Молодая Гвардия
 

       <<Вернуться к списку статей

С. И. Косенко
"Героическая быль"

    Наша страна готовится достойно встретить 50-летие Великой Октябрьской социалистической революции. Советский народ, все прогрессивное человечество отметят славный юбилей Октября как свой большой праздник, подытожат полувековой путь становления и развития нашего социалистического общества. Одним из наиболее тяжёлых и ответственных периодов на полувековом пути, пройденном нашим народом, были годы 1941-1945. Это годы Великой Отечественной войны - самой тяжёлой и самой жестокой из всех войн, когда- либо пережитых нашей Родиной. Весь советский народ поднялся на защиту своего Отечества. Страна превратилась тогда в огромный боевой лагерь, охваченный единым стремлением: разбить врага, изгнать его со своей земли. Незабываемым лозунг партии: "Все для фронта, все для победы!" - был законом жизни советских людей.
    Война принесла советскому народу огромные жертвы и разрушения. Трудно найти семью, на которую бы в годы войны не обрушилось горе, вызванное гибелью родных и близких. В ожесточенных сражениях с самым коварным врагом человечества - фашизмом советский народ отстоял социалистическую Родину - завоевания Великой Октябрьской социалистической революции, отстоял четь и независимость Отчизны.
    Вместе с Советскими Вооружёнными Силами сокрушительные удары по врагу наносили партизаны. Народные мстители, подпольные партийные и комсомольские организации действовали во многих районах нашей страны, они наводили страх на немецко-фашистских захватчиков, беспощадно громили оккупантов.
    Луганская областная партийная организация, районные комитеты партии, комсомольские организации области провели значительную работу по созданию условий для борьбы с оккупантами на территории Луганщины.
    Всю организаторскую деятельность по созданию партийного подполья и формирования партизанских групп и отрядов возглавил Луганский обком КП Украины. Руководил этим делом лично первый секретарь областного комитета Коммунистической партии Украины А.И. Гаевой. Как известно, в области было создано двадцать четыре подпольных гаркома и райкома партии, которыми руководили преданные делу партии коммунисты - И. М. Яковенко, С.Е. Стеценко, Г. Серикова, В.В Шевченко и другие. Луганские подпольщики и партийные организации внесли значительный вклад в общее дело разгрома фашистских поработителей.
    Одна из самых героических страниц вписала в историю Великой Отечественной войны краснодонская подпольная комсомольская организация "Молодая гвардия", 25-летие создания которой будет отмечаться днями.
   
   * * *
   
    Это было в самый тяжелый период войны. Враг подходил к Волге. Петлей вражеской блокады был сдавлен Ленинград. По всему фронту шли ожесточенные бои.
    И в этот час в маленьком шахтерском городке Краснодоне встал на пути врага ещё один несокрушимый бастион мужества - поднялись на борьбу молодогвардейцы Краснодона. Под руководством старших товарищей - коммунистов, действовавших в подполье, комсомольцы и молодежь повели героическую борьбу с оккупантами.
    "Молодая гвардия", хотя и не имевшая опыта ведения конспиративной работы, слабо оснащённая боевыми средствами, стала грозной силой, ибо она была тесно связана с широкими массами комсомольцев и молодёжи, оказавшимися по различным причинам на занятой противником территории. Молодогвардейцы проявили такую беспримерную отвагу и стойкость, перед которыми оказалась бессильной чудовищная гитлеровская машина подавления.
    Ещё задолго до оккупации Донбасса, в фашистской Германии - в городе Магдебурге была сформирована жандармская команда, насчитывавшая в своем составе около тысячи человек кадровых жандармов и полицейских. Она предназначалась для установления и поддержания "нового порядка" на захваченной территории. Жандармская команда прошла тщательное обучение, в процессе которого особое внимание уделялось ведению борьбы с силами сопротивления. Перед отправкой команды на Восток в Магдебург из главного управления полиции приезжал крупный руководитель СС. Он сделал секретный доклад для офицеров и так называемых будущих районных руководителей жандармерий, которые предполагалось создать в оккупированных районах Донецкой и Луганской областей. Тогда же было выдвинуто главное требование: любыми средствами искоренять "советский дух среди русского населения", не брезгуя при этом никакими методами и средствами. В отношении производимых расстрелов было приказано докладывать коротко и устно, чтобы не накапливать документальных свидетельств. Вместо слово "расстрел" рекомендовалось употреблять выражение "подвергать особому обращению".
    По прибытии жандармской команды в Донбасс несколько взводов были размещены на оккупированной территории Луганской области, в том числе в городах Краснодон и Ровеньки. Они сразу же приступили к созданию местного полицейского аппарата, проведению карательных акций, в первую очередь, против коммунистов и комсомольцев.
    За регулярными частями гитлеровских войск на территорию Луганской области прибыли и другие немецкие карательные подразделения, уже имевшие опыт порабощения других народов, приобретенных в оккупированных раннее странах Запада. Основным методом "деятельности" этих подразделений являлось беспощадное уничтожение без суда и следствия всех патриотически настроенных сил.
    Первыми жертвами фашистских головорезов стали 32 краснодонских шахтера- патриота.
    В центре Краснодона есть небольшой парк. Посаженный ещё до войны, он зеленым полукольцом охватил просторную площадь. Молодые клены, тополя и акации стоят густыми аллеями. С парком имени Комсомола связан один из самых трагических эпизодов в истории города. В ночь на 29 сентября 1942 года оккупанты учинили здесь зверскую расправу над советскими людьми.
    Участники этого злодеяния - бывший заместитель начальника Краснодонской районной полиции Орлов и полицейский Лукьянов на следствии показали, что, доставив обречённых в парк имени Комсомола, картели связали им проволокой руки - по пять человек, загнали в яму, служившую ранее укрытием, и открыли беспорядочную стрельбу. Некоторые из жертв были убиты наповал, а отдельные только ранены, и их доставили уже к яме. По заявлению Лукьянова, когда пристреливать им надоело, они стали закапывать свои жертвы живыми.
    Свидетель этой расправы Даниил Сергеевич Выставкин, рассказал:
   
    "...Я сам видел ночью в парке из-за кустов, как людей закапывали живыми. Их загнали прямо в яму и начали забрасывать землей... Валько сопротивлялся... У меня до сих пор в ушах звучат его последние слова: "Знайте, проклятые, за каждую каплю нашей крови вы дорого заплатите. Наши все равно придут, они отомстят за нас!".. Петя Зимин запел "Интернационал", потом подхватил Валько... все, все запели хором..."
   
