Молодая Гвардия
 

       <<Вернуться к перечню материалов

А. Рашкевиц
"Наш Имант"


Судмалис И.Я.

Судмалис И.Я.

   Если кому-либо доведется побывать в районе, где сходятся границы Российской Федерации, Белоруссии и Латвии, тот увидит "Курган дружбы", воздвигнутый в память боевого содружества русских, белорусских и латышских партизан в их борьбе с гитлеровцами в годы Великой Отечественной войны.
   Здесь, в бывшем партизанском крае, в первое воскресенье июля, собирается много народу. По давно знакомым дорогам сюда идут убеленные сединой ветераны-партизаны, рабочие, колхозники, с рюкзаками за плечами спешат юные туристы - комсомольцы и пионеры.
   И тогда в шумной, говорливой толпе отчетливо можно услышать слова: "Наш Имант"... "Это строчил пулемет Иманта"... "Имант бросил гранату"... "И тут раздался голос Иманта. С песней он шел на врага"...
   Кто же такой Имант? Что это за человек, о котором люди и теперь, спустя 25 лет, говорят с такой любовью, гордостью и уважением? О нем и его боевых друзьях и пойдет рассказ в этом очерке.
   Имант Янович Судмалис прожил полную отчаянного риска и опасности, очень яркую, но, к сожалению, короткую жизнь.
   Он родился 18 марта 1916 года в латвийском городе Цесисе в семье ремесленника. Родители жили в нужде, еле-еле сводили концы с концами. Вскоре Судмалисы переехали в Лиепаю.
   В Лиепае, портовом городе на берегу Балтийского моря, жило много рабочих, которые трудились на металлургических, деревообрабатывающих, рыбоконсервных заводах. Юноша Имант познакомился с рабочими, которые помогли ему рано понять всю несправедливость буржуазного строя.
   В 16 лет он становится комсомольцем и ведет работу в подполье. Энергичный, деятельный, Имант горячо берется за поручения и обязательно доводит их до конца. Это не могло ускользнуть от внимания товарищей, которые сначала его выбрали в члены районного комитета лиепайской городской организации, а затем и секретарем подпольного комитета комсомола.
   Имант никогда не сидел без дела. После занятий в техникуме он много читал, увлекался революционной и приключенческой литературой, стихами Яна Райниса. Его любимыми героями были Спартак, Монте Кристо и Овод. Писал он стихи и сам. Но техникум закончить так и не удалось. Полиция выследила подпольщика. Суд приговорил Иманта к четырем годам каторги. Но так как он был еще очень юным, его отправили на три года в тюрьму.
   Но и тут, в условиях строгого режима, тюремщики, как ни старались, все же не смогли сломить непокорный дух Иманта. То и дело за ним закрываются двери карцера, ему не разрешают передавать посылки, он не получает писем, его лишают прогулок. Но все тщетно. Имант находит средства поддерживать связь с рабочими, заточенными в тюрьму.
   7 ноября 1935 года. Приближалась годовщина Великой Октябрьской социалистической революции. Имант начинает сбор подписей заключенных, чтобы им разрешили отметить этот праздник. И снова - карцер!
   Прошло еще три года. Имант на свободе. Тюремные годы явились серьезным испытанием характера, закалили юношу духовно, но зато подорвали его здоровье. Из ворот тюрьмы вышел человек в очках, с поредевшими и посеребренными волосами.
   Возвращения Иманта из тюрьмы ожидали мать и отец, товарищи, девушка Мария, которая вместе с ним вела подпольную работу. Впоследствии он на ней женился.
   Через год у Иманта и Марии родилась дочь Айя. Жилось трудно. Имант часто оставался без работы. Как ни отговаривал отец сына отказаться от участия в революционном движении, ничего не вышло. Его избирают руководителем Лиепайской областной организации комсомола. В 1939 году он создает в городе подпольную партийную типографию, которая выпускает газету "Коммунист". Но газета выходила недолго: Иманта снова схватила полиция, и он оказался опять за решеткой.
   Свобода пришла к нему уже после социалистической революции, в июне 1940 года. Судмалис работает секретарем Лиепайского уездного комитета комсомола и одновременно входит в состав бюро ЦК ЛКСМ Латвии. Имант становится членом Коммунистической партии. Он много ездит по латвийским городам и селам, беседует с людьми, разъясняет им, что несет Советская власть.
   
