не знаю", они от нее ничего не добились. Гитлеровцы расстреляли юных патриоток
   Горловские подпольщики развернули широкую политическую работу среди населения. Наряду с распространением газет и листовок, они проводили устные беседы с населением. Нередко подпольщики умело использовали печать оккупантов. Особенно искусно это получалось у В. Я. Орехова, действовавшего среди рабочих станции Никитовка и шахты № 8. Он выдавал себя за неграмотного старика, отсидевшего три года в тюрьме и поэтому обиженного на Советскую власть. У оккупантов он был вне подозрений. В. Я. Орехов заранее прочитывал фашистские газеты "Голос Донбасса" и "Новая жизнь", подготовлял факты, разоблачавшие вражескую пропаганду. Вместе с немцем, квартировавшим в доме, где он жил, В. Я. Орехов слушал немецкие радиопередачи на русском и украинском языках, подбирал необходимые для бесед официальные факты. После этого подпольщик поручал кому-либо из рабочих читать вслух фашистские газеты, а сам выступал в роли безобидного комментатора, используя факты из этих же газет и передач фашистского радио. Внешне все выглядело благопристойно. Но искусные комментарии и реплики В. Я. Орехова придавали читкам антифашистскую направленность. Они пользовались большой популярностью у рабочих. Довольно было и фашистское начальство, наблюдая такое "внимание" рабочих к печати оккупантов.
   Присмотревшись к людям, В. Я. Орехов стал распространять среди них листовки, а более надежных вовлекать в подпольную деятельность. Вскоре вокруг него сплотилась группа патриотов (Г. И. Проценко, В. Лунев, Д. Гавриченко, Е. Чуприна и другие), которая помогала ему вести агитационную работу, мобилизовывать рабочих и шахтеров на саботаж мероприятий оккупантов.
   Большую агитационную работу проводили подпольные комсомольско-молодежные организации. Они распространяли доставлявшиеся из политотдела 74-й дивизии Красной Армии листовки и брошюры, в частности листовки с сообщением о разгроме под Ростовом группы Клейста, с нотой Советского правительства по поводу зверств оккупантов в отношении советских военнопленных. Комсомольцы-подпольщики слушали по радио сводки Совинформбюро и использовали их для составления своих листовок.
   По поручению С. Н. Щетинина коммунисты М. М. Стогнев и М. Ф. Стогнева, создав вокруг себя актив, проводили агитационную работу на заводе им. Кирова, в рабочем поселке Алексеевка, в Енакиевском районе.
   Политическая работа подпольщиков с самого начала приобрела высокую эффективность. И это естественно. Ведь она велась среди советских людей, беззаветно преданных Советской власти и Коммунистической партии. Они нуждались в слове партии для того, чтобы знать, что конкретно нужно делать, как в сложившейся обстановке бороться с оккупантами.
   В условиях Донбасса важнейшей задачей народной борьбы с захватчиками являлся срыв их попыток использовать его природные богатства и промышленность для нужд гитлеровской армии. Здесь на первый план выдвигался массовый саботаж работ на заводах, шахтах и на транспорте. И трудящиеся активно откликались на призывы подпольщиков. Саботаж сразу же приобрел широкие размеры. Шахты, машиностроительный, металлургический, азотнотуковый и химический заводы в Горловке и Енакиеве не работали. А там, где гитлеровцам удавалось силой загонять рабочих на предприятия, работы велись для виду. Горловка не давала угля оккупантам. Дело дошло до того, что они вынуждены были завозить его сюда из других мест.
   Эффективность массового саботажа усиливалась диверсиями подпольщиков. К этой деятельности привлекались помимо подпольщиков проверенные патриоты, не состоявшие в подпольных организациях. Уже в первые месяцы вражеской оккупации парторганизации Горловского района помогало не менее 30 активистов. Для ведения боевой работы, диверсий на шахтах и предприятиях Горловки подпольным горкомом была создана специальная диверсионная группа. Командиром ее горком назначил бывшего председателя завкома азотнотукового завода коммуниста А. С. Сотникова, комиссаром- бывшего главного механика шахты им. Румянцева коммуниста А. П. Клубука.
   Первая диверсия была совершена на вещевой базе итальянской части. На базу поступало зимнее обмундирование для фронтовых частей. Изучив порядок охраны, подпольщики в момент, когда часовой отлучился, забросили в помещение базы взрывчатку с зажженным бикфордовым шнуром. Пока шнур горел, подпольщики успели скрыться. Взрыв вызвал пожар, который быстро распространился по всему складу. В результате база сгорела.
   Затем была подожжена казарма итальянских солдат, помещавшаяся в здании школы на Пролетарском проспекте. Воспользовавшись тем, что итальянцы для уборки казармы привлекали местных жителей, подпольщики под видом уборщиков проникли в здание и оставили там бутылку с самовоспламеняющейся жидкостью. Пожар произошел ночью. Солдаты выбежали из казармы в нижнем белье.
   В связи с близостью фронта в задачу группы входило также нарушение управления вражескими войсками, уничтожение складов, баз, гаражей и других учреждений оккупантов, связанных с обслуживанием фронтовых частей. Ободренные первыми успехами, подпольщики усилили удары по врагу. Они заминировали гараж, где стояли итальянские автомашины. Взрывом были уничтожены все находившиеся в гараже машины и 25 итальянских солдат-шоферов. По заданию С. Н. Щетинина в ноябре 1941 года группа комсомольцев во главе с секретарем никитовской подпольной комсомольской организации Н. Литвиновым сожгла склад военного имущества в здании школы № 41 на шахте им. Румянцева. База усиленно охранялась. Но подпольщики сумели с помощью рабочих запрятать среди тюков самовоспламеняющееся вещество. Ночью начался огромный пожар. Сгорело много военного и медицинского имущества, погибла охрана склада.
   Боевые задания выполняли и отдельные подпольщики. Например, коммунист М. Г. Шуклин имел задание разрушать телефонную и телеграфную связь итало-немецких частей непосредственно у линии фронта. Преследуемый полевой жандармерией, он потерял связь с организацией, но не прекратил борьбы. 2 марта 1942 года М. Г. Шуклин перерезал в четырех местах телефонную линию между шахтой "Юнком" и селом Орловка-Ольховчик, 8 марта в трех местах порвал телефонную связь между шахтами "Веровка" и "Хацапетовка", где стояли дальнобойные орудия противника. В результате было нарушено управление артиллерийским огнем. 18 марта М. Г. Шуклин перерезал связь между селами Луганское и Троицкое. Уходя от преследования, подпольщик переместился в Старобельский район Луганской области. Около передовой линии противника (у станций и сел Антоновка и Клиновое) он обрезал провода телефонной связи, чем нарушил управление боем. Перебравшись в Красноармейский район Донецкой области, М. Г. Шуклин в двух местах разобрал полотно железной дороги между станциями Желанная и Очеретино.
   Активную диверсионную работу на станции Никитовка вел подпольщик В. Я. Орехов. По совету С. Н. Щетинина он подобрал себе боевую группу из беспартийных рабочих - из тех, с кем вел агитационную работу. Патриоты развинчивали болты у стыков рельсов и у стрелок. В результате на посту № 12 сошел с рельсов паровоз и на 10 часов было закрыто движение между станциями Никитовка и Горловка; на посту № 13 потерпел крушение воинский эшелон; на несколько часов было прекращено движение между станциями Никитовка и Дебальцево.
   Активная диверсионная работа велась в Артемовском районе. С. Н. Щетинин направил сюда коммуниста Т. О. Спицина. Устроившись на работу в Артемовское депо, Т. О. Спицин сплотил вокруг себя группу патриотов и сразу же развернул активную подрывную работу. В первые же дни патриоты сожгли 18 дымогарных труб паровозов, вывели из строя паровоз. Подпольщики замораживали колонки для подачи воды и водомагиетрали, портили качественные угли и смазку. При ремонте дымогарных труб Т. О. Спицин и его товарищи, вместо вальцовки, забивали пробки молотком, от чего появлялись трещины мостиков решетки и образовывалась течь дымогарных труб. Таким путем было выведено из строя более 20 паровозов.
   Т. О. Спицин связал секретаря подпольного обкома партии с артемовской районной подпольной партийной организацией; она насчитывала 15 коммунистов во главе с секретарем подпольного райкома Н. М. Жоровым. В районе имелся партизанский отряд из 25 бойцов под командованием участника гражданской войны коммуниста И. Г. Чаплина.
   Артемовские подпольщики были связаны с частями Красной Армии, вели по их заданию разведывательную работу, переправляли за линию фронта бежавших из гитлеровских лагерей советских воинов.
   Особенно энергично действовала подпольная организация, созданная в Артемовске беспартийной патриоткой А. А. Колпаковой, работавшей до войны директором городской средней школы. На подпольную работу А. А. Колпакова по ее просьбе была рекомендована райкомом партии. Вся семья Колпаковых - это революционеры, активные борцы за дело партии. Мать А. А. Колпаковой-Александра Ильинична вместе с мужем до революции вела подпольную работу на заводах Донбасса, была арестована царской охранкой и сослана в Сибирь. Она без колебаний поддержала намерение дочери остаться во вражеском тылу и сама решила посвятить остаток своих дней, как когда-то молодость, служению народу, борьбе с его врагами.
   Постепенно вокруг А. А. Колпаковой сгруппировалось около 40 патриотов. Как и большинство подпольных организаций, они начали свою деятельность с агитационной работы. Навсегда запомнился жителям Артемовска кровавый день 3 января 1942 года. На центральной площади города оккупанты повесили 10 местных жителей. Вина их состояла лишь в том, что они первыми попались на глаза гитлеровцам, ловившим заложников, подлежавших казни за сожженный пьяными эсэсовцами городской театр. Уже в полдень в городе появились листовки, призывавшие донбассовцев бороться против палачей. В листовках сообщалось о трагической судьбе 3 тысяч стариков, женщин и детей, заживо замурованных фашистами в алебастровых карьерах за городом. 20 апреля 1542 года, когда захватчики праздновали день рождения Гитлера, подпольщики распространили составленную А. А. Колпаковой листовку-памфлет, в которой хлестко высмеивался "собачий фюрер". Подпольщики проникали всюду. 1 мая немецкие офицеры, выходя из столовой, обнаружили в карманах кителей и плащей листовки с сообщениями об очередных бомбежках союзниками их фатерлянда.
