Молодая Гвардия
 

       <<Вернуться к списку документов

Воспоминания об учениках Колотович Анны Дмитриевны
(продолжение 3)

Наши учителя.
   
   ...Штат наш сильно вырос. Прибыли такие люди, как Г.А. Резников, И.М. Минов, М.Я. Романов и др.
    Чёрным пятном в работе нашей школы того времени является работа Бабченко П.Г. в течении нескольких месяцев в качестве завуча. Формалист, он стал в не совсем здоровые взаимоотношения с учащимися старших классов школы им. Горького, куда был назначен завучем. На просьбу учащихся объяснить непонятное, он отвечал примерно так:
    - Почему я вам буду давать объяснение. Ведь за такую работу мне денег не платят! - и он демонстративно уходил.
    Преподавал он первый год в 10 классе, сам будучи студентом-заочником. Ребята сразу "оценили" Бабченко, и по его адресу загуляли сатирические стишки, отражающие мнения и настроения ребят.
    "Не пора ли, Пантелей, постыдиться людей
    и назад в институт возвратиться..."
    ....
    Создавалась невозможная атмосфера, и его перевели в нашу школу, понизив в звании. У нас его сделали завучем старших классов.
    Городок у нас небольшой, часто из одной и той же семьи имеются уч-ся в школе Горького и в школе им. Ворошилова, и слава Бабченко перешла за ним в нашу школу. Можно было видеть надписи мелом на доске, карандашом на столе, на специальном листке, положенном на парту; словом, ребята изощрялись во всю, а открыть инициаторов-главарей этого дела нам не удавалось. Дело кончилось скандалом, Бабченко сняли с должности завуча, оставив, однако, до конца года преподавателем физики.
    Почти вместе с Бабченко из школы Горького пришёл к нам преподаватель математики Григорий Абрамович Резников, пользующийся у наших учеников и учителей заслуженной популярностью.
    Уроженец города Ворошиловграда, Резников, окончив город. Семилетку, поступает потом на завод, учится потом на рабфаке, откуда передается потом в пед. институт, который и кончает в г. Николаеве.
    Как-то я обратила внимание на шрам его головы, и он рассказал мне о том, что в 1929 году был послан в числе комсомольцев на работу в село по коллективизации. На группу напали бандиты-кулаки. В числе пострадавших был и Резников, который пролежал в больнице, прежде чем стал вполне здоровым человеком. Маленького роста, живой, весёлый, тактичный, с большими тёмными глазами, с легким пришепетыванием в говоре, что являлось причиной подшучивания со стороны уч-ся. Нашлись ребята, которые в совершенстве копировали разговор Резникова, но мне пришлось наблюдать и процесс изменения отношения к нему. Как-то наш комик К, копируя Резникова прошел по классу его торопливой походкой, разговаривая с присвистом. Ребята опустили головы, но засмеялись 2-3 человека: Резников начинал завоевывать авторитет, становится популярен, как учитель.
    Была я свидетелем несколько позже и другого. Вхожу я как-то в класс, вижу группу ребят человек 5, склонившихся за столом. Это стало у нас обычным явлением. 2-3 человека решают задачи, ещё 2-3 болельщики и почти всегда такая группа есть в зале.
    Входит К, и, не видя меня, сразу меняет походку, тембр голоса и обращается к группе с такими словами:
    - Надо думать, товарищи, что данная задача вам не по зубам, прошу оставить ваши усилия и...
    Головы поднялись и с непередаваемым выражением Н. Стасюк сказала:
    - Неужели, Борис, ты не понимаешь, что шутки уже твои не смешны, что некоторого дефекта речи Григория Абрамовича мы просто не замечаем, что его мы уважаем как знающего педагога, входящего в наши интересы, и твое такое выражение, ты сам понимаешь, не может быть никому приятным и занимательным.
    Смутился как-то К, и уж больше я никогда не слышала разговоров, связанных с именем Резникова.
    Не видели ребята больше маленького роста Григория Абрамовича, его присвистывания во время беседы и всего другого, что отметили они в первый его приход. Они видели в нём старшего товарища, соблюдавшего их интересы, делящегося с ними всем тем, что он накопил за годы своей учёбы и жизни. Часто можно было видеть 2-3 человека, а то и одного, склонившегося на барьер, в коридоре перед гардеробной и обязательно посредине Резникова, объясняющего что-нибудь из математики.