    Шёл второй год войны. Краснодон казался вымершим, по его улицам расхаживали гитлеровцы, силой оружия устанавливая "новый порядок". Но никакие расстрелы и зверства не могли сломить сильных духом краснодонцев. В притихшем городе зрела великая сила мщения за поруганную землю, за слёзы жён и матерей, за мучения и страдания, которые им несли с собой захватчики.
    Объединённые единым чувством ненависти к врагу и безграничной любви к Родине, молодые патриоты Краснодона образовывали отдельные боевые группы, затем, по указанию руководителя Краснодонского партийного подполья Ф.П. Лютиков, объединяются в единую подпольную комсомольскую организацию "Молодая гвардия".
    Они, молодые краснодонцы, были совсем юными и очень любили жизнь. Но когда пришёл час защищать Родину, славные сыны и дочери комсомола без колебания стали в ряды борцов. Они нашли в себе безграничное мужество для борьбы, нашли силы победить неслыханные физические муки, страх смерти и саму смерть, когда настал час испытаний.
    Воспоминания оставшихся в живых молодогвардейцев, родственников, очевидцев и других прямых или косвенных свидетелей героической борьбы и трагической гибели молодогвардцейцев, а также документальные материалы, кропотливо собранные Краснодонским музеем "Молодая гвардия", позволили воссоздать последние дни легендарных героев "Молодой гвардии". Но далеко не все было известно поначалу о патриотах. Гитлеровские пособники, предатели, руки которых обагрены кровью героев, боясь ответственности за совершенные злодеяния, бежали с оккупантами, унося с собой тайну гибели молодогвардейцев. Однако немногим из них удалось уйти от справедливого возмездия. То, что было тайным, со временем становилось явным.
    В 1949 году органами Государственной безопасности на территории Германии был разыскан и арестован бывший начальник окружной жандармерии гауптман Ренатус Эрнст-Эмиль. Старый член нацисткой партии и кадровый член жандармский офицер, он прибыл в Луганскую область в составе жандармской команды из Магдебурга, о которой упоминалось выше. Он направлял и контролировал всю карательную деятельность жандармов в Ровеньках. Это он и местный немецкий комендант Краснодона майор фон Гедеман создали так называемую "украинскую полицию", которую возглавил подлый предатель, заклятый враг советского народа Соликовский. Это Ренатус и Гедеман отдали приказ о расстреле 32 шахтёров-патриотов.
    В конце сентября 1942 года в Краснодон приезжал с инспекционной проверкой из Донецка руководитель полиции и жандармерии в Донбассе бригаденфюрер СС Деринг, матёрый фашист, специализировавшийся на кровавых делах. Он потребовал от Ренатуса как можно скорее ликвидировать коммунистов Краснодона. Так трагически решилась судьба героических шахтёров - коммунистов, беззаветно любивших свою Родину и не ставших на колени перед захватчиками.
    Гитлеровские оккупанты считали "Молодую гвардию" опасной силой. Начальник жандармского округа Ренатус дал такую оценку сопротивлению краснодонцев-подпольщиков:
   
    "С первых дней оккупации германскими войсками Краснодонского района там развернулась борьба советского народа против германских властей. Осенью 1942 года сжигались на полях скирды хлеба, срывались мероприятия немецких властей по заготовкам хлеба, мяса и других продуктов питания для германской армии.
    Население уклонялось от работ по ремонту мостов и дорог. Молодёжь избегала мобилизации на роботы в Германию, распространяла листовки антинемецкого содержания, которые призывали советских людей вести беспощадную борьбу с немецкими властями.
    В городе Краснодоне была сожжена немецкая биржа труда, в день советского праздника 7 ноября патриоты вывесили красные флаги...
    Все эти действия советских людей наводили нас на мысль, что в Краснодонском районе действует подпольная организация. Мы считали, что этим делом руководят коммунисты, и в первую очередь уничтожали их. Однако борьба против нас продолжалась..."
   
    О том, что "Молодая гвардия" активно действовала в тылу врага, свидетельствует и жандарм Штрупперт:
   
    "...Молодёжная организация была политической и ставила основной задачей:
   1. Проведение саботажа против мероприятий немецких оккупационных властей.
   2. Объединение патриотических сил для вооруженной борьбы против германской армии...
   Действия молодогвардейцев были смелыми и решительными: при наличии охраны около помещения биржи труда им удалось поджечь это помещение.
   Свою работу советские патриоты проводили и среди населения, призывая оказывать сопротивление и саботировать мероприятия немецкого командования..."
   
    Бывший начальник краснодонского жандармского поста Шенн, жандармы Штрупперт и Айхгорн подтверждали, что в день празднования 25-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции подпольщики в Краснодоне распространили много антифашистских листов, на зданиях школы, угольного дирекциона водрузили красные флаги. Позже, в селе Большой Лог обстреляли полицейский участок.
   
   Жандармерия из Краснодона постоянно докладывала Ренатусу, что производятся налеты на армейские грузовики, что сопротивление оккупантам растет и принимает угрожающие размеры. Ренатус отдал распоряжение энергично вести розыск патриотов и вскрыть организованное подполье, вести тщательный допрос. арестованных, а коммунистов расстреливать.
   В этой тяжелой обстановке жесточайших преследований коммунисты - подпольщики и молодогвардейцы Краснодона вели неравную борьбу с оккупантами. В конце декабря 1942 года в Краснодон приезжал. из Донецка помощник командира жандармской команды майор Галонска, распорядившийся энергично вести расследование я вскрыть подпольную организацию. Были подняты на ноги все жандармские и полицейские силы. Хватали всех в чем-либо заподозренных, и путем истязаний пытались вырвать у них сведения о патриотах.
   
   Но борьба продолжалась. Её возглавляли коммунисты-подпольщики: Филипп Петрович Лютиков, Николай Петрович Бараков, Даниил Сергеевич Выставкин, Григорий Степанович Яковлев. Мария Георгиевна Дымченко. Центром партийного подполья была механические мастерские фашистского дирекциона.
   "Молодая гвардия" наносила ощутимые удары гитлеровцам. Оккупанты стали понимать, что они не смогут превратить свободолюбивых советских людей в безгласных рабов.
   На совещания ответственных работников жандармерии бригаденфюрер СС Деринг вынужден был признать, что:
   
   "политическое разложение русского народа невозможно. Русские преданы коммунизму и с большой ненавистью относятся к фашистам. Русское население оказывает Красной Армии такую поддержку в оккупированных областях, которую ранее и нельзя было предположить.
   Большую и неожиданную опасность для немцев представляют партизаны, которые сражаются с огромным фанатизмом и беспощадностью, незнакомыми до сих пор немцам..."
   