   Постепенно подпольщики расширили район своей деятельности, охватив ею кроме Артемовска села Клиновое, Покровское, Прасковеевка, Верховка, Григорьевка, а также соляные шахты им. Володарского, им. Либкнехта, им. Шевченко. Летом 1942 года на квартирах двух членов организации были установлены радиоприемники. На основе сводок Совинформбюро подпольщики составляли листовки, переписывали их от руки и распространяли в городе, селах и на шахтах.
   Организации удалось устроить своих людей на работу в учреждения оккупантов, в том числе и в полицию. Они узнавали ночные пароли, предупреждали об облавах и арестах, похищали оружие. Две подпольщицы работали на бирже труда. Они всячески срывали угон молодежи в Германию: запутывали учет, уничтожали списки и т. д. Многих из намеченных к отправке в Германию молодых людей подпольщики обеспечили медицинскими справками. Эти справки изготовляли сами подпольщики, доставая в оккупационных учреждениях бланки с печатями. Члены организации совершили ряд диверсий на мельнице, работавшей на немецкую армию. В гаражах оккупантов они выливали бензин из хранилищ. Подпольщики вели активную работу по разложению частей противника и помогли распропагандированным ими 17 немецким солдатам дезертировать.
   В разгар летнего наступления фашистских войск, когда на Северном Донце завязались ожесточенные бои, подпольщики своими действиями оказали большую помощь советским воинам. Узнав от разведчиков о подходе к противнику значительного танкового подкрепления, группа подпольщиков во главе с А. А. Колпаковой ночью переставила дорожные указатели: целая колонна вражеских танков ушла в противоположную от фронта сторону.
   Ощутимые удары по оккупантам наносили подпольщики Красноармейского района. Еще в октябре 1941 года здесь были созданы подпольный райком, 5 подпольных партийных организаций и партизанский отряд из 97 человек. Однако во время подхода гитлеровцев часть коммунистов ушла в армию, некоторые коммунисты и комсомольцы, как квалифицированные рабочие, эвакуировались вместе со своими предприятиями. Оставшиеся в районе члены подпольного райкома партии Ф. С. Гида и Ф. В. Горбатков первоначально создали небольшую диверсионную группу. Но уже к лету 1942 года в городе и районе действовала подпольная организация, в которую входило около 50 коммунистов, комсомольцев и беспартийных патриотов. В тесном контакте с подпольщиками работала разведывательная группа П. С. Шумко, созданная штабом Южного фронта. Через нее подпольщики в течение нескольких месяцев, пока линия фронта проходила по Донбассу, поддерживали связь со штабом Южного фронта: получали там оружие, боеприпасы, брошюры, листовки, сводки Совинформбюро.
   Агитационно-массовая работа подпольщиков Красноармейского района находила горячий отклик среди населения. Борьба велась под лозунгом "Ни одной тонны угля фашистским оккупантам!". Шахтеры срывали попытки захватчиков наладить добычу угля. Саботаж сочетался с диверсиями. В мае 1942 года по заданию парторганизации рабочий шахты № 5/6 им. Димитрова А. И. Скиба организовал диверсионную группу в количестве 39 человек. В нее вошло 8 коммунистов, 13 комсомольцев и 18 беспартийных. Группа производила завалы в шахтах, выводила из строя моторы, водоотливы и другое оборудование. Так же действовали патриоты и на других шахтах района.
   Уже в ноябре 1941 года подпольщики района начали боевую деятельность. Установив, что по шоссейной дороге Гришино - Красноармейск происходит интенсивное движение автомашин с боеприпасами и продовольствием к линии фронта, подпольщики заминировали дорогу. На минах подорвались три грузовые автомашины. А главное - было задержано движение на шоссе, что в тех условиях было большой помощью частям Красной Армии. Через несколько дней была заминирована дорога между Горловкой и станцией Фенольная. Подорвались две грузовые автомашины, и произошла значительная задержка движения по дороге.
   Через Красноармейск проходила единственная железнодорожная магистраль, идущая из Днепропетровска в Донбасс, то есть к фронту. Закрыть, хотя бы ненадолго, движение по этой дороге - такую задачу поставили перед собой подпольщики. Дорога усиленно охранялась. И все же подпольщикам удалось 29 декабря 1941 года на перегоне Славянка- Шиловка заминировать полотно железной дороги. На минах подорвался шедший к фронту эшелон противника с боеприпасами. Движение на перегоне было приостановлено на несколько часов.
   В мае 1942 года подпольщики совершили дерзкую операцию по освобождению большого количества пленных советских воинов. Узнав, что лагерь военнопленных охраняется лишь полицейскими, подпольщики ночью уничтожили охрану и организовали побег из лагеря 400 советских бойцов и командиров. Почти все они были переправлены через линию фронта.
   Подпольщики Красноармейского района вели большую разведывательную работу. Группа П. С. Шумко имела рацию. Благодаря этому собранные сведения своевременно передавались штабу фронта. По донесениям подпольщиков советская авиация уничтожила 5 вражеских артиллерийских и минометных батарей, железнодорожный эшелон и 80 вагонов с боеприпасами и боевой техникой. В апреле 1942 года из-за отсутствия питания для рации связь с фронтом по радио оборвалась. Тогда подпольщики стали наводить советские самолеты на вражеские объекты световыми сигналами. Например, в июле 1942 года на хуторе Рог разведка подпольщиков обнаружила замаскированную в саду немецкую батарею и большой склад боеприпасов. Комсомолка В. Овчаренко была поставлена на дежурство, и, как только появились советские самолеты, она ракетами указала летчикам вражеский объект. В результате прямого попадания бомб батарея была взорвана, боеприпасы на складе рвались в течение суток.
   Даже в тех районах, где оккупантам удалось раскрыть подпольные райкомы партии и многие заранее подготовленные подпольные партийные и комсомольские организации, подпольная борьба не прекращалась. Ее вели уцелевшие от вражеских репрессий коммунисты, комсомольцы и беспартийные патриоты.
   Так было, например, в городе Чистякове, оказавшемся после оккупации у самой линии фронта. Созданные здесь два подпольных горкома (основной и параллельный) и подпольная партийная организация в составе 14 коммунистов были уничтожены карательными органами врага в первые дни оккупации. Но уже 13 декабря 1941 года бывший директор медицинской школы коммунистка П. П. Губина создала подпольную организацию из 3 человек на шахте № 1 "Красная звезда". Через полгода в организации было уже около 50 коммунистов, комсомольцев и беспартийных патриотов. Подпольщики распространяли на шахтах листовки и газеты, установили связь с командованием частей Красной Армии и действовали по его заданиям: совершали диверсии, собирали сведения о противнике. Так, в феврале 1942 года подпольщик Я. Н. Русин с группой шахтеров повредил телефонную связь между шахтой № 3 и поселком шахты "Капитальная", где стояли войска противника. Вскоре подпольщикам удалось освободить из лагеря и переправить через линию фронта 50 пленных советских воинов. Весной 1942 года подпольщики-коммунисты Г. С. Косинский, Н. И. Шестакова, И. И. Журавлева с помощью актива провели среди жителей города подписку на второй государственный заем обороны. Было собрано 27 тысяч рублей. Эти деньги подпольщица Т. А. Бирлева пронесла через линию фронта и вручила командованию Красной Армии.
   Т. А. Бирлева - Таня, как ее называли в подполье,- была отважной разведчицей. Она часто приносила ценные сведения о вражеских войсках в прифронтовой полосе, их расположении, вооружении, наименовании частей. Она же была и связной подпольщиков с командованием советских частей. 12 июля 1942 года при попытке перейти линию фронта Т. А. Бирлева была задержана гитлеровцами. При ней нашли несколько тысяч рублей, внесенных в фонд обороны населением Чистякова, и секретное донесение, которое она не успела уничтожить. В это же время полевая жандармерия напала на след и самой подпольной организации. Были арестованы П. П. Губина и 42 других подпольщика. 25 июля все они были расстреляны.
   Подпольщики Астахов, Зинченко, Русин, Метерова и другие продолжали борьбу до изгнания захватчиков из города. Здесь же, в Чистякове, действовала подпольная группа Г. М. Филиппова. Ее участники систематически перерезали телефонную связь противника в районе шахты № 27, срывали добычу угля: выводили из строя электромоторы, насосы и другое шахтное оборудование.
   Трагическая участь постигла подпольную партийную организацию Славянского района. До вражеской оккупации в районе были образованы подпольный горком партий и 6 партийных организаций, объединявших 34 человека. Среди подпольщиков оказались 2 предателя. По их доносу большая группа коммунистов была арестована и расстреляна. Остальные перешли фронт или влились в партизанские отряды.
   В подполье остались лишь секретарь подпольного горкома Г. А. Попков и коммунист Ф. И. Кравцов. Ими была создана диверсионная группа в железнодорожном депо Славянск. Она выводила из строя станки, оборудование, прятала ценный инструмент, срывала работы по восстановлению механического цеха депо. По заданию Г. А. Попкова беспартийная патриотка М. К. Шабалина печатала и распространяла короткие листовки: "Людоед Гитлер освободил нас от всего; от хлеба, масла, одежды", "Палачи расстреливают, заполняют овраги, балки, окрестности города трупами наших советских людей". Г. А. Попков и Ф. И. Кравцов создали из путевых рабочих и колхозников агитационную группу из 10 человек. Члены группы систематически проводили беседы с колхозниками, мобилизовывали их на срыв мероприятий оккупантов. В поселке Былбасовка Славянского района была создана комсомольеко-молодежная группа из 15 человек во главе с Н. И. Несютовым. Она подорвала железнодорожный мост между станциями Шидловская и Славянск, привела в негодность скаты на всех мотоциклах технического отряда гитлеровцев.
   В областном центре Сталино была создано 5 подпольных райкомов партии (Буденновский, Калининский, Куйбышевский, Петровский, Заводской), 11 подпольных партийных организаций, объединявших 59 человек. Кроме того, отдельные коммунисты были оставлены со специальными поручениями. Но все это заранее созданное подполье было раскрыто гитлеровцами.