   * * *
   
   22 июня 1941 года. Имант возвращается из командировки. Поезд подходит к перрону лиепайского вокзала. И вдруг один за другим слышатся взрывы. Это фашистские стервятники сбрасывали свой смертоносный груз на мирный город. Тут и там горели дома, а издалека доносился грохот артиллерийских орудий. Враг наступал на город и хотел захватить его с ходу. Но он просчитался. Путь ему преградили подразделения красноармейцев, моряков, курсантов, отряды, составленные из добровольцев - рабочих, служащих, молодежи. Враг вводил в бой все новые силы, но город захватить никак не мог. Защитники храбро отражали атаки превосходящих сил противника и держали город в своих руках более недели.
   Имант прямо с вокзала побежал в горком партии, который превратился в боевой штаб защитников Лиепаи. Первый секретарь горкома Микелис Бука сам раздавал ополченцам винтовки, пистолеты, ручные гранаты. Иманту поручили сформировать молодежный отряд. Комсомольцы, только что взявшие в руки винтовки, приняли первый бой неподалеку от Лиепаи. Натолкнувшись на упорное сопротивление, враг стал обтекать город с флангов. Но где бы он ни пытался наносить удары, на его пути вставал отряд, руководимый Имантом.
   Шел седьмой день обороны города, оказавшегося окруженным врагами. Гитлеровцы яростно обстреливали кварталы артиллерийским огнем, непрерывно бомбили с воздуха. Измотанные бессонницей, защитники цеплялись за каждую улицу, за каждый дом. Враг нес большие потери, но таяли силы и защищающих город. Смертью храбрых пал организатор обороны Лиепаи Микелис Бука, второй секретарь горкома партии Янис Заре, командир 67-й стрелковой дивизии Николай Дедаев. Все туже сжималось кольцо. Положение становилось безвыходным. Гитлеровцы захватили Даугавпилс, подошли к Риге и Пскову. Что делать? Держаться - неминуемая гибель! Нет, надо с боем прорвать кольцо окружения. Лиепайцы сражались отчаянно. Они просочились через боевые порядки противника, рассыпались на мелкие группы и двинулись к линии фронта.
   Оккупировав территорию Латвии, фашисты включили ее в состав имперской провинции "Остланд", центром которой была Рига. Здесь находился и рейхскомиссариат во главе с нацистом Генрихом Лозе и прочие гитлеровские учреждения. Началась зверская расправа над латышским народом. Истреблялись тысячи мирных людей. Тюрьмы были переполнены. Фашисты создавали концентрационные лагеря, превратившиеся в настоящие мельницы смерти.
   Массовыми расстрелами и арестами занимались так называемые зондеркоманды, специально созданные для этой цели. А на помощь им пришли местные фашисты.
   С установлением гражданской власти оккупанты создали свой полицейский аппарат, СС, СД, полицию порядка и другие карательные учреждения. В Саласпилсе, недалеко от Риги, был устроен самый крупный лагерь смерти. Верховным руководителем войск СС и полиции "Остланда" стал обер-группенфюрер СС и генерал полиции Фридрих Еккелн. Его резиденцией стала Рига.
   Уничтожив десятки тысяч мирных граждан Латвии, враг надеялся, что латышский народ смирится со своей судьбой. Однако нацисты жестоко просчитались.
   Среди тех, кто первыми поднялись на борьбу с оккупантами и их прислужниками, был Имант Судмалис. Он решил пробраться в Ригу. Незаметно переходя от одного селения к другому, выявлял людей, симпатизирующих Советской власти и готовых на борьбу с захватчиками. Создавались опорные пункты будущего партизанского движения.
   Впервые Имант попал в Ригу в конце июля 1941 года. А затем бывал там несколько раз. В Риге были созданы явочные квартиры, установлены связи с оставшимися в городе комсомольцами, организована подпольная комсомольская группа, которую возглавили Малдис Скрейя и Джемс Банкович. Этой группе суждено было стать основой будущей подпольной комсомольской организации города.
   Особенно оживилась партизанская борьба на оккупированной территории Латвии после разгрома немцев под Москвой. Не хватало оружия - доставали его у врага. Чтобы получить помощь, нужно было обязательно связаться с Центральным Комитетом Коммунистической партии Латвии. С этой целью Имант разыскивает законспирированный в Лудзенском уезде партизанский отряд А. Грома. Он включается в состав Освейского партизанского отряда И. К. Захарова. Судмалис принимает участие в боевых операциях отряда. Беспримерным мужеством, находчивостью, абсолютным отсутствием страха он завоевал себе всеобщее уважение и признание. Достаточно было объявить в отряде, что операцией руководит Имант, как вместе с ним вызывались пойти десятки партизан.
   Простой, скромный человек, он никогда не любил говорить о своих боевых делах. Всем хорошо были известны его выдержка, мужество, готовность жертвовать собой, убежденность в правоте нашего дела, умение поднять настроение у товарищей шуткой, ненависть к фашистским захватчикам и вера в грядущую победу.
   