   Требуя обеспечить спокойствие и порядок на оккупированной территории, Деринг призывал к беспощадному уничтожению советских людей.
   Деятельность "Молодой гвардии", вызывавшая растущую симпатию у населения, все больше беспокоила немцев и полицию. Предпринятые ими попытки выявить участников организации вначале не приводили к успеху. Заместитель начальника жандармского поста Зонс пригласил к себе в жандармерию Соликовского, его заместителя Захарова и бургомистра города Стаценко и потребовал от них самых энергичных мер к раскрытию организации.
   Были созданы специальные полицейские группы для обхода города, установлено наблюдение за квартирами подозреваемых.
   После предательства. Почепцова и Лядской, знавших о существовании "Молодой гвардии", в конце 1942 года полиции удалось напасть на след патриотов. Начались аресты. За принадлежность к "Молодой гвардии" было арестовано более 60 человек. Аресты велись постепенно, по мере того, как об участниках организации становилось известно немцам..
   Следствием по, делу "Молодой гвардии" руководил гауптвахмистр Зонс Ему активно помогал Соликовский со своими подручными.
   Вот из каких подонков Соликовский и его покровители создали свору цепных псов для расправы над молодогвардейцами:
   Орлов - бывший офицер деникинской армии. В ее составе он вел борьбу против Советской власти,, за что в 1922 году подвергался аресту, В 1934 году' за хищение колхозной собственности был осужден к 10 годам исправительно-трудовых лагерей. Питая ненависть к Советской власти умышленно остался на оккупированной территории и с первых же дней оккупации гитлеровцами Краснодона предложил им свои услуги. Сразу же был назначен заместителем начальника Краснодонской районной - полиции, а затем за проведение активной карательной - деятельности был повышен в должности - стал начальником Ровеньковской районной полиции.
   Вместе с другими Орлов участвовал в расстреле 32 коммунистов в парке имени Комсомола в Краснодоне, лично допрашивал и пытал Олега Кошевого и Любу Шевцову, присутствовал при их казни в городе Ровеньки.
   Захров (настоящая фамилия - Шульга) - до Отечественной войны проживал в городе Днепродзерджинске, систематически занимался кражами, за что был судим. Бежав из-под стражи, похитил документы у гражданина Захарова и по ним скрывался- на территории. Донбасса до оккупации его немцами. С первых же дней фашистской оккупации Краснодона поступил на службу к оккупантам на должность начальника "криминального отдела" Краснодонской районной полиции. За активную карательную деятельность вскоре был повышен в должности до заместителя начальника полиции. Он лично истязал и расстреливал молодогвардейцев у шурфа шахты № 5 в Краснодоне, также участвовал в расстреле коммуннистов в Краснодонском городском парке имени. Комсомола.
   Усачев - старший следователь Краснодонской районной полиции. На допросах он показал:
   
   "...Я питал постоянную ненависть и злобу к Советской власти. Мой отец до Октябрьской революции владел крупным хозяйством; Будучи враждебно настроенным к революции, в 1919 году я и отец вступили в бело-казачьи войске генерала Краснова для вооруженной борь6ы против Советской внести.
   В 1931 году мой отец был раскулачен. Имущество отца передали в колхоз. Эти обстоятельства укрепили во мне злобу против советского строя. Когда Германия напала на Советский. Союз и немецкая армия добрилась временных успехов на фронтах, я радовался, предвкушая близкий, на мой взгляд, кpax Красной Армии, а с ней и Советской власти. Я ждал этого долгие годы и при случае с готовностью изменил Родине и нанялся на службу к немцам".
   
   Он непосредственно вел следствие по делу "Молодой гвардии". допрашивал, применяя жестокие истязания, многих молодогвардейцев и выносил свое заключение о их "виновности" и необходимости расстрела.
   Лукьянов - старший полицейский Краснодонской районной полиции. В 1919-1920 гг. служил в белоказачьих войсках генерала Краснова и участвовал -в боях против Красной Армии. В 1933 году за отказ от работы общим собранием колхозников был исключен из колхоза. В том же году за проведение антисоветской деятельности был осуждён к 10 годам исправительно-трудовых лагерей, но из-под стражи бежал я скрывался на территория Донбасса до оккупации его немцами. Свои услуги фашистам он предложил в первые же дни их прихода в город Краснодон. Участвовал в расстреле 32 коммунистов в парке имени Комсомола, где закапывал. еще живых патриотов а так же участвовал в арестах, истязаниях и расстреле молодогвардейцев.
   Аналогичные биографии и у остальных предателей. Все они считали себя "обиженными" Советской властью, верой и правдой служили фашистам, пытаясь доказать им свою холуйскую верность. Начальник жандармского округа Ренатус признался, что жандармы имели специальную инструкцию, предписывающую им применять всевозможные "меры физического воздействия" при допросах арестованных. И старались, не скупясь. Арестованных помещали в холодную камеру с ледяной водой, связывали им за спиной руки с ногами и подвешивали лицом вниз, клали на скамью и. связанных, били резиновым кабелем. Привязывали к оконным рамам, зажимали пальцы между дверей, выворачивали руки. Бросали людей на пол, руки растягивали в стороны, ставили на кисти рук ножки стола, а сами садились на стол сверху.
   Нет необходимости повторяться в описании бесчеловечных методов, которыми пользовались каратели при допросах патриотов Краснодона.
   Пыткам и истязаниям их подвергали не только официальные работники жандармерии и полиция, но и гитлеровские офицеры я солдаты из останавливавшихся в Краснодоне воинских частей. Какую изуверскую форму носили эти допросы, можно представить себе по факту повеления переводчицы Артес, которая просила Ренатуса освободить ее от работы, потому что она как женщина не выносила ужасных зрелищ, развертывавшихся на ее глазах.
   Из кабинетов, где допрашивали патриотов, постоянно слышались стоны и крики. Чтобы заглушить их, фашисты заводили патефон с бравурной музыкой.
   Присутствовавший на допросах бургомистр города Краснодона Стаценков подтверждает, что все молодогвардейцы подвергались нечеловеческий мучениям. Когда в кабинет следователя полиции Соликовский и Захаров привели Сережу Тюленина, он был изуродован до неузнаваемости. Следом за ними зашли три жандарма с переводчиком Бургардт, и вся эта свора продолжала истязать Тюленина. Кулаками они сбили его с ног, коваными сапогами били по чем попало, стараясь наносить удары в живот, спину и лицо. Едва подававшего признаки жизни, его выволокли из кабинета и бросили в камеру. При последующих допросах на глазах Сережи избивали его обнаженную мать, потом на глазах матери мучили сына.
   Соликовский со следователем Черенковым допрашивали мологвардейца Ковалёва, но никаких показаний от него не добились. Ковалев, обозвав Соликовского изменником, гневно сказал ему: "Тебе своей смертью не умереть. Если мы тебя не убили, то найдутся такие, которые отомстят за нас".
   Особенно жестоким истязаниям подвергали Ивана Земнухова, Евгения Мошкова и Ульяну Громову; При пытках Соликовскнй требовал, чтобы Громова просила пощады, но она плюнула палачу в лицо и заявила: "Не для того я вступила в организацию, чтобы потом просить у вас прощенья. Жалею только об одном, что мало мы сделали".
   Молодогвардейцев Гукова и Мошкова при допросах подвешивали к скобе оконной рамы, а когда они теряли сознание, бросали на пол, обливали водой, затем вновь продолжали пытки.
   Таким изощренным пыткам и истязаниям подвергались все молодогвардейцы. Немецкие жандармы я их пособники, являвшиеся прямыми участниками или свидетелями этих злодеяний, были поражены стойкостью и мужеством, героев "Молодой гвардии". Они утверждают что никто из них не дрогнул, не предал товарища и не просил пощады.
   Начальник жандармского поста Шенн на следствии по его делу показал
   