   Однако вскоре в Буденновском, Калининском, Куйбышевском и Кировском районах города уже действовали новые подпольные организации. Их создали по своей инициативе избежавшие ареста коммунисты, комсомольцы и беспартийные патриоты.
   Наиболее активно и продолжительно работала партийно-комсомольская организация Буденновского района. Она была создана в ноябре 1941 года в поселках Буденновка и Авдотьино С. Г. Матекиным и С. В. Скобловым. Уроженец этих мест С. Г. Матекин, находясь в Красной Армии, попал в окружение. В конце октября он пробрался в родной город и устроился заведующим учебной частью 68-й донецкой школы, где до войны работал преподавателем истории. С. В. Скоблов в прошлом был учащимся и пионервожатым этой же школы, затем служил в Красной Армии, где был принят кандидатом в члены Коммунистической партии. После оккупации фашистами Донбасса он получил задание от обкома партии проникнуть в Буденновку и организовать там диверсионные группы и сбор оружия для партизан. В Буденновке С. В. Скоблов встретился с С. Г. Матекиным и договорился с ним о создании подпольной организации. "Лесов у нас нет, укрываться негде. Жить будем на виду, среди людей, рядом с немецкими ищейками. Тут нужна особая конспирация. Мы должны надеть маску. Обмануть немцев..." - так определили патриоты характер деятельности будущей организации. Они привлекли к подпольной работе бывшего студента индустриального института Б. И. Орлова, комсомольца В. Кириллова и других - всего 6 человек. Организация быстро росла. В нее вступили учащиеся старших классов школы № 68 В. Гончаров, С. Ванцай, Н. Саламатников, Н. Градов, В. Романчук, В. Гончаренко, И. Кекух, В. Лихварь, бывшая студентка сельскохозяйственного института коммунистка Н. Д. Льговская, учительница школы № 68 В. А. Татарчук, бывший студент финансово-экономического техникума И. Григорюк, слесарь И. Клименко и другие. В дальнейшем организация выросла до 48 человек.
   Каждый вновь вступавший в организацию в присутствии нескольких подпольщиков давал клятву-присягу: "...клянусь выполнять все поручения и приказания нашего командования. Если же я нарушу присягу, пусть накажет меня рука Советского правительства".
   С самого начала большое внимание уделялось конспирации. Организация была построена так, что каждый подпольщик знал только двух или трех ближайших товарищей. Руководителей знали немногие. Это максимально гарантировало организацию от провала: несмотря на значительные потери, она действовала почти два года, до освобождения города от оккупантов.
   Между подпольщиками четко были распределены обязанности. Возглавлял организацию С. Г. Матекин; во главе штаба стояли С. В. Скоблов и Б. И. Орлов. С. В. Скоблову было поручено руководить изготовлением и распространением листовок, приобретением штампов оккупационных властей. Б. Орлов отвечал за сбор оружия и боеприпасов, обеспечивал их хранение. Он также вел так называемый паспортный отдел, занимавшийся обеспечением подпольщиков различными документами. Чтобы иметь возможность изготовлять эти документы, Б. Орлов устроился чертежником в контору "Донэнерго". Владевший немецким языком В. А. Збышевский переводил сбрасывавшиеся советскими самолетами листовки с немецкого языка на русский (для распространения среди населения) и с русского языка на немецкий (для распространения среди немецких солдат). Л. Каравацкая и А. Романчук распространяли листовки и подбирали в организацию новых членов. Другим подпольщикам было поручено добывать боеприпасы, оружие и взрывчатку, производить диверсии, уничтожать врагов и их прислужников. Практическая работа буденновских подпольщиков началась с выпуска листовок. 22 ноября 1941 года они распространили 30 экземпляров составленного ими "Воззвания к донеццим рабочим". 15 января 1942 года гитлеровцы расстреляли К. Баранчикову, К. Кастрыкину, 3. Полончук, А. Васильеву и М. Носкову, которые по заданию подпольной организации помогали побегам советских военнопленных. Сообщая о казни, фашистская газета "Донецкий вестник" перечислила фамилии расстрелянных. Подпольщики скупили газету, вырезали сообщение о казни, обвели траурной рамкой список казненных и приписали к нему стихотворение-некролог. Стихотворение призывало усилить борьбу с врагом, помогать побегам советских военнопленных. Заканчивалось оно словами:
   
   Спите, товарищи, спите,
   Над вашей могилой пройдут
   Штыки, ощетинясь, с приказом "Вперед!"
   
   На следующее утро эта листовка была распространена в Буденновке, на станции Мушкетово, в Авдотьине и в центре города. В феврале 1942 года С. В. Скоблов изготовил типографский станок с резиновым шрифтом. Это дало возможность увеличить выпуск листовок.
   Организация развернула боевую деятельность. Вот лишь некоторые факты. В декабре 1941 года В. Гончаренко, Н. Градов и другие похитили из немецкой автомашины 6 винтовок и 3 ящика патронов. В том же месяце А. Романчук, В. Татарчук, Л. Каравацкая, Н. Градов и другие заманили на "вечеринку" нескольких ехавших на фронт немецких офицеров и изъяли из их автомашины радиоприемник, радиопередатчик, аккумуляторы, винтовки и разные документы. Среди документов оказались очень важные сведения, которые были переправлены командованию Красной Армии. В январе 1942 года члены организации Кириллов и Клименко вывели из строя более 20 автомашин, подготовленных гитлеровцами для отправки на фронт. На станции Караванная они привели в негодность 18 мотоциклов. Весной 1942 года, когда гитлеровцы праздновали пасху, подпольщики Кекух, Градов, Григорук и другие пробрались на продовольственный склад в Буденновке и облили все продукты керосином. С. Скоблов и Б. Орлов с группой подпольщиков около станции Доля напали на вражеский обоз, убили 10 гитлеровцев и забрали трофеи: 2 ящика гранат, 10 автоматов и 11 пистолетов. Смелые действия подпольщиков вдохновляли на борьбу все население.
   В августе 1942 года организацию постиг тяжелый удар: предатель выдал С. Г. Матекина. Два месяца фашистские садисты истязали боевого руководителя буденновских подпольщиков. Патриот не только стойко переносил муки, но и ухитрялся предупреждать товарищей об опасности. Ему удавалось обмениваться записками с женой, Александрой Яковлевной. В одной из них он писал: "Завтра я передам тебе маршрут и адреса, по которым надо организовать поездку за хлебом. Привет всем. Будьте здоровы. Целую детей. Савва". Речь здесь шла об адресах подпольщиков, которым угрожал арест.
   Сохранились и другие письма С. Г. Матекина из фашистского застенка. Они раскрывают замечательный образ советского патриота. "Шура,-писал он жене,-что может сделать человек, находящийся в тюрьме и которому грозит неминуемая гибель? Меня, однако, боятся. Скажи нашим... Прощайте. Прошу передать всем - ничего не кончено. Я умру, а вы живите. Прощай, Шурыня!". А через несколько дней С. Г. Матекин передал письмо-завещание своим детям. В нем говорилось: "Мои маленькие дети, Вова и Люция! Я всегда стремился дать вам образование, сделать из вас людей, полезных для страны, людей полноценных. Непреодолимым моим желанием было видеть тебя, Вовочка, ученым, а тебя, Люция, инженером. Но кем бы вы ни были, я твердо убежден, что мои дети оправдают надежды своего отца, который для блага Родины, для счастья своего народа, для счастья своих детей не пожалел жизни. Будьте счастливы. Ваш отец". Это было последнее письмо патриота. 7 октября 1942 года фашисты бросили Савву Григорьевича Матекина в ствол шахты 4/4-бис.
   Тяжелая утрата не внесла растерянности в ряды подпольщиков. Во главе организации стали С. Скоблов и Б. Орлов. Подпольщики были преисполнены решимости бороться до полной победы. С. В. Скоблов писал в своем дневнике: "...Пусть будет трудно, до боли обидно и грустно, пусть даже голод костлявой лапой на сердце скребет, даже тогда я не брошу наши степи и не отступлю от борьбы за народное дело, за волю".
   В Куйбышевском районе на станции Донецк в декабре 1941 года из коммунистов и беспартийных была создана подпольная организация под руководством учителя истории коммуниста П. Ф. Батула, перешедшего линию фронта по заданию обкома партии. Отличительной чертой этой организации было наличие вокруг нее широкого актива. В самой организации было около 20 членов, а актив доходил до 100 человек. Кроме того, под руководством организации работала комсомольская группа в составе 12 человек. Она собирала сведения о противнике, распространяла листовки, подыскивала жилье для находившихся на нелегальном положении подпольщиков и попавших в окружение советских военнослужащих.
   Подпольщики имели радиоприемник. Используя сводки Совинформбюро и другие передачи советского радио, они составляли листовки о положении на фронте и в советском тылу. Некоторые листовки касались местной жизни: зверств оккупантов, угона молодежи на фашистскую каторгу, преступлений предателей и т. д. Выпускались листовки, специально обращенные к рабочим, интеллигенции и другим слоям населения.
   Вначале листовки размножались от руки. Позже, когда подпольщики обзавелись пишущей машинкой, для распространения листовок была создана группа в 15-20 человек из актива. Велась и устная агитация. Для этой цели была подобрана группа из 10 женщин. Никто не видел ничего предосудительного в том, что в дом учительницы истории С. Я. Цуркановой в течение дня заходили три-четыре женщины, посудачить. Член партии ленинского призыва С. Я. Цурканова была заместителем П. Ф. Батулы. Она хорошо знала многих старых работниц города. И теперь, в тяжкую годину, они шли к ней за советом и добрым словом. Каждая из них уходила от Софии Яковлевны с запасом новостей, которые быстро разносились по городу. Благодаря таким агитаторам жители Донецка узнавали о положении на фронте и в советском тылу, о местных событиях и очередных преступлениях оккупантов.