   * * *
   
   Май 1942 года. Партизаны решили устроить засаду на шоссе, ведущем из Кохановичи в Освея. В ожидании врага партизаны притаились в кустарнике. Вместе с другими в цепи лежит с двумя гранатами в руках и Имант. Автомашина с гитлеровцами приблизилась, Имант одну за другой метнул гранаты. От взрывов машина перевернулась. Когда дым рассеялся, партизаны увидели убитых карателей.
   Потом Имант так сообщал в отчете о проведенной операции:
   "Первая операция, в которой я участвовал, было нападение из засады на немецкую автомашину. Уничтожили 16 немцев, 4 раненых немца убежали, так как место нападения выбрали неудачно: по обочинам дороги - кусты. Захватили трофеи-16 винтовок, 2 автомата, табак, обувь и др.". О том, как он проявил себя в этой операции, ни слова.
   Прошел месяц. Партизаны снова устроили засаду на том же шоссе, около деревни Борисово. Имант с пулеметом лежал у самой дороги. Показалась легковая автомашина. В ней находились немецкий генерал - начальник карательной экспедиции и его адъютант. Заметив партизана, адъютант бросил в него гранату. Но Имант не растерялся: он поднял гранату и швырнул ее обратно. Взрывом были убиты генерал, его адъютант и шофер. Невдалеке показались три грузовика с охраной генерала. Имант смело бросился на дорогу, где лежал генерал, и захватил очень важные документы.
   Через несколько дней Судмалис с группой латышских партизан участвовал в новой операции вместе с белорусскими и калининскими партизанами; они разгромили волостное правление и полицейский участок и уничтожили более 20 фашистов.
   Нацисты решили рассчитаться с партизанами и направили крупный карательный отряд. Судмалис пулеметным огнем прикрывал отход партизан. За это он был представлен к награждению орденом Ленина.
   Потом Имант так описывал эту встречу с карателями:
   "Возвращаясь на базу в Белоруссию, столкнулись с вражеским отрядом, высланным против нас. Бой произошел у деревни Лисно, в котором погиб командир нашего отделения. Сражение продолжалось несколько часов. По рассказам жителей, фашисты в этом бою потеряли 45 человек убитыми и 20 ранеными, трое из них позже умерли. Лично мне кажется, что число это преувеличено. Но, возможно, было и столько убитых.
   После этого меня назначили командиром отделения и представили к награде".
   О Судмалисе заговорили во всех партизанских отрядах. Имант написал на маленьком листочке бумаги письмо в Центральный Комитет комсомола Латвии:
   "Дорогие товарищи! Сейчас впервые у меня появилась возможность написать вам несколько слов о своей судьбе. Когда началась война, я организовал в Лиепае комсомольский отряд и в составе одного его взвода участвовал в боях за Лиепаю. После падения Лиепаи и неудачных попыток добраться до фронта осенью и зимой жил в Латвии, в Бауском уезде, Иецавской волости. Весной, в апреле, был в Лиепае и в своем уезде. Комсомольцы расстреляны или в тюрьме. В некоторых волостях расстреляны все без исключения (в Апсите, Пампалю и др.). В Курземе и Земгале партизаны не дают о себе знать, и на месте организовать отряд чрезвычайно трудно. В каждой волости (в Земгале) существует группа айзсаргов в 50-60 человек для борьбы с партизанами. Телефоны работают нормально. В настоящее время нахожусь в одном партизанском отряде, бьем немцев - только держись. Знаю, что Ната в Москве. Один раз слышал ее по радио. Вот и хочу просить Нату узнать, если возможно, о Марусе. Она с матерью и двумя дочерьми уехала из Лиепаи в первый день войны. Пусть не вешает носа из-за меня, вспомнит старую-престарую поговорку: "Черт не возьмет его, а богу он не нужен".
   18 июня 1942 г. Имант Судмалис".
   