    "...Тюленин держал себя на допросе с достоинством, и мы удивлялись, как могла еще у молодого человека выработаться такая крепкая воля. По-видимому, презрение к смерти породило в нем твердость характера. Во время пыток он не проронил ни слова о пощаде и не выдал никого из молодогвардейцев. От него ничего так и не добились...",
   
   В январе 1943 года Ренатус, находясь в Красном Луче, отдал приказание расстрелять арестованных членов "Молодой гвардии", и эта кровавая акция была совершена. В ней принимали непосредственное участие заместитель начальника Краснодонского жандармского поста Зонс, жандармы Айхгорн, Кляйн, Ян, Лёдер, Эрвин, начальник полиции Соликовский, его .заместитель Захаров в их подручные.
   Казни молодогвардейцев предшествовало совещание работников полиции в первой половине января 1943 года. Собравшись в кабинете Соликовского, они решали, где и как расправиться с патриотами. На это совещание были собраны самые активные и преданные полицейские; Захаров, Дыдик, Лукьянов, Новиков, Тукалов, Бауткин, Давыденко, Севостьянов, Марченко, Авсецин, Изварин, Шкурин, Кубыщкин, Мельников, Бургардт и ряд других. Присутствовал и бургомистр города Стаценков.
   На совещании Соликовский объявил, что будет произведена казнь первой группы участников подпольной организации "Молодая гвардия". Он призвал полицейских быть бдительными при конвоировании обреченных к месту казни и дал на этот счет конкретное указание каждому из них.
   В первой группе, было казнено тринадцать молодогвардейцев, в том числе Мошков и Дымченко.
   Полицейские погрузили их в автомашину, посадив туда дополнительно шесть мужчин еврейской национальности. На глазах у молодогвардейцев вначале расстреляли евреев, затем поодиночке расстреливали комсомольцев. Чтобы предотвратить провозглашение патриотических .лозунгов, связанных юношей сбивали с ног, затыкали им рты, у девушек поднимали и закручивали над головой платья и по одному подтаскивали к стволу шахты, стреляли и сбрасывали туда.
   Расстрел второй группы молодогвардейцев производился под наблюдением бургомистра города Стаценкова. В этот раз к шурфу шахты было вывезено шестнадцать молодых патриотов, среди них находился и председатель Краснодонского горсовета Яковлев. На месте казни каратели стаскивали обреченных с саней, избивали, подводили к шурфу и расстреливали.
   Примерно 20 января 1943 года была уничтожена третья группа комсомольцев подпольщиков: семь девушек и пять, юношей, в большинстве из поселка Краснодон.
   Расстрелом этой группы руководил заместитель начальника полиции Захаров. В конце января расстреляли еще пять человек. В пути следования к месту казни этой группы молодогвардейцы Ковалев и Григорьев сумели освободить связанные руки, спрыгнули с саней и бросились бежать в разные стороны. Переводчик полиции Бургардт застрелйл Григорьева, в Ковалева стрелял полицейский Терентьев, но молодогвардейцу удалось скрыться. Полицейские Бауткин и Авсецин нашли только его простреленное пулей пальто.
   Место казни представляло собой зрелище, которое трудно передать словами. Каратели, решив поиздеваться над обреченными, раздевали их, замораживали, затем подтаскивали к шурфу глубиной в 52 метра, расстреливали и сбрасывали в шурф. Перед смертью молодогвардейцы вели себя мужественно, многие из них провозглашали патриотические лозунги.
   Привлеченный к уголовной ответственности участник этого расстрела полицейский Давыденко на следствия по его делу показал:
   
   "...Особое влияние на них оказал казненный вместе с ними председатель Краснодонского горсовета Яковлев, который со связанными руками смело, с поднятой, головой сам пошел к стволу шахты и во весь голос воскликнул: "Умираю за партию". Яковлев живым был сброшен в ствол шахты".".
   
    Виктор Третьякевич, когда его стали подводить к шурфу, схватил за шею заместителя начальника полиции Захарова и пытался вместе с ним прыгнуть в бездну. Лишь удар пистолетом по голове, нанесенный Третьякевичу стоявшим рядом жандармом, помог Захарову вырваться. Третьячевича столкнули в шурф живым.
   В холодные январские дня 1943 года вместе с молодогвардейцами были расстреляны и их старшие товарищи, коммунисты-подпольщики Лютиков, Бараков и другие. С мужеством в стойкость" перенесли они ужасные пытки и лишения, вдохновляя своим примером молодежь. Плечом к плечу шли они, коммунисты и комсомольцы, темной январской ночью в последний путь, шли в бессмертие.
   Даже мертвые герои-подпольщики наводили страх на оккупантов и их пособников. После расстрела они оставила у шурфа несколько полицейских, которые всю ночь забрасывали ствол камнями и другими тяжелыми предметами.
   Во всем мире знают теперь шахтерский город Краснодон - родину "Молодой гвардии". Проходят годы и десятилетия, а не зарастают тропы к могилам героев. "Сила подвига святого молодежь всегда ведет" - поется в песне о краснодонцах. Да, на примере отважных сынов и дочерей Краснодона воспитываются сегодня миллионы молодых людей всей земли. У них они учатся жить, бороться и побеждать, превыше ставить честь и свободу Родины. Место "Молодой гвардии" в духовном мире юного поколения в борьбе за светлые идеалы человечества огромно.
   И не случайно, в последнее время на Западе выразители реакционной идеологии различными средствами стремятся принизить роль в значение деятельности. "Молодой гвардии" в общей борьбе трудящихся за освобождение нашей Родины от гитлеровских захватчиков. Особенно стараются в этом зарубежные радио-станции "Голос Америки" и "Немецкая волна", распространяющие нелепые версии о краснодонских подпольщиках, в частности, о комиссаре "Молодой гвардии" Олеге Кошевом, искажая его роль в организации, сея различные кривотолки о судьбе Кошевого после расправы над членами, организации в Краснодоне. Клевещут и на нашего замечательного советского писателя А. Фадеева, прославившего краснодонце" в своем бессмертном романе "Молодая гвардия".
   Вот почему хотелось бы здесь еще раз напомнить некоторые факты и свидетельства о деятельности и гибели молодогвардейцев. Иван Туркенич в своих воспоминаниях. написанных им в 1943 году, указывал:
   