   Организация вела диверсионную работу. П. Ф. Батула направлял ее на самое уязвимое место противника - на транспорт. Подпольщики всячески срывали вражеские перевозки: выводили из строя паровозы, сталкивали поезда, задерживали составы на перегонах. Вот что писал об этом П. Ф. Батула: "...немцы после того, как сузили железнодорожную линию, сразу же сосредоточили большое количество немецких паровозов на станции Донецк. Предназначались паровозы... для вывоза из шахт, заводов необходимых материалов, железа, угля, кокса, цветных металлов, рельсов и т. д. Мы стали препятствовать этим операциям. Понятно, главное, за что нужно было бороться,- это паровозный парк. Дежурный по станции Донецк коммунист Качан убеждал коменданта, что вода плохая и нужно часто промывать паровозы. Делалось это следующим образом: паровоз тушили по нескольку раз, а затем на морозе в холодном состоянии промывали горячей водой, трубы паровоза сразу давали течь, и паровоз требовал капитального ремонта. Другой способ: бросали в котел каустическую соду (полкилограмма), результат получался такой же. Третий способ был основан на том, что немцы сильно ограничивали машинистов в отпуске им смазочных материалов. В этом случае умышленно допускали загорание букс, и, как следствие, плавились подшипники... Перевозки приостанавливались... Больные паровозы увозили на ремонт в глубокий тыл, так как капитальных мастерских близко не было. Комендант бегал, ругался, приписывал саботаж, но получал один ответ от Качана и машинистов: "Плохая вассер". Всеми этими способами было выведено из строя 20 паровозов. Кроме того, подпольщики совершали диверсии. Так, машинист Казаков пустил под откос вражеский эшелон с солдатами и автомашинами. Были разбиты десятки вагонов и более чем на трое суток приостановлено движение на дороге. Машинист Бабенко завалил в разрез паровоз, пустил поезд на стоящий впереди состав - было разбито 12 вагонов. Работник станции Сытник искусно вносил изменения в накладные, в результате вагоны направлялись не по адресу.
   Осенью 1941 года возникла подпольная организация в Калининском районе города. Ее создал выходец из местных немцев А. А. Вербоноль. Он родился, постоянно жил и работал в Юзовке (ныне Донецк). Замечательный советский патриот, А. А. Вербоноль был активным участником гражданской войны и партизанского движения в Донбассе против немецких оккупантов в 1918 году. Его старший сын стал офицером Красной Армии, а младший, Владимир, был связным в подпольной группе отца.
   Вначале в организации было 5 человек, но уже к лету 1942 года насчитывалось до 40 человек; 7 из них были коммунистами. Организация установила тесные связи с рутченковской подпольной группой Кировского района и группой Батулы - Цуркановой на станции Донецк, с подпольщиками Макеевского, Славянского и других районов области.
   В организации А. А. Вербоноля имелись три радиоприемника. Сводки Совинформбюро и другие передачи советского радио перепечатывали подпольщицы И. Чистякова и М. Яванова. Дело это было хорошо налажено: И. Чистякова работала врачом на металлургическом заводе, где в одном из кабинетов была замаскирована пишущая машинка, другую она имела дома. М. Иванова благодаря знакомствам имела доступ в городскую управу и печатала там листовки на ротаторе. Листовки распространялись во всех районах города, а также в Макеевке, Славянске и других районах.
   Члены организации А. Леденева, Г. Гринько, С. Королькова, М. Семенова, И. Чистякова многое сделали по освобождению из плена советских воинов. Для этого они чаще всего подкупали охрану лагерей. В разное время они вызволили из плена 174 советских воина. Всех их снабдили штатской одеждой, документами и продуктами и переправили в Славянск и Макеевку для перехода через линию фронта.
   Как же рисковали эти патриотки! Какой огромный труд скрывается за этими скупыми фактами! Нужны были средства для подкупа охраны, требовались сотни паспортов и других документов, одежда, продукты. И все это надо было раздобыть в ограбленном и обреченном на голод городе. Подпольщица М. Лебедько, работавшая паспортисткой в полиции, похитила более 200 бланков паспортов, около 500 временных удостоверений и пропусков. Предварительно вместе с подпольщиком Подшивайло, работавшим в полиции Калиновки, она, по заданию А, А. Вербоноля, подготавливала нужное количество документов, вписывая в них сведения из сданных в полицию паспортов умерших, убитых и т. д. Столь же сложно было достать продукты. Подпольщики похищали у немцев керосин и бензин, обменивали их в деревнях и селах на продукты. Таким путем было добыто 1680 килограммов хлеба, 246 килограммов мяса и другое продовольствие. Организация развернула активную боевую деятельность. Под непосредственным руководством А. А. Вербоноля подпольщики похитили с немецких складов, из учреждений и общежитий 2 легких пулемета, 52 винтовки, 36 пистолетов, 23 гранаты, 48 килограммов взрывчатки, 217 штук детонаторов, несколько тысяч патронов. В мае 1942 года они вывели из строя мощный электромотор в ремонтно-механических мастерских металлургического завода, сорвав выполнение срочного заказа на изготовление замков к зенитным орудиям и дефицитных деталей к мотоциклам. В июне 1942 года подпольщики Н. Рыженков и И. Покусай взорвали большой склад медикаментов. Диверсионная деятельность организации принимала все более широкий размах.
   И так было всюду, на всей оккупированной врагом донецкой земле. В Старобешевском районе подпольщики под руководством секретаря райкома КП(б)У А. Н. Василенко освободили из лагеря Каракубского рудоуправления 100 советских военнопленных, создали диверсионную группу, наносившую удары по объектам и транспорту противника. Отважно действовали под руководством подпольных организаций патриоты--железнодорожники Краснолиманского района. Совместно с партизанами они нападали на обозы противника, уничтожали воинские склады, пускали под откос вражеские эшелоны, разгоняли восстановительные бригады на ремонте железнодорожного полотна и мостов через Северный Донец.
   Стойко боролись с захватчиками трудящиеся Мариуполя. Город был занят фашистами внезапно. Многие люди, которым угрожала неминуемая смерть, не смогли эвакуироваться. В их числе был знатный сталевар Макар Мазай. Гитлеровцы бросили на поиски Мазая целую свору агентов. Весной 1942 года им удалось схватить его. Сначала фашисты заигрывали с Мазаем, пытались подкупить его. Имя знатного сталевара нужно было оккупантам для пропаганды, чтобы побудить рабочих прекратить саботаж и выйти на работу. Особенно усердствовали в этом представители фирмы Крупна, которой были переданы мариупольские заводы. Однако патриот предпочел смерть гнусному предательству. Фашисты расстреляли его, рассчитывая запугать этим кадровых рабочих. Но проявленная Мазаем стойкость явилась примером для трудящихся города. Саботаж приобретал все более широкие размеры.
   Борьбой мариупольских рабочих руководили подпольщики. Они призывали трудящихся срывать попытки оккупантов поставить себе на службу мариупольские металлургические заводы. Особенно успешной была деятельность подпольной группы на заводе "Азовсталь", состоявшей из 18 человек. Агитационную работу она умело сочетала с диверсиями, привлекая к этому многих рабочих. Например, когда после длительного саботажа гитлеровцам все же удалось подготовить к пуску домну № 1, произошел взрыв водяного затвора. Печь вновь вышла из строя. "Постарался" водопроводчик, по заданию подпольщиков перекрывший пар во время задувки печи. Столь же плачевно для оккупантов окончились их попытки пустить в ход печь № 4: режим все время нарушался, постоянно выходила из строя различная аппаратура и плавки застывали. Фашистам удалось схватить подпольщиков. Они были расстреляны. Но металл оккупанты на "Азовстали" так и не получили. Дело погибших продолжали другие патриоты.
   На заводе им. Ильича было известно имя кадрового рабочего коммуниста Е. И. Фролова. Он "откликнулся" на призыв оккупантов и вышел на работу. Но только немногие знали, что это была за работа. Не проходило дня, чтобы Е. И. Фролов и его товарищи не выводили из строя станки, электромоторы и другое оборудование. Когда же гитлеровцам удалось узнать, кто руководит подрывной деятельностью на заводе, Е. И. Фролов ушел в партизаны. В пути он оставил весьма заметные следы: около села Чердаклы сжег немецкую автомашину и нарушил телефонную связь между вражескими гарнизонами на протяжении нескольких километров. Летом 1942 года Е. И. Фролов пробрался в Брянские леса, где вскоре стал комиссаром партизанского отряда. С уходом Е. И. Фролова саботаж на заводе не прекратился: его продолжали другие патриоты.
   В поселке Ясная Горка Краматорского района с октября 1941 года по март 1942 года отважно действовала комсомольско-молодежная группа, состоявшая из 7 человек. Она так и называлась- "Семерка". Командиром группы был рабочий Ново-Краматорского завода Н. М. Ковалев, его заместителем по политчасти - Л. П. Калиниченко. Подпольщики взорвали железнодорожный мост через реку Торец. Во время этой операции геройски погибли Н. М. Ковалев и Л. П. Калиниченко. Оставшуюся часть группы возглавил Н. П. Кравченко, и она продолжала активную боевую деятельность: уничтожила 66 фашистов и их пособников, в том числе бургомистра поселка Ясная Горка, 10 автомашин, оружейные мастерские, три раза перерезала телефонный кабель, связывавший линию фронта гитлеровцев со ставкой, уничтожила несколько обозов. Уходя от преследования, подпольщики в марте 1942 года пытались перейти фронт. Но все они погибли. Только тяжело раненный Н. П. Кравченко был подобран советскими воинами.
   Активная подпольная борьба разворачивалась и в сельской местности. Так, в селе Времьевка Больше-Новоселковского района в конце ноября 1941 года сложилась молодежная подпольная группа из 12 человек. Вначале подпольщики писали лозунги на стенах зданий. А затем, когда в селе появился летчик подбитого советского самолета Герой Советского Союза А. И. Белогуров, взявший на себя руководство группой, ее деятельность приобрела широкий размах. Патриоты достали радиоприемник, размножали сводки Совинформбюро и сами писали листовки. Однажды они напали на базу "Заготскота" и угнали более 250 животных, предназначавшихся для немецкой армии. К весне 1942 года подпольщики собрали много оружия и готовились к вооруженному восстанию. Но в конце мая часть подпольщиков была арестована. При обыске были обнаружены знамя, гранаты и листовки. Арестованных жестоко избили и бросили в камеру. Служивший в полиции член подпольной группы И. Ю. Акрытов ночью открыл дверь камеры. Трое подпольщиков сбежали, а остальные были до того избиты, что не могли двигаться. Обнаружив побег, фашисты повесили Акрытова, а беглецов настигли в степи и убили.