   * * *
   
   В конце июля 1942 года Судмалис перешел линию фронта и рассказал в ЦК КП Латвии о партизанской борьбе на оккупированной территории Латвии. Было решено территорию Освейского района использовать для формирования основных латышских партизанских сил и переброски их отсюда в глубь Латвии.
   Иманту дали очень опасное и ответственное поручение - организовать рижское антифашистское подполье.
   Снова в тылу врага. Партизанский отряд В. Самсона, где Имант - парторг отряда. 4 декабря 1942 года в районе Насвы партизаны перешли линию фронта и начали в очень трудных зимних условиях свой боевой путь. За одну ночь они преодолели более 60 километров! Имант шел впереди с автоматом на плечах и ручным пулеметом.
   Когда колонна шла по большаку на Опочку, тишину вдруг разорвала пулеметная очередь. Партизаны ускорили шаг. Вот и деревня Подубье. Люди выбились из сил. Устроили привал. Но враг настигал. Партизаны встретили его огнем автоматов и пулеметов. Фашисты отступили.
   Особенно кровопролитные бои произошли у деревни Адерево 15 декабря 1942 года. Здесь была намечена встреча латышских и калининских партизан бригады В. И. Марго.
   Гитлеровцы напали на деревню ночью. Первая их атака была отбита. Через несколько часов - новое наступление. И на этот раз партизаны встретили наступавших метким огнем пулеметов и автоматов.
   Отряд продолжал поход. На поле боя осталось 216 трупов фашистов.
   "В разгроме врага,- рассказывает В. Самсон о боях у деревни Адерево,- особенно отличился отвагой и геройством пулеметчик парторг отряда Имант Судмалис. Помню второе наступление врага, которое началось в 6.30 утра. Разведчики доложили, что враг с северной стороны в составе батальона быстро приближается к деревне. На рассвете увидели длинную колонну, которая шла прямо на нас. И здесь раздается пулеметная очередь. Фашисты прямо на наших глазах падают, как скошенные. Через несколько минут все кончено - колонны врага уже нет".
   С поразительной смелостью и находчивостью действовал Имант и в Вецслабодской операции в январе 1943 года. Это был опорный пункт немцев. Латышские и белорусские партизаны подошли к помещению полицейской охраны. Имант с двумя товарищами вышел вперед и уверенно, на чистом немецком языке строго приказал отворить двери. Враги послушно выполнили приказ. Увидев партизан, они стали сопротивляться. Взрывом гранаты Имант был ранен. Но и тогда он продолжал бой.
   