    Во взаимоотношениях с этим учителем не чувствовалось обычного в таких случаях положения, когда ученик старается получить положительную оценку, тщательно скрывая свои пробелы. К Резникову шли ребята восполнить имеющиеся недочёты (прошлых лет или более позднего просхождения).
    Они знали, что это призвание никоим образом не отразится на их успеваемости, доверчиво рассказывали о своих недостатках и просили совета как ликвидировать их. С одним он разговаривал по вопросам тригонометрии, с другими - по решению задач по геометрии и т.д. и всегда с подлинным желанием помочь разобраться. Ребята чувствовали искренность поведения Резникова, и поэтому не прошло 2 месяцев, а атмосфера в классе совершенно изменилась, и самым популярным именем стало имя Григория Абрамовича. Мне приходилось в своем классе сидеть на его уроках, и я видела как преображается класс.
    Начну с того, как класс готовился к его уроку.
    Даже самые нерадивые, флегматичные люди спрашивали:
    - А какой сейчас урок?
    Они знали, что в этот день есть математика, но каким уроком шла она, они не знали.
    Входил Резников своей торопливой походкой. Все стоя встречали своего любимого педагога. Не было скучающих на его уроках. Особенно ребята любили самостоятельную работу. Резников тоже был высокого мнения о работоспособности класса.
    Таким был Резников. Мне хочется сказать несколько слов о нем как классном руководителе. Пришёл он к нам из школы Горького и некоторое время работал учителем, будучи прикреплённым к руководству 9 класса. Классы у нас были параллельные. Работу мы должны были контактировать и вот тут то я и оценила неиссякаемую энергию Резникова. Мелочей в его работе не было. Он был врождённый педагог с творческой инициативой, прекрасный воспитатель, показывающий образец работы личной инициативой и примером. Помнится мне он начал свою работу воспитателя с того, что хорошо познакомился с бытовыми условиями ребят. Он таким порядком дифференцировал подход к ним. Вопросам сексуальной проблемы он отдавал большое место и зорко следил за формированием учителя всеми мерами помогая этому делу, наставляя его в нужное русло. Он обязательно знал содружество ребят, использование ими свободного времени и т.д. Некоторая рассеянность, уныние, отсутствие в классе вызывали тревогу Григория Абрамовича и он уделял минутку, поговорить с учениками, узнать причину его грусти и поддержать морально или провести основательную "нахлобучку" и это практиковалось Резниковым.
    Помнится мне такой случай. В 9 кл. на стол учителя перед уроками физики была положена бумажка-пасквиль на Бабченко. Последний бумажку взял вместе со своими книгами, в этот урок выставил не менее 15 плохих отметок и разъярённый ворвался в учительскую, швырнул журнал и выхватив пасквиль, потрясая им перед глазами Резникова, громя последнего как классного руководителя.
    Долго не понимал Г.А. в чем дело, и виновато перестоял перед Бабченко, такой маленький по сравнению с последним. Наконец уразумел что случилось, начал подробно знакомится с обстоятельствами дела. Он посмотрел, кого спрашивал в этот день Бабченко, как вел себя во время ответа тот или другой ученик. Он так внимательно рассматривал Бабченко, точно видел его в первый раз и кончил тем, что спросил, сколько уроков и чем он намерен заниматься в оставшееся время. Не стесняю ли я Вас своим приходом Понтелеймон Гаврилович.
    - Я давно к Вам собирался, да все как то не удавалось.
    Видно сделал я тут ошибку. Уроки окончились. Класс был задержан. Осудили этот вопрос мы детально и решили действовать сообща, зная что случившимся хорошо объединены и учащиеся второго 9 класса. Без обычной улыбки в класс и приступил к разбору случившегося инцидента.