   На хуторе Федоровка Харцызского района колхозница Ф. И. Мясищева и ее внучка Н. П. Сопко создали подпольную группу, занимавшуюся освобождением советских военнопленных. Началось с малого. Патриотки собирали продукты питания у населения, готовили и доставляли пищу в лагерь военнопленных, находившийся в Иловайске. Они привлекли к своей деятельности 9 человек, главным образом женщин. Подкупив охрану, состоявшую из словаков, патриоты в разное время освободили из лагеря более 100 советских воинов. Ф. И. Мясищева вовлекла в группу главного врача иловайской больницы Т. И. Триля. Значительная часть выведенных из лагеря военнопленных получила медицинскую помощь в городской больнице, где Т. И. Триль оборудовал специальное отделение под вывеской "Тифозное". После выздоровления многие из военнопленных были, снабжены немецкими документами, полученными у секретаря полиции - члена подпольной группы Е. М. Назаренко, и перешли линию фронта.
   За последние годы выявлено более 20 ранее неизвестных подпольных организаций, действовавших в городах, на шахтах, железнодорожных станциях и в селах Амвросиевского, Авдеевского, Больще-Новоселовского, Дружковското, Добропольского, Краматорского, Славянского, Харцызского, Чистяковского, Ясиноватского и других районов. О конкретных делах и составе многих из этих организаций сведений еще очень мало. Установлено, например, что в городе Дружковка с ноября 1941 года до весны 1942 года действовала подпольная комсомольско-молодежная группа. Основателем ее был кандидат в члены партии П. И. Гребенюк. Он служил в Красной Армии воентехником. Будучи раненным, Гребенюк оказался в плену, откуда бежал и пробрался в Дружковку. Здесь он организовал подпольную группу "Ленинская искра", которая быстро выросла с 11 до 30 человек. Подпольщики убивали гитлеровцев и изменников Родины, организовывали побеги из лагерей военнопленных, препятствовали, угону молодежи в Германию. Они вывели из строя мартен на Торецком заводе, взорвали мост через реку Кривой Торец, подорвали 3 железнодорожных эшелона с боеприпасами и продовольствием, неоднократно нарушали телефонную связь оккупантов, сожгли сарай с немецкими автомашинами. Гнусный предатель выдал организацию. 13 ее членов во главе с Н. И. Гребенюком были арестованы и 28 февраля 1942 года казнены.
   В декабре 1941 года в городе Дзержинск было совершена нападение на управление полиции, уничтожен староста управы. В январе 1942 года патриоты произвели дерзкий налет на штаб немецкой воинской части, находившийся в самом центре Дзержинска. Вскоре в городе были сожжены электромеханические мастерские, где гитлеровцы организовали ремонт шахтного оборудования. Кто это делал, пока не известно. Но факты говорят о том, что и в Дзержинске действовала активная подпольная организация.
   
   * * *
   
   Весной и летом 1942 года обстановка в области значительно осложнилась. Готовясь к летнему наступлению, гитлеровцы наводнили ее территорию не только войсками, но и полевой жандармерией, усилили террор, активизировали деятельность по выявлению подполья. Весной 1942 года им удалось произвести массовые аресты подпольщиков в Амвросиевке, Артемовеке, Сталине, Макеевке, Славянске, Чистякове и в других городах и рабочих поселках. В застенках гестапо зверски были замучены секретари подпольных райкомов и другие руководители подполья: Артемовского - Н. М. Жоров, Старобешевского - А. Н. Василенко, Чистяковского - П. П. Губина, Селидовского - Н. С. Келиш.
   Все это остро поставило вопрос о необходимости укрепления партийного руководства подпольем. Это было тем более важно, что, несмотря на жестокий террор и гибель многих подпольных организаций, борьба с оккупантами неуклонно расширялась. Учитывая сложившуюся обстановку, обком партии принял меры к укреплению существующих и созданию новых подпольных организаций. В Луганске, где в то время находился обком КП(б)У, к 1 июля 1942 года было сформировано 6 подпольных райкомов (всего 60 коммунистов). Они были направлены через линию фронта в Сталино, Горловку, Макеевку, Красный Лиман и Дебальцево. Секретаря Славянского подпольного горкома Григория Александровича Попкова обком КП(б)У утвердил секретарем подпольного обкома партии. С этого времени в тылу противника работали фактически 2 секретаря подпольного обкома партии: С. Н. Щетинин (он же И. Н. Кусакиц) - первый секретарь обкома в Горловке и Г. А. Попков - территориальный секретарь обкома в Константиновке.
   Большую роль в повышении боеспособности подполья играли непосредственные связи подпольных организаций с ЦК КП(б)У и обкомом партии. В подпольных организациях области неоднократно бывали связные ЦК КП(б)У А. С. Андреев (в Горловке), М. Ф. Баштан (в Константиновке); Д. Е. Овчинников и другие. Так, 22 июня 1942 года Д. Е. Овчинников побывал в Горловке и передал С. Н. Щетинину указания ЦК КП(б)У по вопросам дальнейшей деятельности подполья. До 7 июля 1942 года систематическую связь с подпольными горкомами и райкомами поддерживал обком партии. Постоянно рискуя жизнью, связные обкома переходили линию фронта, передавали подпольщикам задания и возвращались от них с ценными разведывательными данными. Активно действовал связной обкома Г. С. Замятин. Много раз бывал в тылу врага связной обкома Н. В. Кузьменко. В июне 1942 года при выполнении задания ЦК КП(б)У он был арестован и расстрелян оккупантами.
   Ряд мер по укреплению комсомольско-молодежного подполья предпринял ЦК ЛКСМУ. В частности, он направил в тыл врага в качестве областных организаторов подпольной борьбы Е. С. Панченко и А. В. Кожухову, в Константиновский район - Н. К. Монченко, в Чистяковский район - А. В. Коновалову.
   Однако с начавшимся 7 июля 1942 года наступлением вражеских войск на Южном фронте и оккупацией всего Донбасса все эти связи подпольщиков с советским тылом в большинстве случаев оборвались. В тяжелое положение попали направленные в тыл врага работники вновь созданных подпольных райкомов партии. Их путь пролегал по оси наступления противника на восток: многие из них не смогли пробраться к местам назначения, а некоторые погибли в дороге. Из 15 работников Буденновского подпольного райкома партии города Сталино на место сбора прибыли только четверо, в их числе секретарь райкома И. П. Корниецкий и связная А. С. Орлова. К ним присоединились 4 местных коммуниста. Все вместе они составили подпольную партийную организацию. Она связалась с действовавшей здесь комсомольской организацией Буденновского района, которую после гибели С. Г. Матекина возглавлял С. В. Скоблов. Обе организации развернули широкую агитационную боевую деятельность в городе и его окрестностях. Особое внимание было уделено усилению диверсионной работы. Так, комсомольцы Григорюк и Романчук, устроившись охранниками на станцию Караванная, взорвали железнодорожный мост и пустили под откос вражеский эшелон. Подпольщик Орлов, работавший в тресте "Донэнерго", систематически сжигал трансформаторы, портил линии электропередач.
   В Константиновку сумел пробраться Г. А. Попков. Связаться с С. Н. Щетининым ему не удалось. Но он создал из местных коммунистов подпольную организацию, которая быстро обросла активом из беспартийных трудящихся и развернула борьбу с захватчиками. Вскоре Г. А. Попков установил связи с подпольем Славянского и Краматорского районов.
   Несмотря на резкое усложнение обстановки, подпольная борьба в области росла и ширилась. В нее включались районы, где первоначально подпольщики не могли развернуть активной деятельности. Одним из таких районов был Амвросиевский район. Еще до вражеской оккупации здесь был создан подпольный райком партии во главе с Г. И. Крамаренко, 4 подпольные партийные организации, объединявшие 23 коммунистов, подпольная типография. Первоначально Амвросиевка, находившаяся у самой линии фронта, была так насыщена оккупантами и их разведывательными органами, что подпольщики вынуждены были ограничить свою деятельность. С отходом фронта на восток амвросиевские подпольщики развернули активную работу. Ее систематически направлял подпольный обком партии во главе с С. Н. Щетининым.
   Первым практическим делом амвросиевских подпольщиков было составление и распространение листовок. Материалом для них служили передачи советского радио, которые тайно записывал имевший радиоприемник подпольщик С. Коваленко. Листовки печатались в подпольной типографии (набирали их П. Богданов, Л. Шкуропадская и А. Ковалева). Для печатания листовок использовалась также занятая оккупантами типография бывшей районной газеты. Под носом у гитлеровцев рабочие типографии, рискуя жизнью, смело выполняли задания подпольщиков.
   Уже с конца 1941 года Амвросиевский подпольный райком партии стал выпускать газету "Советская правда". Иногда она издавалась в виде небольших листовок. Вот одна из них:
   ""Советская правда" № 5. Газета советских патриотов, издание Амвр. РКП. Великие Луки и Ржев наши! Враг отступает! Час отмщения настал. Донбассовцы, к оружию! Бейте фашистских бандитов-курохватов с тыла. Бейте их лакеев - добровольцев-полицаев!"
   Листовки распространялись и среди солдат словацких воинских частей. Особенно смело это делал подпольщик Д. И. Чаплыгин. "Собрав вокруг себя словацких солдат,- писал впоследствии С. Н. Щетинин,- он стал их угощать помидорами и для приличия, как он нам говорил, каждый помидор заворачивал в бумагу, то были листовки, которые там же читали... В скором времени Чаплыгин скрылся, а на этом месте собралась группа словаков, и почти у каждого была листовка. Я в это время находился на платформе и все это наблюдал".