   * * *
   
   Январь 1943 года. Гитлеровцы решили ликвидировать партизанский край на берегах Освейского озера и стыке трех республик. Они бросали против калининских, белорусских и латышских отрядов одну карательную экспедицию за другой. Особенно крупной была экспедиция, начавшаяся во второй половине февраля. Враг наступал с запада, и первые удары пришлось принять латышским и белорусским партизанам.
   Решили, что отряд В. Самсона должен зайти в тыл вражеской экспедиции и совершать нападения на колонны противника, обозы и тыловые части. Враг делал все, чтобы обнаружить и уничтожить этот отряд, но свои планы так и не смог осуществить, и в этом большую роль сыграл Имант Судмалис - Андерсон, как его тогда называли в отряде.
   В начале марта враг двинулся к деревне Прошки, где разместились латышские партизаны. Имант Судмалис с небольшой группой партизан атаковал карателей на марше и рассеял их. В этой операции Имант лично взял в плен двух офицеров и захватил два пулемета.
   На другой день в районе деревни Васильевщина партизанскую группу - 28 человек - окружил вражеский батальон. Ручной пулемет Иманта первым встретил атаки противника. Оставив на поле боя 70 человек убитыми, фашисты отступили. В этом бою Имант был ранен вторично. Несмотря на ранение, он продолжал участвовать во всех боях с карателями. Его посылали на самые трудные участки, на самые рискованные операции. И всегда он проявлял необыкновенную отвагу.
   ...Партизаны раскинули свой лагерь в лесу, невдалеке от деревни Гнильцы. Фашисты, узнав об этом, стали подтягивать силы, чтобы зажать отряд в кольцо. Создалось исключительно тяжелое положение. Силы были неравными. И вот в самый критический момент во весь рост поднялся Имант Судмалис. Все услышали его громкий голос: "На бой поднялся стрелок красный..." Со словами этой боевой песни латышских патриотов он бросился вперед, увлекая за собой остальных. Партизаны прорвали окружение и вышли в тыл противника. Каратели отступили.
   В третьем томе "Истории Великой Отечественной войны Советского Союза" на 478 и 479 страницах о действиях латышских партизан зимой 1943 года можно прочитать следующее :
   "Большую роль в срыве планов карателей сыграли смелые действия латышского отряда под командованием В. П. Самсона. Этот отряд по решению командования действовал в тылу вражеской экспедиции, отвлекая на себя значительные силы оккупантов. Понеся немалые потери, противник вынужден был отойти в свои гарнизоны. Территория партизанского края осталась в прежних границах. Так в совместной борьбе против общего врага еще более укреплялась братская дружба русского, белорусского и латышского народа".
   Весной и летом 1943 года Имант Судмалис вел, как он говорил, "тихую жизнь". Занимался разведывательной и подпольной работой в восточных районах Латвии. Это были очень важные и рискованные дела. Но ему хотелось самому непосредственно бить, крушить ненавистных захватчиков.
   С группой партизан Имант отправляется в глубь Латвии. Результат? На железной дороге Даугавпилс - Резекне летит под откос гитлеровский эшелон. Движение вражеских эшелонов в течение нескольких месяцев было почти парализовано.
   Пожалуй, не было дня, чтобы Имант не вспоминал о Риге. Как ему хотелось пробраться в фашистское логово! И наконец пришло разрешение ЦК КП Латвии.
   20 июля 1943 года Имант вместе с группой Андрея Мацпана направился в Ригу. Он благополучно добрался до города и сразу же развернул там большую работу. Ему удалось создать городскую организацию комсомола, подготовить базу для подпольного горкома партии, организовать несколько надежных явочных квартир. Кроме того, он подобрал место для подпольных типографий, создал широкую агентурную сеть и собрал ценный материал о расположении войск противника. Это был очень тяжелый период.
   Однажды во время митинга, устроенного фашистами на Домской площади, раздался взрыв. Гитлеровцы придавали этому собранию большое политическое значение и силой согнали рижан на площадь. Но взрыв, организованный Имантом Судмалисом в центре оккупированной немцами Прибалтики, сорвал фашистские замыслы. Долго говорили о нем газеты западных стран. Фашисты были в бешенстве. Они объявили, что тому, кто выдаст организатора взрыва, обещается награда в 30 тысяч марок. На ноги был поднят весь многотысячный фашистский аппарат "Остланда".
   Судмалис понимал, что надо и дальше развертывать подпольную работу. Для этого нужна была радиосвязь и хотя бы примитивное типографское оборудование. И Имант отправляется в Освейский партизанский край, чтобы получить рацию и необходимую технику для подпольной типографии. По пути он завернул к партизанам Северной Латвии.
   Мне, автору этих строк, довелось тогда быть комиссаром партизанского отряда Северной Латвии и секретарем подпольного Валкского уездного комитета партии. Свою типографию мы разместили в баньке бедного крестьянина Арвида Шолка на хуторе "Луры" Валкского уезда. Там мы печатали свои листовки и газету "Мусу земе" - нелегальное издание Видземского обкома и Валкского укома партии. В типографии, как правило, работали четыре человека - первый секретарь Видземского обкома партии Фрицис Барг, два наборщика и я.
   Как-то ноябрьским вечером, когда мы только что закончили печатать очередную листовку, прибежал взволнованный хозяин Арвид Шолк и рассказал, что пришел какой-то незнакомый и подозрительный человек, назвался Андерсоном и сказал, что разыскивает партизан. Мы быстро спрятали "технику" и, держа оружие наготове, пошли к дому. Открыли дверь, вошли. Видим, сидит молодой человек, недоверчиво смотрит на нас сквозь стекла очков.
   - Имант, это ты? - закричал радостно Берг.
   Имант рассказал, как к нему в руки попала листовка за подписью Валкского укома КП Латвии и какими путями ему удалось добраться до домика Шолка.
   В нашем отряде он находился около двух недель и участвовал во всех операциях.
   