   "...В тот момент и зародилась наша первичная организация подпольщиков. Инициатором был Олег Кошевой...".
   ...На следующий день я имел свидание к Виктором Третьякевичем, который меня частично посвятил в работу. Объяснил, что листовки - это дело их рук. После этого он меня пригласил на свидание с товарищами (август месяц). Свидание проходило на следующий день, где присутствовали Олег Кошевой, Виктор Третьякевич, Ваня Земнухов, Вася Левашов, Жора Арутюнянц...
   ...Тогда же мы решили создать штаб руководства. Наметили кандидатуры, в число которых вошли Олег, я, Третьякевич, Земнухов, Левашов. Олега мы назначили комиссаром...
   ...В основном связи с группами в окрестностях Краснодона обобщал Олег. От имени штаба он давал им все указания...
   ....Через некоторый промежуток времени Олег получил от Осьмухина в достаточном количестве уже отпечатанные бланки, комсомольские билеты, после чего приступили к торжественному вручению билетов, а впоследствии - принятию взносов..."
   
   Ныне - здравствующая член "Молодой гвардии" Валерия Борц указывала, что:
   
   "Каждый поступивший в ряды подпольщиков обязан был принять присягу на верность Родине... Текст присяги был. составлен комиссаром "Молодой гвардии" Кошевым...". .
   
   В статье "По воле партии", опубликованной 28 ноября 1948 года в газете "Ленинское знамя" член штаба "Молодой гвардия", капитан 1-го ранга В. Левашов указывал:
   
   "...Бдителен и предусмотрителен, не по летам был наш боевой комиссар Олег Кошевой".
   О деятельности Кошевого как комиссара "Молодой гвардии" рассказывают оставшиеся в живых молодогвардейцы Лопухов и сестры Ольга и Нина Иванцовы.
   Ольга Иванцова в статье "Товарищи выручили", опубликованной в газете "Сталинское племя", писала:
   
   "...Я хорошо помню волнующий момент принятия клятвы, подпольщиками "Молодой гвардии". Один за другим, по вызову Олега Кошевого, мы подходили к столу и подписывались. После принятия клятвы запели "Интернационал"...".
   
   Р. П. Юркин в газете "Молодь Украiни" 10 октября 1943 года писал:
   "...Кошевой вызвал меня. Я поднялся, волнуясь... Слово в слово повторял я за Олегом клятву молодогвардейцев..."".
   
   О славных делах комиссара "Молодой гвардии" Олега Кошевого свидетельствуют хранящиеся в Краснодонском музее временные -комсомольские билеты молодогвардейцев А. Попова, Д. Фомина, О. Иванцовой. Это оригинальные документы с подписью: "Комиссар партизанского отряда Кашук" (подпольная кличка Кошевого), с его отметками об уплате членских взносов.
   Чекистами Луганской области собран значительный документальный материал, который послужит дополнением к уже имеющимся сведениям о героической деятельности подпольной комсомольской организации "Молодая гвардия", о жизни, борьбе и гибели ее комиссара О. Кошевого, а также славной разведчицы Любы Шевцовой.
   
   * * *
   
   ...Летом 1942 года фронт приближался к Донбассу. Чтобы не оставаться на занятой врагом территории, Олег Кошевой покинул Краснодон. Однако дойдя до Новочеркасска, он вынужден был возвращаться домой. По пути из Новочеркасска ему встречались страшные картины хозяйничания оккупантов, в нем зрела ненависть к врагам и желание мстить им за поруганную землю. В день возвращения домой он сказал матери: "Это же не люди, а настоящие людоеды, какие-то чудовища. Если бы ты знала, чего я только не насмотрелся в дороге".
   Олег горел стремлением как можно быстрее найти место в рядах народных мстителей, настойчиво искал пути к практическому осуществлению своих замыслов.
   Он быстро установил связи со -школьными товарищами - Земнуховым, Арутюняцем, Осьмухнным и многими другими юношами и девушками, которые, как и он, жили одной мыслью, одним стремлением - быстрее включиться в борьбу с оккупантами. Так в Краснодоне возникли отдельные группы сопротивления из числа комсомольцев и молодежи, которые затея объединились в единую подпольную организацию.
   В конце сентября 1942 года на первом собрании юных подпольщиков, по предложению Тюленина, организацию назвали "Молодой гвардией". Был выработан текст клятвы и избран штаб, в состав которого вошли Туркенич, Кошевой, Тюленин, Земнухов, Третьякевич, Громова, Шевцова и Василий Левашов. Командиром организации стал Иван Туркенич. После освобождения Краснодона от гитлеровских захватчиков он в своем отчете о том, как были распределены обязанности между членами - штаба, писал:
   
   "...Олега избрали комиссаром, маня - командиром".
   
   Начались трудные и опасные дни подпольной работы в небольшом шахтёрском городке. По заданию штаба Кошевой часто бывал среди молодёжи горняцких посёлков Изварино, Первомайки, Краснодна, в селах Шевыревке, Герасимовке. Вместе с другими молодогвардейцами участвовал во многих боевых операциях.
   Осужденные в различное время бывшие руководители немецких полицейских и жандармских органов в Краснодоне и Ровеньках - Кулешов, Орлов, Гейст, Ревита, Усачев, Шульц - называют Кошевого одним из руководителей "Молодой гвардии". Обнаруженные у Кошевого при обыске в Ровеньковской полиции печать и два бланка временных комсомольских билетов, а также сохранявшиеся у отдельных молодогвардейцев комсомольские билеты с подписью "Кашук", прямо указывают на то. что Кошевой являлся ее комиссаром.
   В процессе следствия по делу предателя "Молодой гвардия" Почепцова 9 июля 1943 года ему было предложено назвать известных ему молодогвардейцев. В протоколе допроса ответ Почепцова записан так:
   
    "..Кошевой Олег - комиссар организации "Молодая гвардия...".
   