   Амвросиевские подпольщики вели широкую разведывательную работу, доставляя С. Н. Щетинину, а позже и партизанам Ростовской области ценные сведения о противнике. Под руководством амвросиевских коммунистов-подпольщиков работала подпольная комсомольская организация Миколы, действовавшая в селе Петропавловка Амвросиевского района. Ее создал в сентябре 1942 года представитель ЦК ЛКСМУ бывший секретарь Центральногородского райкома комсомола Макеевки Н. Монченко. Он был направлен ЦК ЛКСМУ на подпольную работу в Макеевку. Пробираться во вражеский тыл пришлось окольным путем. Сначала Н. Монченко попал в Днепропетровск. Там его опознал предатель. Гитлеровцы подвергли Н. Монченко изуверским пыткам. Но ему удалось бежать и пробраться в Донбасс. Проникнуть в Макеевку Н. Монченко не смог и остался в Амвросиевском районе, в селе Петропавловка. "Избитый, измученный, добрался он до нашего села, сказался военнопленным и попросился на работу. Назначили его конюхом",- вспоминает мать одного из участников группы Миколы.
   Присмотревшись к людям, Н. Монченко приступил к созданию подпольной комсомольской организации. Назвали ее по его имени - Микола. Организация быстро росла. В нее вошли комсомольцы С. Семерихин, И. Гомма, М. Коваленко, В. Толченова, М. Филоненко, М. Кузьменко, П. Боровец, М. Ратковский, бежавшие из плена советские воины М. Черноусов, Е. Серебряков и другие. Каждый член организации дал клятву: "До последней капли крови бороться с проклятыми захватчиками". Большую помощь подпольщикам оказывали жители села. Например, во дворе колхозницы М. А. Черноусовой хранилось оружие подпольщиков.
   Организации Миколы удалось установить связь с командованием частей Красной Армии. Поэтому главной своей задачей она считала разведывательную работу. Дело это было очень трудным. Передвижение из села в село без пропусков запрещалось. Но выход был найден. Подпольщица B. Толченова похитила у жившего в ее доме немецкого коменданта чистые бланки пропусков с печатью. Особенно усилилось значение разведывательной деятельности подпольщиков после того, как весной 1943 года Красная Армия, наступая от Волги, подошла к реке Миус. Вместе с армейскими разведчиками подпольщики собирали сведения о противнике, доставляли их советскому командованию.
   В июне 1943 года гитлеровцам удалось разгромить организацию. Они случайно обнаружили оружие у ребят, не связанных с группой Миколы. Во время допроса их жестоко избивали, подвешивали за руки, требуя выдачи комсомольцев. И кто-то из детей, не выдержав пыток, указал им Н. Монченко, И. Гомму, С. Семерихина и М. Ратковского. Затем были схвачены остальные члены организации. После длительных пыток большинство подпольщиков было расстреляно, остальные направлены в лагеря смерти.
   В селах Покровка и Степано-Крынка Амвросиевского района действовала другая комсомольско-молодежная организация. Подпольщики дали ей славное название - "За Родину". Длительное время об этой организации почти ничего не было известно. И только спустя 16 лет после окончания войны были собраны документы, показывающие ее исключительно активную, полную героизма деятельность. Создал организацию в ноябре 1942 года уроженец села Степано-Крынка советский офицер комсомолец А. А. Яровенко. Будучи раненным, он сумел выйти из окружения и пробраться в родные места. Вначале в состав организации входили выпускник Красноармейского педучилища комсомолец Н. Бажанов, бывшие ученики 9-го класса средней школы комсомольцы А. Гузеев, И. Поклад, Н. Осыченко, В. Лысенко, Н. Павленко, Д. Мед, С. Павленко, И. Володин, Г. Мед и Н. Хорошайло, выпускники ФЗО комсомольцы А. Беляев и C.Остроушко, бежавшие из плена советские воины И. Мамонов и И. Непокрытый. В ходе борьбы организация пополнялась новыми членами. Подпольщики привлекли к своей деятельности молодежь поселка Троицк-Харцывск.
   С момента своего создания организация "За Родину" работала под руководством Амвросиевского подпольного райкома партии, который выделил в помощь молодым подпольщикам коммуниста И. П. Дунаева.
   За несколько месяцев своей деятельности организация нанесла большой ущерб оккупантам. Подпольщики распространяли среди населения сводки Совинформбюро, уничтожали гитлеровцев и их прислужников, совершали диверсии. Вот лишь некоторые из установленных фактов их боевой деятельности. В январе 1943 года Яровенко, Хорошайло, Павленко и другие подпольщики, сняв крепления на стыках рельсов на перегоне Иловайск - Белая Будка, пустили под откос эшелон противника. Был разбит паровоз, 12 вагонов, убито 29 вражеских солдат. В начале февраля 1943 года работавшие стрелочниками на перегоне Иловайск - Харцызск подпольщики Кузнецов и Клейменов столкнули два воинских состава. Паровозы и 12 вагонов с грузами были разбиты. При крушении погибло много вражеских солдат. Подпольщики Л. Ф. Торченко и Г. А. Коршунов повредили высоковольтную линию и тем самым сорвали попытку гитлеровцев наладить передачу электроэнергии из Мариуполя для восстановления Зугрэс (Зуевской гидроэлектростанции). 15 февраля 1943 года группа подпольщиков под руководством А. А. Яровенко совершила дерзкий налет на немецкий склад вооружения на аэродроме около хутора Бондарев. Уничтожив охрану, подпольщики захватили 24 винтовки, 90 противопехотных мин, 2 подводы взрывчатки. Во время операции была заминирована посадочная площадка аэродрома, на которой впоследствии подорвался вражеский самолет. Добыв, таким образом, мины и взрывчатку, подпольщики развернули диверсии на железной дороге Ростов - Харьков. 16 февраля Н. Хорошайло и Н. Павленко, заминировав железнодорожное полотно на перегоне Иловайск - Кутайниково, подорвали 2 паровоза. 28 февраля Торченко и Коршунов повредили железнодорожный мост на перегоне Амвросиевка - Матвеев Курган, в результате движение по мосту было приостановлено на двое суток.
   Отважная деятельность организации "За Родину" была прервана гнусным предательством. Агент гестапо втерся в доверие семьи подпольщика Н. Бажанова и сумел установить состав организации. Напуганные размахом деятельности подпольщиков, гитлеровцы для их поимки стянули огромные силы. Свыше 100 карателей участвовало в окружении сел Степано-Крынка и Покровка. Подвергнув подпольщиков зверским истязаниям, гитлеровцы расстреляли их.
   14 октября 1943 года, после освобождения района от оккупантов, жители Степано-Крынки перенесли останки героев- подпольщиков в братскую могилу и соорудили на ней памятник: на пьедестале стоит статуя бойца. Склонив обнаженную голову, он смотрит вниз, на братскую могилу. У его ног, на надгробье, начертаны слова: "Вечная слава героям, павшим в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг."
   Провал двух комсомольско-молодежных подпольных организаций побудил Амвросиевский подпольный райком партии изменить структуру подполья. Оно было рассредоточено на мелкие группы, действовавшие на предприятиях и в учреждениях. Между собой эти группы не были связаны, но все они работали под руководством подпольного райкома партии. И это вполне оправдало себя. Амвросиевское подполье действовало до освобождения района от захватчиков.
   Как и прежде, активная подпольная борьба велась в Мариуполе. В цехах заводов систематически появлялись листовки, рабочие саботировали мероприятия администрации, выводили из строя заводское оборудование. В городе действовали подпольная группа "Чайка" под руководством Н. П. Чайки, в работе которой в разное время принимало участие более 100 человек, группа врача Б. Т. Гнилицкого, группа В. И. Клименко - всего до 10 подпольных групп. Под руководством подпольщиков в борьбе с оккупантами участвовали тысячи трудящихся. Около 50 тысяч советских людей замучили гитлеровцы в Мариуполе. Но сломить волю рабочих им не удалось. Массовый саботаж и диверсии не прекращались до самого освобождения города.
   В ходе борьбы значительно окрепло подполье Артемовска. Осенью 1942 года А. А. Колпакова наладила связь с руководителями других подпольных групп. Было решено объединить силы. Руководителем объединенной организации стала А. А. Колпакова, получившая кличку Александрина. Организация укрепила связи с партизанами, подобрала новые конспиративные квартиры, создала запас оружия и взрывчатки. Укрепилось партийное ядро организации. В нее вошли бывший начальник штаба артемовского партизанского отряда коммунист В. Л. Забавин, кандидаты в члены партии Е. М. Забара и И. И. Клевцов. В декабре 1942 года был создан руководящий центр организации - подпольный комитет в составе 6 человек во главе с А. А. Колпаковой. Во многих селах и на 2 соляных шахтах комитет создал новые подпольные группы. Артемовские подпольщики вышли за пределы города и охватывали теперь своей деятельностью территорию всего района.
   В центре внимания подпольщиков попрежнему оставались политическая работа среди населения, мобилизация его на срыв мероприятий оккупантов. Имея два радиоприемника и пишущую машинку, они систематически выпускали листовки. Организация оказывала большую помощь скрывавшимся в городе семьям коммунистов, советских работников и воинов Красной Армии. И здесь, как и во всем, сказалась солидарность советских людей. Подпольщики организовали сбор продуктов и одежды для особо пострадавших семей, и население охотно делилось своими весьма скудными запасами.
   Усилилась диверсионная деятельность организации. Подпольщики неоднократно разбирали железнодорожное полотно на перегоне Артемовск - Курдюмовка, чем вызывались частые задержки движения железнодорожного транспорта, пустили под откос воинский эшелон на дороге Артемовск- Никитовка. Продолжалась работа по освобождению из лагерей пленных советских воинов. Так, в январе 1943 года А. А. Колпакова, В. Ф. Беличенко и Л. М. Лосева похитили прямо из лагерного госпиталя военнопленных летчика Ярошенко и танкиста Яконюка. Вот что рассказал об этом впоследствии младший лейтенант Н. Д. Ярошенко: "Над станцией Артемовск я был сбит немцами и, будучи раненным, попал в плен. Около 6 месяцев меня "лечили" в артемовском лазарете при лагере военнопленных. Это горе-лечение, вероятно, довело бы меня до могилы, если бы 27 января 1943 года не выручила из плена Александра Афанасьевна Колпакова. Ее друзья работали в госпитале. Они предложили мне бежать. Я обрадовался, хотя и не представлял себе, как это сделать, ведь я почти не мог ходить. В ночь на 27 января друзья Колпаковой - Валя Беличенко, Лида Лосева, Варя Левченко завернули меня в одеяло и вынесли через окно на улицу. Там они уложили меня в сани. У них был ночной пропуск. Меня отвезли на квартиру, где я скрывался до марта. Весной, оправившись от ран благодаря заботливому уходу Александры Афанасьевны, перешел линию фронта". С июля 1942 года по январь 1943 года артемовские подпольщики освободили из лагерей 52 советских военнопленных.