   * * *
   
   Середина декабря 1943 года. Смеркалось. Зимнее солнце пряталось за деревьями, бросая, словно на прощание, холодные лучи на стволы сосен. Ребята собирались в путь, чтобы проводить Иманта в Белоруссию. Там, в штабе бригады, он надеялся получить типографию и, главное, рацию и своего радиста.
   Мы попрощались с ним. На нем было темно-синее пальто и такого же цвета спортивная кепка, какие носили в то время рижане. В руках небольшая записная книжка, куда он только ему известным шифром записывал пароли и адреса.
   - Не доверяю бумаге, стараюсь все держать в памяти,- сказал я ему,- так безопаснее.
   Имант засмеялся:
   - Ничего не случится. Если и попадусь, мои записи им не расшифровать.
   Получив от штаба бригады адрес работающего в Риге радиста и взяв с собой портативную типографию и наборщика, Имант в начале февраля 1944 года вернулся в Ригу. И тут он внезапно узнал о предательстве радиста, который уже несколько месяцев работал по заданию гитлеровской полиции безопасности - СД. Что предпринять? Скрыться?! Нет! Имант принимает другое, более трудное решение - спасти хоть часть организации. Шесть дней фашисты гонялись по Риге за Имантом. За это время он ликвидировал большинство старых явочных квартир, создал новые, разобщил подпольные группы, отправил нескольких товарищей в партизанские отряды. В отряд Северной Латвии неожиданно прибыл М. Скрейя и сообщил: "Рация работает на врага. Гестапо напало на след подпольной организации".
   ...18 февраля 1944 года Имант Судмалис и его сподвижники М. Скрейя и Дж. Банкович были схвачены полицией.
   Ни угрозы, ни пытки - ничто не могло сломить патриотов. 40 дней продержали фашисты Иманта Судмалиса в камере смертников, но так ничего и не добились.
   25 мая 1944 года в шесть часов вечера он был повешен палачами в камере 5-го корпуса Центральной тюрьмы Риги. Были казнены и его товарищи.
   Многое остается пока неизвестным о последних днях жизни Иманта и его товарищей. До нас дошло письмо Иманта Судмалиса, которое он писал родным перед смертью:
   "Я оглянулся на прожитое, и не в чем себя упрекнуть - я был человеком и борцом в эти столь решающие для человечества дни".
   В Риге, на кладбище Яна Райниса, над могилой Судмалиса и его товарищей установлен гранитный монумент. На нем высечены слова: "Ваш подвиг нас на подвиги зовет!"
   Сюда, как и к Кургану дружбы, приходят старые партизаны и совсем юные ребята, которые с волнением слушают рассказы о героях. И каждому из них хочется хоть немножко быть похожим на Иманта Судмалиса - человека и борца, дважды награжденного посмертно орденом Ленина и Золотой Звездой Героя Советского Союза.
   



Этот сайт создал Дмитрий Щербинин.