   Бывший старший следователь Краснодонской районной полиции Усачев показал:
   
   "...В Ровеньках был также расстрелян руководитель краснодонских комсомольцев Кошевой Олег...".
   
   Обширный материал, которым располагает музей "Молодая гвардия", достоверно отражает события, развивавшиеся после начавшихся арестов молодогвардейцев.
   Кошевой вместе с Сережей Тюлениным, Валерией Борц, с сестрами Иванцовыми пытался перейти линию фронта, но 11 января 1943 года вынужден был возвратиться Краснодон. Домой он не рискнул идти, а зашел к Лидии Михайловне Поповой, которая его отогрела и накормила. Было решено переодеть Олега в женское платье и от Поповой переправить в город Антрацит к родственникам.
   Кошевого упорно разыскивали краснодонская полиция и жандармерия. В его доме постоянно устраивались засады, в которых участвовали полицейские Бауткин, Мельников и другие о чем они показали следствия по их делам. С матерью Олег виделся последний раз в доме Поповой перед его уходом в Атрацитовский район.
   Кошевой был задержан жандармерией вследствие нелепой случайности, по его собственной неосторожности. Начальник ровеньковской полиции Орлов и переводчик жандармерии Гейст утверждают, что Кошевого задержали немецкий жандарм и железнодорожный полицейский на разъезде вблизи ст. Картушино, в семя километрах от города Ровеньки. Остановив и обыскав его, они обнаружили у Кошевого пистолет, что и послужило основной причиной его задержания. Изъяв пистолет, они избили его и под конвоем доставили в ровеньковскую полицию. Там ему учинили повторный обыск, обнаружили печать подпольной комсомольской организации "Молодая гвардия" и два чистых бланка комсомольских билетов точно таких, какие Ксшевой, как комиссар организации, выдавал молодогвардейцам, принятым в комсомол в условиях подполья.
   К несчастью, начальник полиции Орлов лично знал Кошевого, как племянника своего знакомого по работё в довоенное время в Краснодоне. В сложившейся обстановке у Олега не было возможности назвать себя другим именем. После того, как Орлов доложил начальнику жандармского взвода. Веннеру кто задержан его полицией и с какими уликами, Веннеру стало ясно, что в руках жандармерии оказался комиссар "Молодой гвардии", которого так усердно разыскивала полиция Краснодона. Он поручил Орлову начать допрос Добиваясь показаний, Орлов истязал Кошевого, подвергал его всяческим пыткам, а затем передал жандармерии. Позже Орлов вместе со своим заместителем Перепечаенко присутствовал при расстреле Кошевого в Гремучем лесу.
   Допрошенный по своему делу палач Орлов показал:
   
   "Первый допрос Кошевого производил я. Добился от него показаний, что он является одним из руководителей краснодонской комсомольской организации "Молодая гвардия", как он говорил, - комиссаром и членом штаба этой организации"
   
    Однако показания о структуре организации и своих товарищах по борьбе с фашистами Кошевой давать отказался.
    В застенках немецкой жандармерии Кошевого допрашивали командир жандармского взвода Венер и его заместитель Фромме с переводчицей Ратке. Эти палачи подвергали Олега пыткам и истязаниям.
    Житель города Ровеньки Александр Шевченко, содержавшийся в одно время с Кошевым в застенках жандармерии, показывал:
   
   "...В январе 1943 года против моей камеры сидел Олег. Когда его стали выводить из камеры, он крикнул: "Умираю за Родину. Все равно не жить гадам...".
   
   О том, что Кошевой был расстрелян в конце января 1943 года, сообщает и прямой участник этого злодеяния немецкий жандарм Шульц. Из его объяснений видно, что Кошевого на расстрел вывели с группой советских патриотов под усиленной, охраной полицейских, так как до этого был случай побега из-под стражи. Шульц хорошо запомнил Кошевого, потому что в него жандармам пришлось стрелять дважды.
   Поставив обреченных на краю ямы в Гремучем лесу, жандармы дали залп. Люди упали на землю и лежали неподвижно. Вдруг Кошевой привстал и с ненавистью посмотрел на своих палачей. Это взбесило руководившего расстрелом Фромме, и он приказал жандарму Древицу добить юношу. Древитц вплотную подошел к Кошевому и выстрелил ему в затылок. Древитц подтвердил эти показания Шульца. После расстрела жандармы возвратились в казарму, а полицейские зарыли трупы.
   