   Большую агитационную и боевую деятельность развернули горловские подпольщики под непосредственным руководством секретаря подпольного обкома партии С. Н. Щетинина. Здесь, как и во всем Донбассе, главный упор делался на то, чтобы не дать захватчикам наладить добычу угля. Направляемые подпольщиками, рабочие, согнанные силой на шахты, всячески саботировали работы. В результате, например, шахта "Рудуч" вместо установленных 500-600 тонн давала всего 15-20 тонн угля в день. На этой и на других шахтах были созданы специальные группы, тормозившие восстановительные работы и добычу угля. "Однажды я и сам устроил аварию,- вспоминает С. Н. Щетинин,- из-за которой подъем простоял сутки. Я заземлил пусковую аппаратуру на подъем. Причину никак не могли установить... Рабочие вылили из бочек компрессорное масло, и компрессор простоял 5-6 дней без действия... Несколько раз мы затапливали шахты, из-за чего работы останавливались на 2-3 дня".
   Борьба с захватчиками повсеместно приобретала все более активный характер. Десятки тысяч донбассовцев были расстреляны, повешены, умерщвлены в "душегубках", угнаны на каторжные работы в Германию и в лагеря смерти. Донецкие рабочие, колхозники, интеллигенция, возглавлявшиеся подпольными партийными организациями, стояли насмерть. Массовый саботаж и диверсии приобрели столь широкие размеры, что и в начале 1943 года захватчики были так же далеки от осуществления своих планов использования промышленности и природных богатств донецкой земли, как и в 1941 году, когда они вторглись в Донбасс.
   
   * * *
   
   Волна стремительного наступления Красной Армии зимой 1942/43 года докатилась до Донбасса и смыла фашистскую нечисть с части его территории. Линия фронта на некоторое время стабилизировалась по Северному Донцу, Попасной, Дебальцеву, Снежному и дальше по реке Миус до Азовского моря. Наступил заключительный этап борьбы трудящихся и подпольщиков Донбасса против немецко-фашистской оккупации.
   На этом этапе подпольщики решали две основные задачи. 1. Поскольку гитлеровцы пытались закрепиться на оставшейся под их пятой части Донбасса и использовать ее промышленность для нужд своей армии, то задача подпольщиков заключалась в том, чтобы продолжать и усиливать саботаж и диверсии на заводах и шахтах. 2. Когда в августе 1943 года Красная Армия вновь перешла в наступление, задача подпольщиков состояла в спасении промышленности от уничтожения ее отступавшим врагом и оказании помощи советским войскам.
   Теперь подпольные организации вновь установили непосредственные связи с руководящими партийными органами, Украинским штабом партизанского движения (УШПД), командованием частей Красной Армии. В гораздо большем количестве они стали получать из советского тыла оружие, взрывчатку, газеты и листовки. Из рук в руки переходили листовки ЦК КП(б) Украины. В одной из них говорилось:
   "Донецкие шахтеры! Будьте в первых рядах борцов за освобождение родного Донбасса! Ни одного пуда угля оккупантам!
   Уничтожайте немецких грабителей, где только можете и как только можете!
   Перерезайте им пути отступления, перекапывайте дороги, разрушайте мосты!
   Пусть ни один оккупант не уйдет живым с советской земли!
   Приближается день нашей победы.
   Все силы на разгром немецких оккупантов!
   Смерть разбойникам!"'
   Для оказания непосредственной помощи подпольщикам и партизанам УШПД направил в оккупированные районы Донбасса организаторские группы "Победа", "Мститель", "Ростовец", "Алексей", "Братья", "Сестры", "Днепровец" и другие. Эти группы сыграли большую роль в расширении подпольной борьбы в Сталине, Макеевке, Артемовске, Горловке и в других городах и рабочих поселках.
   Вот, например, как действовала группа "Победа". Ее командир П. И. Колодин до войны жил в поселке шахты № 2/7 "Лидиевка" и хорошо знал местных людей. Поэтому ему довольно быстро удалось создать несколько подпольных групп на рудниках Сталина и Макеевки. Особенно активно действовала организованная П. И. Колодиным подпольная группа учителей во главе с А. С. Бизюковым на шахте "Лидиевка". Она вела широкую агитационную работу среди населения, собирала сведения о противнике, организовывала побеги советских военнопленных. Она помогла бежать 150 пленным советским воинам, работавшим на Лидиевских рудниках. В начале августа 1943 года в помощь подпольщикам самолеты доставили радистов с радиостанцией, которая была установлена на квартире А. С. Бизюкова. Командование частей Красной Армии своевременно получало от группы А. С. Бизюкова ценные сведения о численности и передвижении вражеских войск, расположении штабов, аэродромов и складов противника.
   Группе А. С. Бизюкова было дано задание усилить работу по разложению так называемых "добровольческих" формирований, состоявших из советских военнопленных. "Мы включились все в эту работу,- писал впоследствии А. С. Бизюков,- связались с И. П. Докторовым, который был в "добровольческой армии" как военнопленный... и офицером - военнопленным Н. П. Подорой... Указание было дано... использовать оружие и поднять вооруженное выступление против немцев. Эта работа ими была выполнена". По указанию гитлеровцев "добровольцы" должны были во время отступления обеспечить эвакуацию населения. Под этим предлогом "добровольцы" рассеялись по району, а группа в 80 человек в районе Марьинки вступила в бой с гитлеровцами, после чего соединилась с частью Красной Армии. Другая группа, в 200 солдат, направленная на охрану железной дороги между Сталиной и Гришином, сразу же перешла на сторону Красной Армии.
   Интересной была деятельность созданной П. И. Колодиным в Макеевке группы "Роман". Группа состояла из работавших в учреждениях оккупантов специалистов - инженеров и техников. Она имела своих агентов во всех руководящих хозяйственных организациях области. Проникнув в эти организации и добившись доверия у оккупантов, члены группы вели активную подрывную работу. Например, в Сталине 6 июля 1943 года они произвели обвал на шахте № 9 "Наклонная". В этот же день на шахте № 12/18 подпольщики завалили лаву. Дважды: в июне и июле 1943 года- устраивались завалы на шахте № 8 "Чулковка", Наряду с диверсиями члены группы "Роман" саботировали восстановительные работы. Не зная положения дел, оккупанты были вынуждены привлекать к руководству этими работами местных специалистов. Этим и пользовались подпольщики: выведенные из строя шахты они признавали пригодными, а мало разрушенные - негодными к восстановлению. В результате оккупанты впустую затрачивали средства и время. Так же действовали подпольщики и при попытках оккупантов восстановить другие предприятия. Когда немецкая фирма "Отто" хотела пустить в ход Рутченковский коксохимический завод, она натолкнулась на активное противодействие подпольной группы, возглавлявшейся мастером А. В. Власовым. Подпольщики своей ложной информацией так запутали администрацию, что она приняла решение ремонтировать в первую очередь коксовые батареи с устаревшей армировкой и кладкой камер. А находившуюся в хорошем состоянии третью коксовую батарею подпольщики под предлогом модернизации демонтировали, отдельные ее блоки вывели из строя. Ремонт электромоторов затягивали, подшипники заливали недоброкачественным баббитом, оборудование портили и т. д. В результате сроки пуска завода трижды срывались.
   Столь же плачевно для оккупантов окончилась их попытка пустить в ход Зуевскую гидроэлектростанцию. Работа по восстановлению плотины станции была поручена специалистам, среди которых оказались члены группы "Роман". Они убедили оккупантов, что требуются дорогостоящие материалы и большие капитальные вложения. Гитлеровцы были вынуждены отказаться от производства работ. В действительности же плотину можно было восстановить, опираясь на местные ресурсы.
   Значительно активизировалась подпольная работа в Красноармейском районе. 7 августа 1943 года подпольщики произвели завал на штреке северного участка № 5. Три дня участок не давал угля. На главном водоотливе этой же шахты был выведен из строя электромотор. Водоотлив не работал более трех суток. В июле 1943 года группа вывела из строя трансформатор на городской электростанции и на электростанциях Новопавловского и Червоно-Ярского поселков.
   Смело действовали подпольщики Артемовска. В феврале 1943 года А. А. Колпакова установила связь с командованием Красной Армии. Связная Е. М. Забара несколько раз переходила фронт, доставляя советскому командованию сведения о противнике. Подпольщики продолжали совершать диверсии. На станции Ханженково они произвели крушение воинского эшелона, шедшего к фронту, возле шахты № 21 сожгли самолет противника, 31 апреля разобрали железнодорожный путь и на 10 часов прервали движение между Артемовском и разъездом Курдюмовка. 7 июля был разобран путь на ветке Артемовск - Попасная. Движение поездов было приостановлено на 18 часов.
   Гестаповцы усиленно искали подпольщиков. В ночь на 10 июня 1943 года начались аресты в Артемовске и районе. В течение почти двух недель каждую ночь жандармы оцепляли поселки шахт и села. Было арестовано 50 человек. Проникший в подпольную группу шахты им. Володарского провокатор выдал А. А. Колпакову.
   Арестованные стойко вынесли допросы и пытки. 47 подпольщиков было расстреляно. Погибла и отважная руководительница артемовских подпольщиков Александра Афанасьевна Колпакова.
   Оставшиеся на свободе подпольщики не пали духом. Они вовлекли в свои ряды новых патриотов и усилили борьбу с оккупантами.
   Сильные удары по врагу продолжали наносить подпольщики Буденновского района города Сталино. К апрелю 1943 года в их рядах насчитывалось свыше 100 юношей и девушек. Вблизи станций Донецк и Чумаково они пустили под откос два воинских эшелона. По плану, разработанному членом штаба организации Б. Орловым, подпольщики Н. Льговская, Н. Дорохина и другие взорвали военный завод № 144. Пожары и взрывы складов на заводе продолжались в течение двух дней.