    Резников говорил о том, что приведет другого физика, в случае отказа Бабченко от работы в этом классе. Бабченко молодой учитель в старших классах /он имел 12 лет стаж, а в старших классах работал один год/, получил законченное высшее образование через заочный сектор. Он даже сказал о том, что Бабченко имеет детей, работающую жену, и что Бабченко иногда приходится для ребят постирать, приготовить обед, ибо держать дома работницу он не может по экономическим соображениям. Вытянулись лица некоторых ребят. Видно было, что затронутые вопросы в1-ый раз перед ними Заметил это и Резников, и желая закрепить полученные результаты, он предоставил слово ребят за анализом случившегося инцидента. И началось. Ребята выступали критично. Они говорили о том, что видели формальное, бездушное отношение к себе со стороны Бабченко и платили тем же: класс однако не выдал зачинщиков, ибо фактически их не было. Кому то пришла в голову эта мысль, одобрили добрый пяток ребят - получилась уже коллективная мысль, а другие сочувствовали этому делу, следов не было. Порешили однако пригласить Бабченко, и вот так по честному рассказать ему о переживаниях ребят, о ненормальном их взаимоотношении с Бабченко. Избрали комиссию для подработки этого дела. Резников разговаривал с Бабченко. Подробности я не знаю, хотя меня интересовали больше психологические моменты, т.е. тот путь, которым шёл Резников к своей цели.
    Было собрание в присутствии Бабченко. Я видела что Бабченко вышел оттуда взволнованный. Я видела довольные лица ребят, а среди них улыбающегося Резникова, который вёл себя как в ним в чём не бывало, как будто не он правил полученным исходом самой серьёзной операции, от которой зависели на годы нормальная жизнь человека. Едва ли задумывался над своей ролью оператора, хотя зорко следил, как я заметила, настроение ребят. Какою же любовью платили ему ребята. Мне
    Мне хочется рассказать случай, характеризующий мою мысль. При школе Ворошилова есть лошадь и линейка, которую и попросил Резников для того чтобы свести в больницу одного мальчика, которому в то время было 1/2 года. Случилось, что лошадь оказалась путной для директора и вот мы видели, что Резников, со своим сынишкой, закутанный в тёплое одеяло, направился в больницу. Жил он недалеко от школы. Ребята заметались. Выделили 2-х, которые и направились тоже в больницу. Зная однако щепетильность Резникова, мы наказали говорить о том, что ребята идут в больницу по собственному делу. Мы видели в окна школы, как уч-ся нагнали Резникова и через некоторое время ребенок перешёл в руки Саши Клювова.
    Рассказали потом ребят, что нагнав Григория Абрамовича объяснили ему, что также идут в больницу. А раз уж коли случилась их встреча, то они помогут Г.А нести мальчика. Пристально взглянул Г.А., а потом чуточку помедлив сказал: Ну если счастливая случайность столкнула вас со мной, я не прочь воспользоваться Вашей помощью, - и он передал мальчика Клювову. Пот градом струился по лицу Резникова, несмотря на холодную погоду. Видно было, что ноша была для него тяжелая с его физич. способностями. Пришли три четверти пути и Станислав Сотниченко говорил: гражданин, прошу передать ребёнка. Мы, говорит, поправили одеяло, и так дошли до коридора больницы. Видя такое, люди давали дорогу и сесть, вышедшая из кабинета врача в это время открыла дверь, пропуская нас.
    Мы вышли и сели на лавочку дожидаться. Минут 30, в общей сложности пришлось ждать и показался Г.А.
    - Мы уже справились. По горлу носу нет спеца, а с фурункулом я был вон там, - и Клювов показал на перевязочную. Проследив за его рукой Резников, а потом и говорит:
    - А таком случае пойдём домой.
    Ребята у двери квартиры отдали мальчика Резникову.
    На третий урок попали они в школу. На следующий день говорила Зина Беляева в классе, что журил Беляев журил за то, что по телефону она не попросила у него лошадь для этого /Беляев был управляющим треста Краснодонуголь/.
    Любил школу Резников, любил своё дело, любил молодёжь и ребята чувствовали интуитивно эту любовь.
    Даже на высокую требовательность, они никогда не обижались, а старались исправить погрешность, вот почему была такая высокая успеваемость по его предмету. Любила Родину Г.А., работал на фронте политруком и за светлое будущее грядущих поколений, за счастье воспитанной им молодёжи, он отдал свою жизнь.
   