   * * *
   
   В истории "Молодой гвардии" значительная роль принадлежит члену ее штаба Любе Шевцовой. Это была поистине героическая патриотка, беззаветно любившая свою Отчизну, до конца преданная делу. Являясь активным членом подпольной организации, она умело сочетала борьбу бойца невидимого фронта, нелёгкую работу радистки-разведчицы в тылу врага с работой в "Молодой гвардии". Её боевой путь начался задолго прихода оккупантов на Луганщину.
   В грозное лето 1942 года восемнадцатилетняя Любовь Шевцова стала курсантом специальной школы. Кропотливая учеба, стремление как можно быстрее освоить работу на рации, включиться в общенародную борьбу с оккупантами, смелость и решительность, верность и самоотверженность - такие качества отмечают в ней чекисты, руководившие ее подготовкой.
   С приближением гитлеровских войск к Донбассу в партийные, советские органы и органы государственной .безопасности явились сотни патриотов, выражавшие желание остаться для подпольной работы на оккупированной территории. Это были люди разных возрастов и профессий. Судьба родной страны была их кровной заботой.
   Луганский областной комитет партии направил в органы государственной безопасности для работы в немецком тылу лучших коммунистов и комсомольцев. Среди них была и Люба Шевцова. Ей доверили трудное и ответственное дело - осуществлять связь с одной из разведывательно-диверсионных групп, оставленных для подрывной работы в оккупированном Луганске. Она состояла из пяти человек, проживавших до оккупации в Луганске, хорошо знавших местные условия.
   Группе были созданы необходимые конспиративные условия. Перед нею стояла задача наносить диверсионные удары по промышленным объектам и коммуникациям противника, вести разведку среди немецких и итальянских -войск в Луганске и в других населенных пунктах области. Для связи с Центром группа была снабжена рацией, двумя комплектами питания к ней. Рация Шевцовой первое время находилась в тайнике дома .Ms 56, по ул. Заречной, у слесаря водопроводчика завода имени Октябрьской, революции Андрея Наумовича Чеканова.
    Через некоторое время стало известно, что местная полиция проявляет интерес к дому Чеканова. Шевцова вместе с руководителями группы перенесла рацию в другое место, сама же она некоторое время проживала у руководителя группы под видом его племянницы.
   Предполагаемая угроза провала Чеканова несколько ограничила действия группы, однако, несмотря на возникшую опасность, Шевцова неоднократно устанавливала связь с Центром, передавая важнейшие разведывательные данные.
   К этому времени в Луганске разместились различные гитлеровские карательные органы, в том числе "СД", "ГФП", гестапо и жандармерия. Для борьбы с советскими патриотами они широко использовали местную полицию. В Старобельске обосновался так называемый "Мельдекопф-Тан" - передовой пост немецкой контрразведки, руководимый опытным нацистом Фельске, в задачу которого входила поимка советских разведчиков. Фельске установил тесную связь с указанными выше немецкими органами в Луганске.
   Неожиданно полиция арестовала одного из членов подпольной группы, как антифашистски настроенного. Но никакими данными о его связи с советской разведкой полиция не располагала, и вскоре из тюрьмы СД он был освобожден. Однако неосторожность этого члена группы осложнила работу Шевцовой. В августе 1942 года квартиру, где она жила, посетили два немца и с ними третий, одетый в штатское. Они заинтересовались личностью Шевцовой и пытались выяснить, где она находится. Люба в это время была у своих родственников в Краснодоне. Приехав в Луганск и узнав о посещении немцев, она скрылась из города.
   Появляться в Луганске девушке было опасно, но несмотря на это она еще несколько раз приезжала в город, пыталась установить связь с руководителем группы, но безуспешно.
   Ряд обстоятельств давал основание думать, что немцы напали на след Шевцовой. Будучи в Луганске Люба однажды заметила на улице знакомого, идущего рядом с немецким офицером. Это был некто Козюбердин, который знал Шевцову. Но Люба не знала, что Козюбердин - это бывший подхорунжий белых казачьих войск, до войны скрывавший свое прошлое, втершийся в доверие к Советской власти. С оккупацией города он пошел на службу к фашистским властям. Козюбердин, встретив Шевцову в городе, мог нанести непоправимый урон группе. Понимая это. Люба, рискуя жизнью, предприняла попытку забрать рацию и вывезти ее в Краснодон. Но установить связь е руководителем группы ей так и не удалось.
   Сохранилась записка Шевцовой к руководителю группы, написанная карандашом на неполном листе нотной бумаги. Шевцова пи- сала:
   
   "...Я была у вас, что у вас плохое положение? Но все должно быть так, как положено, цело и сохранно. Если будет плохо вам жить, то попытайтесь пробраться ко мне, у нас насчет харчей гораздо лучше. Может я должна скоро быть здесь, пока не договорилась, как быть. А до моего разрешения ничего не делать. Я может быть увезу или унесу поодиночке все свое приданое. Если ко мне приедете, то мой адрес: гор. Краснодон, ул. Чкалова, № 27".
   
   Шевцова не знала, что к этому времени ее рация была уничтожена руководителем группы. Лишь в послевоенное время выяснилось, что немецкому контрразведывательному органу "Мельдекопф-Тан" стало известно, что Шевцова являлась радисткой. Были приняты активные меры к ее розыску. В розыске участвовали руководитель этого органа Фельске, его заместитель Куно, предатель Козюбердин и продавшиеся немцам изменники Родины - Шаповалов и Павлик Анатолий, знавшие Шевцову.
   Обеспокоенный судьбой группы Центр в районе населенных пунктов Макаров Яр - Давыдовка Новосветловского района на самолете перебродил в тыл противника своего представителя для связи с группой и оказания ей практической помощи. Представитель Центра разыскал Шевцову в Краснодоне, дважды был у нее в доме, последний раз в первой декаде декабря 1942 года.
   Не имея рации, Шевцова продолжала через представителя Центра поддерживав связь с советской разведкой и передавала ему ценную информацию. Кроме того, являясь членом штаба подпольной комсомольской организации "Молодая гвардия", она принимала самое активное участие в борьбе краснодонского подполья с оккупантами.
   После провала "Молодой гвардии", Шевцова 1 января 1943 года была арестована краснодонской полицией вместе со своими боевыми товарищами по подполью, месяц содержалась в мрачных застенках. Вместе с ними она мужественно переносила пытки и истязания, изуверские допросы, стойко и непоколебимо держалась до конца.
   Луганскому СД стало известно, что в числе арестованных молодогвардейцев находится и Шевцова, которую немцы разыскивали, как радистку-разведчицу. В Краснодон срочно выехал сотрудник СД для ее допроса. С этого времени она числилась за СД, местной же полиции и жандармерии было дано распоряжение никаких самостоятельных действий в отношении ее не предпринимать. На допросах палачи стремились добиться от Любы признаний о связи с советской разведкой, найти рацию, узнать, с кем она связана по разведывательной работе.
   По никакие истязания не смогли сломить комсомолку. Молодогвардейцев и участников партийного подполья стали расстреливать группами у шурфа шахты № 5. В камерах оставалось все меньше и меньше арестованных, а Шевцову все еще продолжали допрашивать и пытать.
   К допросам Шевцовой подключили изменника Родины Усачева, работавшего у немцев старшим следователем полиции, полагая, что с его помощью удастся добиться от Шевцовой признания. Но и эта мера результатов не дала.
   В начале февраля 1943 года гитлеровские войска под мощными ударами частей Советской Армии стремительно откатывались на запад, и Краснодон снова стал прифронтовым городом. Немцы и их пособники еще яростнее преследовали местное население. Жандармы и полиция готовились к эвакуации.
   эвакуации. В застенках полиции оставалось значительное число патриотов, ожидавших своей yчасти. Среди них были Люба Шевцова и еще три молодогвардейца: Остапенко, Огурцов и Субботин. Остальные члены "Молодой гвардии" уже были расстреляны.
   Бывший старший следователь полиции Усачев в процессе следствия и суда по делу, давая показания о мужестве Шевцовой, признал, что она, несмотря на все страдания в застенках краснодонской полиции, ни в чем не созналась, 31 января 1943 года в числе других арестованных им лично, под конвоем солдат и полицейских Люба была доставлена в Ровеньки. Там ее несколько дней держали в полиции. Допрашивал Любу начальник полиции Орлов, пытавшийся добиться от героической комсомолки признания, где находится рация, как и с кем она поддерживала связь.
   Оказавшись в 1949 году в руках советского правосудия, изобличенный в своей предательской и пособнической деятельности, Орлов сообщил, что при допросе Шевцовой никаких признаний от неё не добился. Она категорически отказалась давать какие-либо показания, назвав Орлова в его свору извергами.
   