   В мае 1943 года - за три месяца до освобождения города Красной Армией - гитлеровцам удалось напасть на след организации. Было арестовано ее основное ядро во главе с С. В. Скобловым. Ничего не добившись изуверскими пытками, гестаповцы расстреляли подпольщиков. Перед казнью 18 комсомольцев во главе с С. В. Скобловым написали на сохранившемся до наших дней носовом платке:
   "Друзья! Мы погибаем за правое дело. Не складывайте руки. Восставайте, наступайте, организуйте партизанские отряды, бейте врага на каждом шагу. Просьба ко всем- не забывайте наших родителей... Зовите их отцами свободолюбивых.
   Друзья! Слушайте совет - бейте фашистов. Прощай, русский народ!"
   На стене тюремной камеры С. В. Скоблов оставил надпись, ярко раскрывающую замечательный духовный облик коммуниста: "Прощайте, дорогие друзья! Я умираю на 24-м году жизни... В застенках немецкого гестапо последние минуты своей жизни я доживаю гордо и смело. В эти короткие, слишком короткие минуты я вкладываю целые годы, целые десятки недожитых лет, в эти минуты я хочу быть самым счастливым человеком в мире, ибо моя жизнь закончилась в борьбе за общечеловеческое счастье...
   Прощайте, дорогие друзья, навсегда прощайте!"
   Борьба продолжалась. Во главе организации стал Николай Скоблов - брат погибшего героя. Ему помогали сестра- А. В. Скоблова, В. А. Судаков, С. М. Петрушечкин, И. Кругляков, П. Л. Ван, В. П. Занин, Н. Г. Горбовский, Н. Мизгирев и другие.
   В усилении подпольной борьбы в Донбассе все большую роль играла помощь советского тыла, откуда забрасывались на оккупированную территорию хорошо оснащенные организаторские группы.
   Большую работу, например, проделала высаженная с двух самолетов в районе Сталино - Макеевка в конце мая 1943 года группа организаторов в составе 21 человека во главе с командиром М. М. Трифоновым (Югов), комиссаром Н. С. Хомутовым и начальником штаба В. Д. Авдеевым (Максим Донской). С обоих самолетов высадка десанта прошла неудачно. Группа из 13 человек с командиром М. М. Трифоновым и комиссаром Н. С. Хомутовым попала в окружение и после упорного боя погибла. (Впоследствии была найдена записка одного из участников боя: "За отчизну... Биться до последнего. Живыми не сдаваться. Умрем героями. Н. Киселев".)
    Другая часть, во главе с начальником штаба В. Д. Авдеевым, из 8 человек, также попала в окружение. Бой длился 7 часов. Уничтожив 85 фашистов и потеряв 1 бойца, группа ночью вырвалась из окружения. Оставшиеся от отряда 7 человек проникли в районы Сталина и Макеевки, установили связь с местными подпольщиками. Вскоре ими были созданы подпольно-диверсионные группы в Сталине, Макеевке, Мушкетове, на Путиловском и Алексеевской заводах, на шахтах № 12/18, № 8 "Чулковка". Всего в диверсионные группы было вовлечено 172 человека, главным образом рабочие шахт и заводов. Среди участников групп было 20 коммунистов и 44 комсомольца.
   Руководимые В. Д. Авдеевым диверсионные группы опирались на активную поддержку населения. С этой целью было широко распространено "Обращение к горнякам", призывавшее к усилению саботажа и диверсий. Горняки делом откликались на призыв подпольщиков. Они всячески срывали добычу угля, портили оборудование и т. д. Саботаж усиливался диверсиями подпольщиков. Вот лишь некоторые из диверсий, совершенных подпольщиками в августе 1943 года.
   3 августа на станции Гласная было сброшено под откос 8 вагонов с углем, на Алексеевском заводе выведен из строя дезинтегратор (угольная мельница).
   6 августа на перегоне Мушкетово - Донецк подпольщики пустили под откос товарный поезд. Разбились паровоз, 8 вагонов, и более чем на сутки прекратилось движение на участке.
   8 августа на шахте № 6 "Красная звезда" был произведен 15-метровый обвал.
   10 августа на той же шахте подпольщики вывели из строя привод и мотор двух лав.
   17 августа на шахте № 9 "Наклонная" коротким замыканием сожжен мотор центральной лебедки.
   18 августа на станции Мушкетово разбито 4 вагона с грузами и завален тендер паровоза.
   20 августа подпольщики перерезали все телефонные и телеграфные провода вокруг города Сталино.
   20 августа на Путиловском аэродроме в Сталине был взорван склад авиабомб и бензина. Взрывом было убито и ранено 42 фашиста. Эту диверсию совершила инструктор-подрывник кандидат в члены партии Д. А. Мамедова с помощью рабочих аэродрома. Д. А. Мамедова была высажена в тыл противника в составе партизанского отряда "Грозный" в районе Днепровских плавней. Попав в окружение, отряд почти полностью погиб. Д. А. Мамедова была ранена, но сумела выйти из окружения и добраться в Сталино. Здесь она встретилась с В. Д. Авдеевым, которого знала по подпольной работе в Ростове-на-Дону (Отважные подпольщики В. Д. Авдеев и Д. А. Мамедова после освобождения Донбасса во главе группы донецких подпольщиков были переброшены для организации подполья в Одессу). В донецком подполье Д. А. Мамедова руководила подрывной деятельностью. Под ее руководством 2, 4, 5 и 6 сентября подпольщики минировали шоссейные дороги, в результате чего в районе шахт № 8 "Чулковка" и № 12/18 подорвалось несколько автомашин. Взрывами было уничтожено 99 вражеских солдат и офицеров. С переходом Красной Армии в наступление подпольщики с оружием в руках стали громить захватчиков, спасать заводы и шахты от разрушения. Это была чрезвычайной важности задача. Перед отступлением командование южной группы гитлеровских армий отдало варварский приказ: "Весь Донецкий бассейн... должен быть эвакуирован в хозяйственном отношении и полностью разрушен... Все, что не может быть эвакуировано, подлежит разрушению, в особенности: водонапорные и электрические станции, шахты, заводские сооружения, средства производства всех видов, урожай, который не может быть вывезен, деревни и дома".
   В Сталине подпольщики Буденновского района расстреливали отступавших гитлеровцев из окон и с крыш домов, диверсионные группы В. Д. Авдеева участвовали в боях на шахте 12/18, в поселке Мушкетово, на станции Караванная. Группа Д. А. Мамедовой во время боев за Сталино пять раз разрушала телефонную и телеграфную связь противника. Группа А. А. Вербоноля, действовавшая в Калининском районе города, 5 сентября создала отряд в составе 135 человек из освобожденных из лагерей советских военнопленных. Отряд с боем прорвал оборону противника и 6 сентября соединился с частями Красной Армии. В этом бою пал смертью храбрых А. А. Вербоноль.
   6 и 7 сентября, когда шли бои непосредственно за освобождение областного центра, подпольщик коммунист И. И. Холошин организовал группу из охраны металлургического завода и освобожденных военнопленных. Группа окружила специальный цех завода, разоружила его охрану, заняла склады, гараж, телефонную станцию и освободила более 50 рабочих, предназначенных к угону в Германию.
   В Горловке подпольщики, вооружив рабочих, открыто преследовали удиравших гитлеровцев. Артемовские подпольщики разминировали мост, по которому прошли наступавшие части Красной Армии. В Макеевке рабочие завода металлоконструкций спасли подготовленные к взрыву паровые котлы, рабочие хлебозавода перерезали провода, подведенные к заложенной под механическую пекарню взрывчатке.
   В Добропольском и Селидовском районах под руководством секретаря подпольной партийной организации рабочего поселка Кураховка А. Т. Литвиненко активно действовала диверсионная группа, состоявшая из коммунистов и комсомольцев. Она провела ряд диверсий, нарушала телефонную и телеграфную связь противника. 8 сентября, когда части Красной Армии находились в 6 километрах от Кураховки, группа подняла население поселка и рабочих шахты № 38 на вооруженное восстание. Патриоты уничтожили много гитлеровцев, захватили 3 мотоцикла, 424 ящика крупнокалиберных снарядов, около 20 тысяч винтовочных патронов, 2 ручных пулемета, более 25 гранат. Восставшие рабочие и население Кураховки участвовали в освобождении Селидовского района.
   К концу сентября 1943 года Красная Армия очистила донецкую землю от фашистов и погнала их дальше, на запад. А те, кто сражался в подполье и в партизанских отрядах, вернулись на заводы и шахты. В обращении к воинам Южного фронта шахтеры Донбасса писали:
   "Нелегко нам работать на искалеченных шахтах, но нам придают силы успехи и славные подвиги Красной Армии. Давайте вместе обушком и винтовкой, отбойным молотком и пулеметом, врубовой машиной и танком бить врага - фашиста, опустошившего, ограбившего нашу цветущую донецкую землю".
   Славные подпольщики и партизаны Донецкой области с честью выполнили свой патриотический долг. Всего за время вражеской оккупации области они провели около 600 боевых операций, уничтожили свыше 10 тысяч солдат и офицеров противника, большое количество боевой техники, боеприпасов и горючего. Но главным результатом их деятельности явилось то, что гитлеровцам так и не удалось поставить себе на службу промышленность и природные богатства области. Они не только не получили здесь угля, но вынуждены были даже ввозить его в Донбасс из Силезии.
   Бессмертен подвиг героев всенародной борьбы в тылу фашистских захватчиков. 250 подпольщиков и партизан Донецкой области награждены орденами и медалями СССР. Тысячи патриотов-героев отдали жизнь в борьбе за свободу и счастье Советской Родины. Народ свято чтит их память. Замечательные подвиги героев Великой Отечественной войны - неиссякаемый источник вдохновения для советских людей, претворяющих в жизнь светлые идеалы коммунизма, ради торжества которых в тяжелые годы фашистского нашествия стояли насмерть воины нашей славной армии и их боевые помощники - партизаны и подпольщики.
   
И. Я. Омельяненко,
кандидат
исторических наук, доцент



Этот сайт создал Дмитрий Щербинин.
заказ цветов с доставкой