   
    
    Безымянный герой.
   
    В шестом кл. /1939-40 уч. г./. должен быть урок естествознания. 3. А его перенесли на 2- ой, не предупредив меня об этом. Хожу я во дворе школы и даже тогда, когда раздался звонок на уроки.
    Кубарём скатился Воробьевский с лестницы 2-го этажа и со словом: - У нас сейчас Ваш урок, он, выхватив у меня портфель, - скрылся. Когда я вошла в класс, он с сияющей физиономией заявил: - На одну минутку опоздала, пришла после минуты уроки.
    ...Таким был Лесик Воробьевский.
    Родная бабушка Лесика с ст. Гундоровская. У неё он проводил летние каникулы, а с уходом отца в РККА, он и совсем решил жить у бабушки и учится в 7 кл. Гундоровской школы. Крепко подружился он с Гришей А. Жить не могут - один без другого.
    Природа станицы ему очень нравилась. Он говорил детям о прошедших боях, когда каменский наступал Щаденко. Говорил он о том, как кормили партизан, как дети помогали собирать красным сведения.
    - Бывало идёт с независимым видом, в руках молочка, под мышкой узелок с продуктами. Идёт, посвистывает, соловьиную трель все начинает. Тут можно высадку - никого нет. Это ведь условный знак. А иногда только двинулся, а лягушка заквакала - сиди, значит кто-то показался.
    Вот ты, небойсь слышал о Павле фамилие Р. - поймали беляки мальчишку, били... рассказал он о том, какой сигнал подаёт партизанам.
    Ну Фамин вылез на звук, да прямо в палату к белым.
    - Ну и что же? - ребята вопросом.
    Хмуро посмотрел Акулов и выдавил: - расстреляли подлецы!
    Умолк старый партизан, образы прошлого обступили сознание и опустил свою голову. Ребята тоже молчали некоторое время, потом вдруг следовал вопрос:
    - А сколько лет было хлопцам?
    Быстро окинув ребят взглядом говорил Акулов:
    - Да этак - до 12-13 лет - 9и, а нам уже по 14 лет.
    Такие разговоры, овеянные романтикой былых подвигов партизан не проходили бесследно для впечатлительных душ подростков. Ещё не имея определённой цели, мальчики рыскали по станице, которая готовилась к обороне. Наскоро были построены доты, дзоты и др. каменные укрепления. Немало поработали жители станицы на земляных и каменных постройках, готовя волчьи ямы для своих сынов. Все запомнили ребята, а там ушли-пропали ребята. Целую неделю их не было, и когда мы перестали их ждать, они эдак перед вечером с увесистыми "дрюгками" дров появились во дворе, - говорила мать Лешки.
    Часов 12 ночи, когда обмыв и накормив мальчика я уложила его спать, стараясь узнать, где же они были, то по ответам чувствовала, что он хочет что-то скрыть.
    - Лесик, ты неправду говоришь мне, - сказала я.
    - Я спать хочу, а утром всё расскажу! Только ты, мама, собери мне кое-что. Я завтра пойду на Волченкий хуторок.
    - Один? - спросила я.
    - Да, - группа пойдёт в Каменск.
    Не пришлось дождаться моему мальчику утра. В пятнадцать минут третьего раздался стук и два полицая взяли сынка.
    - Не хотела я отставать, - говорила мать, - и меня вместе с Лесиком втолкнули в полутёмную комнату, где находился ещё Акулов-отец с Гришей, да Кулешев Александр - комсомолец станицы.
    На допрос взяли ребят. Вернулись они хмурые, с синими щеками, да старались не встречаться взглядом со мной. Прошло два дня. Моя мать принесла передачу и шепнула:
    - Дежурить будет Шевырев, спроси.
    Шевырева Владимира мы хорошо знали.
    - Что же будет? - спросила я.
    - Да, наверное их погонят в Изварино.
    У меня не было слёз. Но верно вид был очень растерянный, когда я вернулась в комнату. Села на табурет у окна, а Лесек незаметно подошёл ко мне сбоку и шепчет на ухо:
    - Ты, мама, не журись! Мы ничего, ничего не сказали на допросе! А им ведь ничем доказать, что мы были у своих, ничего не будет, посмотришь!
    - Тебя били? - спросила я.
    - Немного! Почти не больно, - и он отвернулся. - Вот дядю били, так страсть. А он говорит: хоть убейте, не посылал ребят!
    - А вчера то снаряд угодил в немецкий штаб! Это мы рассказали где, - шептал мне Лесик с блестящими глазами, а я дрожала как в лихорадке.
    Прочитал Акулов записку что была в передаче и говорит:
    - Только бы тебя не убили, скоро будут наши!
    Восьмого февраля в 11 часов дня нам объявили, что станица эвакуируется.
    Ребят погнали в Изварино. Вошли два полицая, приказали идти вперёд, ребят пустили следом. И представляются мне две маленькие фигуры, торопливо шагающие за взрослыми мужчинами.
    Через неделю в станицу вошли наши и мы пошли разыскивать своих детей. Пополз по станице слух, что их расстреляли.
    Мы обыскали все дороги, балки в одной из ночных (пропастей) увидели 4 расстрелянных и замороженных трупа.
   
   

РГАСПИ Фонд М-1, опись 53, ед. хр. 332



Этот сайт создал Дмитрий Щербинин.
цены бильярдных столов