   Из ровеньковской полиции Шевцову перевели в жандармерию, которую возглавляли немецкий лейтенант Беригардт Веннер и его заместитель Иозеф Фромме. За 9 месяцев временной оккупация Ровеньковского района руководимый ими жандармский взвод вместе с полицейскими совершили множество злодеяний. Они расстреляли значительное количество патриотов и все еврейское население. Гремучий лес стал местом гибели многих борцов за освобождение Родины.
   Прибыв в Ровеньки в начале сентября 1942 года. Веннер сразу же собрал весь личный состав жандармского взвоза и объявил, что расстрелы будут основной работой жандармов.
   Из числа официальных работников Ровеньковской жандармерии были разысканы и привлечены к уголовной ответственности немецкие жандармы: Якоб Шульц, Отто Древитц и Эрих Шредер, прибывшие в Ровеньки с пресловутой командой из Магдебурга.
   Им же верно служили переводчиками в жандармерии местные предатели из числа немцев-колонистов Томас Гейст и немка Ратке.
   Они рисуют жуткую картину уничтожения советских граждан, в числе которых было много стариков, женщин и детей. Узнав о том, что некоторые жандармы до приезда Веннера не принимали участия в расстрелах, Веннер и Фромме прежде всего организовали для них показательный процесс уничтожения советских людей. В лес доставили двенадцать патриотов, Фромме распределил их между жандармами и приказал расстрелять.
   Жандарму Шульцу было определено расстрелять женщину с ребёнком. Он приказал ей посадить ребёнка на землю, но женщина его не послушалась, и, прижимая испуганного малютку к груди, умоляла оставить их в живых. Шульц с силой вырвал ребёнка у неё из рук, бросил на землю, а женщину стал толкать в яму. Сзади раздался выстрел и Шульц увидел, что у ребенка из шеи потекла кровь. В него стрелял Веннер. Расстреляв женщину. Шульц обратился к Фромме с вопросом как быть с ребенком. На это Фромме невозмутимо ответил, что его надо убить и выстрелил ему из пистолета в голову...
    Подвал местной больницы ровеньковская жандармерия превратила в каземат пыток, где томились патриоты. Многие бывшие узники этого мрачного подвала видели здесь Шевцову. В жандармерии ее допрашивали Bеннер и Фромме. Девушку избивали, затем бросали в холодную камеру. Волевой характер, жизнерадостность я хладнокровие Любы выводили фашистов из себя. Измученная, она еще находила в себе силы петь в камере песни, подбадривать товарищей. Каратели усили охрану арестованных. Многие узники умирали от пыток. Ночами почти никто не спал, вслушивались во все усиливающуюся артиллерийскую канонаду. Хотелось жить, ждали Советскую армию-освободительницу.
   Люба знала, что ей грозит смерть, но не просила пощады. Очевидцы рассказывают, что в день ее расстрела - 9 февраля 1943 года в камеру зашел кто-то из жандармов. Заметив Любу, спросил, почему в тюрьме находится такая молодая девушка. Люба плюнула этому фашисту в лицо а сказала: "Я - молодая партизанка, понимаешь, гад!".
   Принимавший непосредственное участие в расстреле Шевцовой жандарм Шульц рассказал, что расстреляли Любу в Гремучем лесу вместе с группой советских граждан, в которой было пять мужчин я женщина с трехлетним ребенком, Шульц рассказал, что Люба на месте казни стояла гордо выпрямившись, с ее головы спал большой белый платок, обнажив белокурые волосы. Так смело и бесстрашно может идти на смерть только человек знающий за что умирает. Фромме подал команду, раздался залп, жертвы стали падать. Только одна Шевцова продолжала стоять неподвижно, да неистово кричавший ребенок лез к краю ямы и звал свою мать. Фромме как разъярённый зверь подбежал к Шульцу, спрашивая, в чем дело. Оказалось, что у фашиста отказал карабин, произошла осечка, Фромме приказал стрелять в Шевцову жандарму Холлендеру. Раздался выстрел, и Люба безжизненная упала в могилу.
   Так перестало биться пламенное сердце бесстрашной комсомолки, верной дочери советского народа, храброго и мужественного бойца невидимого фронта.
   
   16 февраля 1943 года город Ровеньки был освобождён частями Советской Армии. Раскрылись двери темниц, население начало разыскивать своих близких и родных, многие пошли в Гремучий лес, отыскивая истерзанные тела зверски замученных патриотов.
   Убитая горем, приехала в Ровеньки мать Олега Елена Николаевна Кошевая, до которой слухи, что её сына видели в ровеньковской полиции.
   19 марта 1943 года комиссия по расследованию злодеяний, совершенных гитлеровскими захватчиками на территории Ровеньковского района, при активной помощи трудящихся, производила в Гремучем лесу вскрытие ям с расстрелянными жертвами фашизма
   Здесь же присутствовали Николаевна Кошевая и уцелевшие от расправы члены "Молодой гвардии" - сестры Нина и Ольга Иванцовы.
   При вскрытии одной из ям Елена Николаевна бросилась к трупу юноши, узнав в нем своего сына. Опознали его и сестры Иванцовы. Волосы у Олега были седые, немцы выкололи ему левый глаз, затылок оказался раздробленным пулей.
   Бывший завхоз Ровеньковской больницы В. А. Поляков, присутствовавший при эсгумации трупов в Гремучем лесу и похоронах патриотов, рассказал:
   
   "Я сам видел Кошевую у гроба. В гробу лежал юноша, которого я помню, когда его с группой арестованных вели на расстрел. Мне он запомнился почему-то резче, чем другие, может быть потому, что он был самым молодым..."
   
   20 марта 1943 года останки героев с воинскими почестями были похоронены на центральной площади города Ровеньки. Перед похоронами гробы для прощания со славными патриотами были установлены у клуба имени Горького. Гроб с прахом Олега Кошевого я его фотографией на крышке стоял первым со стороны улицы имени Свердлова. Вторым был гроб с телом Любы Шевцовой, на лице конторой зияло пулевое отверстие.
   
   * * *
   
    Так жили, так боролись и героически погибли юные подпольщики Краснодона.
    На родине "Молодой гвардии" - в Краснодоне воздвигнут могучий памятник героям. У их мраморной могилы горит вечный огонь, а изображение скорбящей матери символизирует вечную благодарную память о них в сердцах народа.
   
   
   
   
   

Опубликовано в газете "Луганская правда" 3, 5, 6 и 9 сентября 1967 года.
   
   


Этот сайт создал Дмитрий Щербинин.
Кресло детское на велосипед www.vamvelosiped.ru.